Николай Трой 
Мастер теней [СИ]

Сага о Сером Лисе – 3

Николай Трой
Мастер Теней

Часть первая Морские волки

Глава 1. Оборотень с большой дороги

Трудна работа наемного убийцы. Интересно, но ждать долго приходится.

Разглядывать лесную дорогу наскучило. Я заполз подальше в кусты, перевернулся на бок и вытянул лапы. Лениво прихлопнул хвостом надоедливого комара. Пару минут разглядывал солнечную иллюминацию. Лиственный потолок над головой пробивали плазменные лучи, ярко подсвечивая мошкару и паутинки. Над широкими лопухами порхали бабочки, жужжали пчелы. В ландыше слишком шумно для своего роста пьянствовали цветочные феи. Пахло медом и лесной ягодой.

Здесь, на самой западной точке Гипербореи (основной сервер русскоязычного населения) только‑только наступала осень. Мягкая, теплая и ленивая. Хотя в далеком отсюда северном Дарквуде уже лежал снег.

Вызвав меню профиля, я выбрал вкладку недавно появившейся функции «Дом». На периферии зрения, в левом верхнем углу, возникло видео‑окошко, как у скайпа. Началась трансляция с веб‑камер КВП.

Я увидел свою комнату: раскладушку, скамью и набор гантелей. На стене распечатанная на 3‑D‑принтере полка с игровыми фигурками, медалями и наградными знаками. Там же моя библиотека на съемном жестком диске.

Нельзя лишь взглянуть на свое тело. Этот сектор скрывало размытое облако.

Функция «Дом» появилась в игре «Престолы: Войны королей» после нескольких громких ограблений. Пока геймеры жили в Утгарде, их квартиры в рилайфе подвергались набегу. Хорошо еще, что физически никто не пострадал.

Теперь об этой опасности можно было не беспокоиться. Игрок, с помощью вебок, мог в любой момент обозреть реальное жилище и, в случае надобности, вызвать полицию или МЧС. Правда, психологи из корпорации‑разработчика «Sky Digital» настояли, чтобы геймер при этом не видел своего тела. По их словам это могло вызвать то ли диссоциативное расстройство, то ли когнитивный диссонанс, то ли еще что‑то подобное…

Я встрепенулся.

За рамками видео‑окошка появилась тоненькая полоска желтого тумана. Проплыла надо мной, быстро приобретая прожилки стального, красного и коричневого оттенка.

Перевернувшись на брюхо, я вырубил «Дом» и насторожился.

Цветным туманом отмечаются в Утгарде запахи, когда принимаешь облик животного. И мой лисий нос учуял тяжелый букет из амбре немытых тел, разогретого солнцем железа и лошадиного пота.

Я подполз к дороге, под лапами не хрустнула ни одна веточка. Насторожился, поводя ушами. Через секунду различил гулкий стук подков, скрип кожи и бряцанье стали.

Осторожно высунув нос из‑под лопуха, я стал ждать.

Через полминуты в листве замелькало железо, а потом из‑за поворота выехали всадники.

Четверо могучих воинов и хрупкая, очень женственная волшебница.

Девушка выделялась на фоне одоспешенных спутников, словно ферзь в кольце пешек. Белокожая, с длинными зелеными волосами и большими черными глазами. Губки надменно поджаты, точеный подбородок вздернут, спинка прямая.

Волшебница ехала по‑мужски, однако было видно, что это не необходимость, а прихоть. Наряженный жеребец под нею стоил больших денег, как и седло, явно из премиум‑магазина. Не зря на нем, кроме привычных для странника седельных сумок, еще и отдельный чехол для магического посоха. Все отделано самоцветами, украшено гербами и вязью.

Да уж, высоко взлетела ее светлость маркиза Eretica де Плерон, волшебница двадцать седьмого уровня, воспитанница клана «Орден инквизиции». Очень высоко. Выбилась по праву обладательницы королевской фамилии в топовые маги. Теперь она далеко не последний человек в клане. Конечно, тащат ее «паровозом», свято блюдут статистику побед и поражений, качают, но – все же выбилась. И частично этим она обязана мне, чертовка. Если бы в свое время не сдала меня за приличную награду и титул, – сейчас бы совсем другой человек мчался по секретному заданию в Йотунбург.

Я перевел взгляд на телохранителей ее светлости. Хмыкнул ехидно.

Воины сделали все, чтобы заставить поверить, будто они лишь тупые наемники. Грубоватые физиономии, примитивные доспехи без модных нынче вензелей. Даже мечи самые обычные, лишенные визуальных наворотов. Хотя я мог бы поспорить, что все предметы премиум‑класса, с огромным количеством развивающих артефактов. Избранную магичку, да еще и члена королевской фамилии, с кем попало не отправят в дальнюю дорогу.

Я прихлопнул лапой заранее приготовленный магический свиток. Пожелтевший лист полыхнул голубоватым огнем, вмиг сгорел до пепла. На периферии зрения появилась иконка работающего заклинания «Телепатия».

«Едут, – шепнул я непослушными звериными губами. Получилось не очень внятно, с рычащими звуками. – Готовьтесь!»

Первым отозвался Бродяга, командир отряда убийц:

«Мы давно готовы!»

Вставила свои «пять копеек» и наша звезда – эльф Стальные Ятра, в рилайфе – четырнадцатилетняя малявка Даша (своего рода нелегал в «Престолах 18+»):

«Рыжик, что так долго‑то? Блох собирал?»

Вступать в перепалку с соплюшкой я не стал. Некогда. Да и вообще – ну ее, не умею я так ругаться

Земля задрожала от тяжелой поступи рыцарских коней. Всадники промчались мимо. Мелькнули гербы (ангел, повергающий огненным мечом нефилима) и знамена (золотая христограмма на черном поле). Среди запахов конского и человеческого пота я различил тоненький аромат парфюма волшебницы.

Пора!

Я выпрыгнул из зарослей лопуха, помчался со всех лап следом за конями. Режим маскировки отключился.

Первыми меня почуяли кони: стали выворачивать головы, фыркать, сбились с шага. А потом уже и магичка с телохранителями обернулись почти одновременно.

Я рявкнул первое, что пришло в голову:

– Гав!

Брови маркизы де Плерон взлетели, она побледнела, захлопала глазками.

– А ты еще кто?!

Отлично! Анонимная маскировка работает. Наша группа так и останется для них обыкновенными разбойниками с большой дороги.

Всадники отвлеклись, стали придерживать коней.

То, что нам и требовалось.

Стальные Ятра недаром считается одним из лучших стрелков в королевстве Дарквуд. И, кстати, лучшим в топе наемничьих команд. Пять стрел он пустил одну за другой, с такой короткой паузой, что моргнуть не успеешь. Настоящий талант!

Две стрелы идеально точно поразили цели – пронзили затылки телохранителей. Вышибло максимум Здоровья при критических повреждениях. Наконечники стрел выскочили из личин их шлемов, брызнула кровь и кусочки костей. Один воин брякнулся на тракт, другого потащил конь, волоча за застрявшую в стремени ногу.

Еще две стрелы пробили доспехи оставшихся рыцарей, не причинив, впрочем, особого вреда. А вот гордячке маркизе де Плерон эльф стрелял не в голову, как мы и договаривались.

Стрелой с особым наконечником из свинцовой гирьки ее вышибло из седла. Магичка взвизгнула, кувыркнулась через голову. На миг распахнулся халат волшебницы, – словно мелькнула цыганская юбка. И Eretica грохнулась всем телом прямо в конские каштаны на дороге.

Ваша группа вступила в боевое столкновение.

Присоединиться?

Еще спрашивают…

Конечно!

Боевой режим!

Мир размыло сверхконтрасной призмой, интерфейс перенастроился сугубо на боевые действия, тасуя иконки характеристик.

На бегу я брякнулся грудью о землю, кувыркнулся через голову и вскочил уже человеком. И сразу бросился к ошеломленной магичке. О телохранителях, естественно, не беспокоился. Краем глаза я видел, что ими уже «занялись»: оба выживших рыцаря с нечеловеческой скоростью рубили в полете стрелы, лихо уворачивались, но к ним уже мчались убийцы Бродяги. Шансов у телохранителей не было.

Eretica подняла голову, ее губы искривило отвращение. В экскременты она вляпалась знатно, наверное, даже на вкус попробовала. В этот момент я ей искренне посочувствовал. Правда, ненадолго. Сразу вспомнилось, с какой целью спешила маркиза в портовый город Йотунбург.

К ее чести, опомнилась чертовка быстро. Выбросила руку назад, на пальцах заискрили молнии. Магический посох вылетел из седельных ножен и шлепнулся в подставленную ладонь. Девчонка выкрикнула что‑то похабное, вроде «Хали‑Гали‑Кришна», ее фигуру тут же подхватили невидимые потоки и вздернули на ноги.

Я понял, что не успеваю.

– Поменяться!

Может быть, хоть смена обликов подарит мне необходимые секунды. Но…

Заклинание не сработало!

Противник защищен амулетом «Монолит».

Твою ж…

Eretica воздела посох, что‑то крикнула нараспев. Ее фигуру опоясала спираль магических энергий. В воздухе полыхнули алхимические символы и руны. Уже понимая, что безнадежно опаздываю, я швырнул тело в бросок, налету обнажая клинок…

Воздушной волной ударило в грудь и я брякнулся в пыль тракта.

Сколько проблем может причинить один прокачанный маг?

Правильный ответ – много. К примеру, опытный чародей запросто поломает расписанный по секундам план!

Нет, ну какова Eretica? Не зря ее тащат инквизиторы. Видно, что девчонка тренируется, готова кастовать слету и в любой ситуации. Потрясающая боевая концентрация!

Оба рыцаря «Ордена» заметили приближающихся врагов. Один сорвал с пояса бутылку, швырнул в павшего собрата. Тело мертвеца осветилось изнутри, вспыхнул ослепительный плазменный крест. Стрела пропала, а оживший телохранитель замотал головой, поднимаясь. Я мельком отметил, с каким отвращением он скосил глаза на пробитую в личине дыру с заостренными краями.

А дело‑то у нас плохи.

Я вскочил. Eretica заорала:

– Отступитесь, дураки! Вы не знаете, с кем имеете дело!

Ага, как же!

Я рванул с пояса арбалет, он щелкнул, раскладываясь. Второй рукой швырнул под ноги магичке дымовую шашку. Волшебница одним небрежным движением рассеяла сизую пелену, а вторым сожгла арбалетный болт в полете.

Нет, ну способная ведь дамочка!

Я думал, она тут же бросится атаковать, но Eretica отпрянула. Выхватила из кошеля на поясе стеклянный шарик, раздавила в пальцах. По тракту пронесся вихрь, когда разверзлась воронка «золотого» телепорта.

«Звездочет!!!»

Но маг убийц и сам уже все понял.

Едва Eretica рванулась к телепорту, как ее опрокинуло. Поволокло по тракту, словно на невидимом аркане. Она зашипела. По ускорившимся движениям я видел, что быстро творит анти‑заклинание. Впрочем, теперь это у нее не получится. Ведь на меня Eretica уже не обращала внимания, что было ее последней ошибкой…

На тракте между тем кипела битва.

Телохранители ее светлости бились так, как рыцари не бьются. Жестко, быстро, выверено.

«Не стали бы они телохранителями, кабы придерживались турнирных правил, – возник в голове едкий голосок. – Турниры и рыцарская присяга для толкиенистов и детей, мнящих себя романтическими воинами. А эти – волки!»

Бились телохранители и вправду зверски. Угрюмо раздавали удары, вколачивая противников в землю. Я оценил скупость и согласованность движений. Сразу видно, что парни тренируются не столько в виртуальности, сколько в рилайфе. Такие инстинкты невозможно набить в игре. Явно же – бойцы и спортсмены!

К счастью, у нас свое отделение убийц и профессиональных киллеров. И сейчас они кровью отрабатывали регалии и золото. Так что – нашла коса на камень…

Бой убийц поражал скоростью и техничностью. Не знаю, каков уровень телохранителей ее светлости, профили‑то скрыты, но у меня закралось чувство, что я бы с ними точно не справился. Чем больше я качаюсь, тем дальше ухожу по ветвям развития разведчика и многоцелевого ассасина. Бодигарды же – чистая энергия убийства, стопроцентные волкодавы. Ни одного лишнего движения, никаких пропущенных критов. Выверенные удары, своевременные блоки, техничные перехваты и парирования. Даже бьются молча!

Я подскочил к магичке. Алёна все еще пыталась сбросить путы Звездочета. Завидев меня, крикнула звонко:

– Дураки! Кто вас нанял?! Кто вы такие?! Вы же не знаете, во что вмешиваетесь!

Что ж она так кипятится? «Золотой» телепорт использовала, отбивается до последнего. Все ради задания? Слабо верится.

– Вы совершаете ошибку! Выслушайте меня! Я заплачу вдвое больше!

Ладно, пора заканчивать. Часики тикают.

«Звездочет, освобождай ее! – крикнул я по клановой связи. – И блокируй доступ к порталу. Никто не должен уйти!»

«Понял».

В воздухе едва уловимо полыхнули магические энергии, у портала возникла зыбкая стена. Зато вихревые путы с Алёны спали.

Едва магичка вскочила, я атаковал. Бить старался быстро и без критов. Мне не нужно ломать ее и калечить. У нас другой план.

Eretica ударила посохом. Я быстро выбросил навстречу меч, ударил плашмя по руке волшебницы. Контрудар должен быть с минимумом урона и раздражающим, как пощечина.

И точно! От девчонки отскочила надпись:

Атака заблокирована!

Серия 1/5.

Отлично! Продолжаем.

Eretica типично по‑женски выбросила ножку, метя носком сапожка мне в промежность. Я поспешно выставил ногу, так, чтобы блок пришелся на голень магички, и Алёна вскрикнула от боли. Нельзя было, чтобы ее атака достигла цели, иначе серия прервется. Но – пронесло.

Атака заблокирована!

Серия 2/5.

Держимся! Не теряем голову. Нужно комбо, без пауз.

Ага, вот так! Парируем и мечом плашмя ей по пальцам!

Серия 3/5.

Лицо маркизы исказила отчетливая гримаса ярости. А потому следующий ее выпад довольно предсказуем. Настолько, что мне оставалось просто ждать, когда посох и меч встретятся.

Серия 4/5.

Хорошо! Очень хорошо!

Теперь подсекаем клинком волшебную деревяшку Алёны, обламывая очередную атаку, и возвращаем легонько гардой в «солнышко».

Eretica охнула, складываясь пополам. Выронила посох.

Подряд, одно за другим, выскочило два сообщения:

Серия 5/5!

И:

Концентрация противника снижена!

Вот теперь пора!

На лице несчастной девчонки появилась такая беспомощная растерянность, что мне даже стало ее немного жаль. Однако время терять уже нельзя.

Я бросил мечи в ножны и быстро забил кулаками, стараясь не ошибиться. На теле маркизы вспыхивали алые зоны, я тут же бил по ним, соблюдая четкую последовательность. Над магичкой стала заполняться синим огнем гусеничка комбо‑пойнта.

В плечо, под дых, в шею, другое плечо, в лоб и челюсть.

Еще немного…

И…

Бух!

Враг обездвижен!

Добей его!

Мир обагрился, все вокруг расплылось. Осталась лишь фигурка магички. Eretica пошатывалась и одурело мотала головой.

Заиграла тяжелая, будто для фильма ужасов, музыка. Стартовал обратный отчет: пять… четыре… три…

Жаль, добиваний знаю всего два. Да и те не слишком зрелищных.

Я рванулся к беспомощному врагу, соблюдая четкую последовательность действий, как учили «искусственные воспоминания». Больше всего это походило на вычерчивание заклинаний, как делают это маги Утгарда. И, по мере того, как я совершал нужные движения, мое тело менялось.

Оборотническое добивание превращало меня в полузверя, получеловека.

Музыка достигла экзальтированного пика, я прорычал:

– Твоя кровь – моя сила!

Все!

Моя правая рука покрылась шерстью, пальцы с хрустом вытянулись, кожа почернела, а ногти огрубели и загнулись. Я сблизился с магичкой вплотную, левой рукой приобнял за шею, а правой ударил под ребра.

Забили красочные фонтаны крови, такие обильные, будто прорвало пожарный гидрант. Eretica завизжала, подламываясь в коленках. Ее глаза расширились, а крик перешел в хрип, когда я вырвал еще пульсирующее сердце.

Я оскалился зверски и вонзил в горячую плоть клыки.

Противник повержен!

Eretica завалилась на спину, глаза быстро стекленели. С ее пояса сорвался невидимый ранее кошель, в дорожную пыль выпали квадратные серебряные монеты. Перед глазами появилась шильда:

Вы совершили добивание!

Награда: + 3 к очкам Славы; Ваша Выносливость повышена.

Одновременно с гибелью маркизы, убийцы Бродяги прикончили и ее телохранителей. Премиумный шмот, оружие и кони пропали.

Но самое главное – пропала и возможность маркизы де Плерон успеть выполнить свое задание.

Глава 2. Утгардские новости

Я стащил с головы нейрообруч и откинулся на спинку кресла.

На голографическом экране Серый Лис в животном обличии мчался к Йотунбургу. Убийцы, маг Звездочет и снайпер Стальные Ятра отправились другой дорогой.

На краешке стола завозилось, я подхватил мобильник.

– Ну как все прошло?

Голос у Лили был холоднее жидкого азота.

– Нормально, – ответил я, инстинктивно отвечая той же монетой.

– Возвращаетесь?

– Все идет по плану. Отряд Бродяги двинулся на базу, в Поместье теней, а я на подходе к Йотунбургу.

– Хорошо. Держи меня в курсе.

Я нажал на отбой. Думаю, Лиля бы тоже не собиралась прощаться.

Отношения у нас никак не могли наладиться. Мы то сближались, отлично проводили время, вели себя, как ведут всякие влюбленные парочки, то вдруг ссорились по разным пустякам.

Иногда казалось, что Лиля просто ревновала. Это ведь Серый Лис являлся центральной фигурой последних комплотов. Это с его помощью взяли замок админов. Это он объединил две крупнейшие наемничьи организации. Это его имя связывают теперь с Гильдией теней.

Конечно, ни о чем подобном я никогда не говорил. Понимал, что без мастерства Бродяги, связей Лили и помощи остальных ребят, кто не предал в минуту Дикой охоты, кто отчаянно бился до последнего, никогда бы не получилось того результата. Но…

У молвы свои законы. И мне, как заместителю главы Гильдии теней, теперь приходит больше политических и дипломатических писем, чем Лилит.

Вначале мы просто над этим смеялись. Я не слишком заморачивался организационными вопросами Гильдии, тупо пересылал письма Лиле. Но позже стал замечать, что она сделалась резче и холодней.

Пробовал разговаривать, но все завершилось глупейшей, но взрывной ссорой.

Вот уже месяц мы дулись друг на друга. Я почти забросил дела Гильдии, сам по себе развлекался в Утгарде. Качался понемногу, отстраивал Ренар, все больше пополняя счет электронного кошелька не с работы вольного журналиста, которая постепенно отходила на второй план, а с небольших заказов Утгарда. А Лиля с головой окунулась в плетение паутины заговоров и тайных контрактов. Некоторое время такое положение вещей всех устраивало.

Но Гильдия теней постепенно менялась. По игровым классификациям мы теперь были не просто частной организацией, а настоящей военной компанией – ЧВК. А еще, из‑за резко увеличившейся численности, получили статус полноценного клана. Теперь у нас был новый герб (пикирующий на добычу коршун в красном треугольнике) и сменился адрес.

А все дел в том, что после сумасшедшей кампании, обозванной нашими клановыми архивариусами «Войной теней», Гильдия получила тонны серебра. Конечно, замок Deus Machine пришлось вернуть, не воевать же за него каждую неделю. Но предварительно мы выкачали оттуда все ресурсы и набрали почти две сотни рабов. Вкупе с деньгами от админов, нам хватило, чтобы перенести земли участников гильдии на новые границы. Правда, тех участков было пока лишь три. По количеству участников, имеющих титулы и звания, что дают право на покупку земли.

Эти участки: моя деревня Ренар, Лилино село Сатор и монастырь Смерти (бывшая штаб‑квартира Бродяги и его компании). Все эти земли сейчас объединены общими границами. Так как свободных территорий на карте Гипербореи все меньше, мы решили не заморачиваться и купили два дополнительных на Клеверных холмах, рядом с Ренаром. Теперь там земли Гильдии.

На Мировой карте это место отмечено почти равнобедренным треугольником. И в центре его мы создали нейтральный участок, на котором в будущем планируем возвести замок и сделать его одновременно штаб‑квартирой Гильдии и сердцем будущего королевства. Правда, насчет названия последнего еще идут споры.

Пока же Гильдия теней существовала в двух ипостасях. Первый отдел отвечал за разведку и проведение филигранных шпионских и диверсионных операций. Им заведовал я, имея звание заместителя главы Гильдии. Второй отдел – силовой (будущая армия). Там властвовал Бродяга, так же получивший звание зама.

Естественно, маркиза Павшего королевства, бывшая Болотная ведьма Лилит дю Сатор осталась фактической Главой.

Так бы и жили, качаясь понемногу и строя грандиозные планы, но…

* * *

За последние полгода в Утгарде сильно изменились только две вещи: количество игроков и свободной земли в центре материка.

Первых стало так много, что топовые кланы, вроде «Ордена инквизиции», выросли до четырехзначных значений и заимели кучу подкланов. И все бы ничего, пусть кланы между собой силушкой мерялись, в топы выбивались да тратили золото на договорные бои, но было одно «но». Земля.

Свободной земли в Утгарде было по‑прежнему неприлично много. Настолько, что полной карты даже одного русского сервера, Гипербореи, не было еще ни у кого. Изучено менее трети. Однако участки в его центре, между Дарквудом и северными кланами, быстро переставали быть разрозненными. Сердце материка осваивалось полным ходом. И проблем от этого возникла масса.

Имеешь деревню в самом центре королевства Дарквуд? Тогда готовься к трем возможным вариантам развития событий.

Первое – вступай в клан «Орден инквизиции» и плати королю регулярную дань (рабы, воины, ресурсы и серебро). Второе, если не устраивает первое, – продавай землю за бесценок уже вступившим в клан игрокам и уходи искать счастья в Terra incognita. Так поступило большинство, включающее «попаданцев», одиночек и толкиенистов. И третье, если вообще привередливый и несговорчивый, – готовься к тому, что участок потеряешь.

Захват Адского замка стал последней каплей.

Едва в Утгарде пронеслась весть о наших подвигах, все круто изменилось. Теперь за землю боролись так, как не боролись за опыт и «чистую» статистику.

Силы кланов вновь тасовались. Началась Великая миграция.

Социальная сторона «Престолов» не всех устраивала. «Попаданцы» уходили еще дальше на неизведанные земли, свято хранили координаты своих поселков и не сообщали даже друзьям. Надеялись, что пока в центре материка будут волнения, они тихо‑мирно отстроят замки и их потом никто не захватит.

Наивные…

А в центре крупные города массово отстраивались, спеша набрать силу. Обычные игроки обживались имуществом, строили дома и покупали мебель, а топовые кланы усиленно шли к Империям. Многие были одержимы идеей первыми построить Храм богов. Это здание открывалось только на уровне развития селения «Государство» и давало право перейти к «Империи». Круто, конечно, но, когда я однажды увидал условия постройки Храма, реально фалломорфировал.

Нужно было отдать под стройку здоровенный участок земли, куда больший, чем под обычный замок. Потом нагнать туда двадцать тысяч рабов (двадцать тысяч!!!) и затратить такое количество редких ресурсов и золота, что волосы на голове становились дыбом. А ведь это еще не считая горы серебра, камня и дерева.

В общем, построить Храм богов действительно под силу лишь настоящим Империям.

Но это было еще не все. Самое главное условие разрешения постройки Храма – наличие у Государства хотя бы одного игрока сотого уровня. Сотки, как известно, получают в Утгарде статус «Бог» и могут серьезно влиять на геополитику. Вот плюшки от Храма – как раз для них.

Короче, не зря «Орден инквизиции» взялся за объединение земель. Крутое это дело. И хоть силой монахи подминают, хоть хитростью, – фамилии де Плерон было все равно.

У нас по такому поводу даже состоялось внеплановое совещание.

Что будет, когда когти влияния крупных кланов дотянутся до наших участков? Клеверные холмы хоть и не принадлежат никакому королевству, однако все течет и меняется.

Мы долго спорили, предполагали варианты и приводили аргументы. Но остановились на самом сильном – русском авось.

Авось, потом будет выбор получше, с кем объединиться, когда такая ситуация настанет. Авось, и у самих к тому моменту мускулы станут крепче. Авось…

В общем, как‑то так.

Из стратегов у нас только Лилит, на нее‑то все и сбросили. И даже некоторое время жили спокойно. Пока не вышел новый патч.

Разработчики ввели в игру добивания, перенастроили ранги и титулы. И, самое главное, открыли морские походы.

Тут же грянул ивент «Морские волки».

И кланы Утгарда потеряли покой…

* * *

Я заканчивал на кухне одинокое чаепитие, когда браслет на руке издал требовательный писк. Пластиковый ремешок озарился изнутри светом диодов, я прочел текстовое сообщение.

Ага, в волшебном мире мое альтер‑эго почти добралось до Йотунбурга. Пора было перехватывать управление на себя.

Я запихнул в рот здоровенный кусок бутерброда, отпил чаю, и бросился в спальню. Там КВП уже разворачивал панорамные листки отчетов и характеристик.

Глава 3. Когти Ворона

Миг перехода уже давно стал привычным и совершенно не нагружал сознание. Просто и естественно. Секунду назад я лежал в удобном кресле, потом хлебнул одуряюще свежего воздуха, ощутил запахи осеннего леса и осознал себя мчащимся лисом.

Перед узким носом мелькали заросли, стволы деревьев и тропки. Благодаря звериному обонянию я оставлял в стороне ловчие ямы и норы монстров. На логова мобов и дичь не обращал внимания – времени не было.

Наконец, между стволов все чаще замелькало лоскутное небо в пене облаков. Лес стал реже. А через секунду я выскочил на опушку.

Несколько мгновений я пробовал на вкус соленый морской воздух, разглядывал золотистое от заката небо и столицу клана «Волки Утгарда».

Йотунбург занимал собой вершину утеса, прямо над строящейся гаванью. Снизу доносился стук молотков, скрип пилы, шум прибоя и гам людских голосов. У деревянных помостов покачивались на лазурных волнах утлые рыбацкие лодочки и пара небольших яхт местных богатеев. Но даже невооруженным взглядом можно было отметить, что две самых больших косы пристани, хоть и пустовали, но огорожены и строго охраняются.

Если верить слухам, там на прикол вскоре станут два первых боевых корабля Утгарда: шнеккер и дракар. Правда, до сих пор толком не ясно, кому они будут принадлежать. В гонке ивента «Морские волки» все еще нет единого лидера.

Одно ясно – тот, кто возглавит команду любого из подарочных кораблей, надолго прославит себя и свой клан. Или, наоборот, на веки вечные покроет позором.

Я перевел взгляд на город.

Йотунбург не в пример проще Дарквуда. Впрочем, отсутствие пафоса только усиливало смысловую нагрузку его названия и делало столицу «Волков» суровее.

Город окружали три кольца стен, одно другого выше. Первая стена, наружная, представляла собой грозный вал из глины, каменных глыб и торчащих остриями наружу просмоленных бревен. У основания шипов ветер зловеще шевелил пучки гнилой соломы, напоминающие вырванные с корнем волосы, налипшие на кистень.

Вторая стена была так же «необитаема», как и первая – сплошной частокол. Вся разница заключалась лишь в высоте. Плетеные из лозы гурдиции и помосты для городской стражи были только на третьей стене, самой высокой.

Свободное пространство между стенами, метров в двадцать протяженностью, было заполнено вонючей, кишащей паразитами грязью. Из нее беспорядочно торчали заостренные кости великанских животных и шипы. Во рвы регулярно сбрасывали трупы казненных преступников и падучей скотины. Вонь должна была быть неимоверная, если бы не два «но». Во‑первых, – морские ветры уносили амбре от города по хитро устроенным порталам. А во‑вторых, любой раненный воин, атакующий город и свалившийся в тот ров, обречен на отравление и медленную смерть. А со ставшей еще более реалистичной физикой «Престолов» не много‑то и навоюешь, когда подыхаешь от чумной лихорадки.

Меня передернуло от мысли, что вновь придется пробираться через рвы и сточные канавы. И я опять вернулся к созерцанию города.

Издалека его стены казались сплошь забрызганными черными крапинками. Однако я уже знал, что на самом деле эти точки ¬¬¬¬¬¬– стаи черных воронов, нахохлившихся спутников смерти, ожидающих падали.

На помостах самой высокой стены стражники уже начали зажигать первые факелы, хотя солнце только‑только клонилось к закату. Их трепещущий свет сыпал бликами на полосатые, сине‑белые знамена Йотунбурга. Они полоскались на ветру, а изображенный на гербах Волкоголовый бог казался живым.

Отсюда, с опушки леса, города на утесе почти не было видно. Лишь стены и даже издали мощную и казавшуюся несокрушимой башню цитадели. Впрочем, замок Одноглазого Ворона, Варг, верховного правителя королевства Йотунбурга, я еще успею рассмотреть.

Я стал ждать, разглядывая море.

Режим в Йотунбурге сейчас такой, что даже мои артефакты, Спецификации и смена одежды не помогут туда пробраться незамеченным. Так что путь через Волчьи ворота для меня закрыт. Придется, как и раньше, через канавы лезть.

Что ж, как гласит девиз Гильдии теней: «Невидимы и вездесущи». Так что пойдем, как обычно, на мягких лапах и без лишнего шума.

Солнце клонилось к закату слишком медленно. От нечего делать я влез в профиль.

Опыта за проведенный на тракте бой мы получили нормально, но до следующего уровня было еще далеко, так что самозабвенно копаться в настройках я не стал. Другое дело – очки Славы.

На сегодняшний день в Утгарде я имею титул Барона, что дает приличные бонусы к развитию моего поселка Ренар. Однако в последнее время внимание игроков привлекают не титулы, которые при хорошо развитой коммуникабельности можно регулярно выпрашивать у местных монархов, а ранги.

В ранних версиях «Престолов» ранги и титулы были почти абстракцией. ЧСВ тешили, да и только. Ну, ладно, титул давал право обзавестись собственным участком земли, если денег, конечно, хватало. А вот ранг был чистым выпендрежом.

С последними патчами положение дел изменилось. Теперь ранги влияют не только на размер скидки в системных магазинах, но и на фарм. Чем выше ранг, тем больше фармишь опыта и серебра от боев. Еще добавляются плюсы к боевым характеристикам вассалов. То есть – крестьянам и воинам села.

Нынешние ранги выстроились в такой последовательности: Крестьянин, Ополченец, Боец, Конруа, Паж, Валет, Ретиньер, Вассал, Сержант, Оруженосец, Сквайр, Межевой рыцарь, Рыцарь, Баннерет, Лейтенант, Знаменный рыцарь, Рыцарь чести, Капитан, Великий капитан, Шериф, Магистр, Маршал и, пока самый крутой, – Коннетабль.

После некого усреднения Очков славы и сведения их к новой статистике, у меня оказалось пятьсот семьдесят Очков. И стал я Межевым рыцарем. До следующего ранга осталось немного – всего тридцать единиц. Но сколько труда нужно приложить для этого! Не каждый месяц выпадает шанс защитить город или захватить замок.

«Хорошо хоть на них поднялся, – подумал я. – Другие и Пажа с Валетом взять не могут. Вон, Бродяга – Сквайр. Даже Лилит недалеко ушла, хоть и играет намного дольше – Рыцарь чести. Правда, ей дали много Очков за то, что носит титул Главы клана, но все же…»

Фармить славу сейчас можно лишь на эпических сражениях, достижениях, редких квестах или добиваниях. А это сложно, оттого и ценятся ранги больше титулов.

Я подумал о магичке. Как там она? Уже пришла в себя после позорной смерти на тракте?

Добивания появились в «Престолах» совсем недавно. И новая фишка сразу стала предметом жарких дискуссий. Во‑первых, многим не по душе пришлось слишком сложное его воплощение. Во‑вторых, у персонажей в «Престолах» теперь не просто участки тела, по которым нужно лупасить, а – полноценные нейро‑биологические модели повреждений. То есть, к примеру, во время добивания я легко мог бы вырвать Алёне не сердце, а печень (правда, у орков и прочих нелюдей анатомия другая).

Но важно другое.

После того, как перса убивают подобным способом, даже золото не поможет вернуться в игру быстрее, чем через три часа.

Впрочем, играть в «Престолы» от этого менее интересно не стало. Ведь, пока персонаж в Лимбе, вполне можно строить селение и развлекаться десятками других способов.

Иное дело, что позорный факт добивания влияет на общий рейтинг не лучше, чем взятие в рабство. Да и потраченные три часа на Лимб могут легко испортить какое‑нибудь срочное дело. Eretica это гарантирует. Она‑то свое задание уже завалила.

Что от нас и требовалось…

* * *

Зловоние во рву, казалось, въелось в кожу!

К сожалению, задержать дыхание надолго не получалось. Кто сможет не дышать целый час? Так я и ползал в грязи, глотая через рукав отравленный воздух. Густые тени и навык маскировки помогали остаться незамеченным, но сильно легче от этого не становилось.

В липкой, доходящей до колена, грязи болтались и тонули облезлые крысы. Глаз «радовали» зрелища разложения. В трупиках животных заводились даже не колонии, а настоящие цивилизации червей. На заостренных бревнах лениво каркали жирные сытые вороны. Повсюду валялись раздувшиеся и порченные трупы людей.

Казалось, я угодил в какой‑то особо извращенный вариант ада.

Когда стало темнеть, на стенах началось привычное действо смены караулов. Хорошее время для того, чтобы тайно пробраться в замок. И я возблагодарил богов, что, наконец‑то, смогу выбраться отсюда!

«Нужно потребовать у Лили повышенный гонорар, – подумал я раздраженно. – Когда брался за это задание, никто не предупредил о подобных особенностях охраны Йотунбурга…»

Две внешние стены я уже оставил позади. Оставалась последняя, та, что со стражей.

Я вжался в тень между двумя деревянными опорами, заросшими мхом и гнилой тиной. Достал из походной сумы стальные когти и крючья. Тщательно укрепил на стопах и кистях. Прислушался, и пополз наверх.

Эта стена была уже без примеси глины, целиком из гладкого от влажности камня, да еще с неприлично узкими щелями для раствора. Вряд ли бы обычный человек смог одолеть такой подъем. Мне помогали только навыки разведчика.

Подъем я преодолевал буквально по миллиметру. Голова кружилась от поднимающейся вони, ядовитые испарения жгли ноздри. Приходилось часто делать передышки. Вороны нахально косились, в черных глазах была ненависть.

Я состроил одному страшную рожу и полез дальше. Старался, чтобы стальные когти не слишком звякали о камень, тщательно выбирал щель и рассчитывал каждое движение. Не хотелось брякнуться на дно рва. Вороны засмеют.

Когда добрался до гурдиции, замер, прислушался.

Вдалеке мирно переговаривались стрелки, так ничего и не заподозрив. И я принялся карабкаться на боевой ход.

Выждав момент, когда караульный устало прошаркал мимо, я влез между стенными зубцами, мерлонами. Двигался плавно, чтобы не нарушать маскировку. К счастью, значок скрытности оставался зеленым, что значило – меня никто не услышал и не увидел.

На миг я замер.

Спецификация Оборотня мне позволяла внимательнее относиться к запахам даже в человеческом облике. Правда, слишком купировано, но все же чувствовал. И на боевом ходу как‑то уж чересчур воняло железом и потом, будто я стоял вплотную к стражнику. Неужели их запах настолько въелся в это место?

Несколько секунд я оглядывался, вслушиваясь в вечернюю суету на стене. Но так никого и не заметил.

А время утекало.

Я понял, что дольше медлить нельзя. Скоро караулы сменятся, начнется постоянный обход, и я просто не смогу прошмыгнуть в город.

Я уцепился за край стены, подтянулся, зашвырнул тело на помост. Запах стражников буквально резал ноздри. Но вокруг по‑прежнему никого не было видно.

Чуть ли не ползком я пробрался к караульной башенке, сунулся к лестнице, что спускалась в город. Она тоже была пустой.

«Везение? – пронеслась у меня в голове волнительная мысль. – Или…»

Я поставил ногу на первую ступеньку, помедлил. Такая тишина на стене мне категорически не нравилась. Но ведь и пробраться в Йотунбург нужно, ибо…

Интуиция не подвела.

Едва я шагнул на лестницу, на стене загрохотали шаги. Я рванулся было вниз, но и оттуда донесся топот и шелестящий звон обнажаемых мечей.

Засада!

– Держи его!

Полыхнули предательские сообщения:

Вражеская магия помогает Вас обнаружить!

Режим маскировки деактивирован.

И:

Боевой режим!

Слева налетел стражник, попытался ударить рукоятью меча. Я на одних рефлексах уклонился, парируя удар. Тут же перехватил его локоть, стражник взвыл, когда в плече затрещало. Боль и инерция приема заставила его лишиться опоры. Я только слегка подкорректировал траекторию. И на излете движения бедняга отправился в лебединый полет с высоты городской стены.

К подножью лестницы выбежали йотунбургские стражники в плащах из медвежьих шкур. В руках мечи и топоры. Я оглянулся в панике.

«Пробиваться или возвращаться в ров?!»

Я шагнул было назад, но тут на боевом ходу прямо из воздуха появилась фигура. Какой‑то тип в щегольской одежде и с нубским седьмым уровнем, выкрикнул пафосно:

– Серый Лис! Не двигаться! По приказу утгардского патриархата вы арестованы!

Я хотел было усмехнуться, даже заржать прямо в лицо «семерке», но…

Заклинание сокрытия погасло – будто кто‑то сдернул невидимое покрывало! Со всех концов боевого хода ко мне ринулись вооруженные стражники.

Вот, значит, откуда так фараонами несло…

Глава 4. Хоровод теней

Положение было хреновое. Если не сказать жестче.

Я один, с половиною своих обычных артефактов и брони, против трех десятков стражников…

Тайком осматриваясь, я лихорадочно думал.

Вступать в бой бесполезно. Слишком велико численное превосходство. Пытаться прорваться? Но боевой ход, как и лестница, слишком узкий. Прыгать в щель между мерлонами? Я ж не вампир какой‑нибудь, парить не умею. Лилит бы выкрутилась, а я в лепешку разобьюсь. Хороший способ самоубийства и только. Вон как стражника размазало.

Значит, надо как‑то выкручиваться.

– Вы ошиблись, уважаемые, – попытался я сохранить хорошую мину при плохой игре. – Меня зовут Дэвид. Я простой путник.

Наглая «семерка» рассмеялась нервно.

– А через стену лез зачем? Почему убил воина Йотунбурга? Хватит прикидываться, Серый Лис. Ты попался!

Им известно мое имя. Они знают, что карабкался через стену. Собрали такое количество стражи для ловушки, магов повытаскивали из башен…

Кто они?! Точнее – кто их послал?

На лестнице возникла суматоха. Я скосил глаза.

Стражники внизу поспешно расступались, пропуская высокого мужика. Слишком высокого, чтобы быть человеком. А еще я отметил, что у стражников в руках не только мечи и копья, но и арбалеты. То есть подготовились они на славу. Хрен уйдешь от них целым и невредимым.

Неизвестный поднимался. При каждом шаге лестница жалобно скрипела.

Он был высоким, мощного телосложения, что в Утгарде говорит сразу о двух вещах: его раса – Велеты, и, что он высокого уровня. Одет как воин, но богато, хотя и без пышности. По шмоту видно, что все одного стиля, значит, – из одного набора. А премиумные комплекты – вещи слишком дорогие, даже для меня.

Профиль мужика закрыт и, судя по всему, внешность, как и у меня, изменена.

– Вот уж воистину – невидимы и вездесущи! – мужик взошел на стену и покачал головой. – Так, кажется, звучит девиз Гильдии теней? А наши разведчики докладывали, что Гильдия сидит безвылазно в своих землях… Как вы тут очутились, сир?

Кажется, время комедий с переодеванием прошло.

Я пожал плечами:

– Ваши разведчики, безусловно, правы. Мы безвылазно сидим в поместье Теней. А сюда я пришел, чтобы несколько скриншотов сделать. Люблю, знаете ли, виртуальную фотографию.

Человек ухмыльнулся:

– Ну да, так все и было.

– Тогда, может, пропустите меня? Дел полно.

– Это каких же?

– Разных. Хотел, к примеру, на вашем славном рынке побывать, сувениров прикупить…

– Не в этот раз, Серый Лис де Ренар, – оборвал человек весело. – Ворота Йотунбурга, возможно, теперь закроются перед вами навсегда.

Мы болтали, а в голове у меня проносились лихорадочные мысли:

«Как они меня засекли? Какая‑то скрытая защита? Неужели воронье во рву служит камерами наблюдения?»

Подумав, я отбросил эту версию. Магов такого уровня в Утгарде пока нет. Но сама идея хороша. Нужно будет озвучить ее на совете Гильдии.

– Ну, – я развел руками, – хорошо. Попался, словно мексиканский нелегал на техасской границе. Что дальше? Депортация за пределы Йотунбурга? Штраф или тюремное заключение?

А в самом деле. Ведь я не сделал ничего особенно дурного. Подумаешь, стражника прикончил. Так ведь он первым полез, даже не соизволив выкрикнуть обвинения и назваться. Максимум, что мне должно грозить – запрет на посещение городов страны велетов.

Однако неизвестный был иного мнения.

– Мы могли бы депортировать любого другого нарушителя, но не знаменитого наемника, – сказал он. – Который, вдобавок, вздумал в последнее время играть на нашем тракте в славного Робина из Шервудского леса.

У меня засосало под ложечкой. На что это он намекает? Ведь не может знать, что…

Велет проницательно улыбнулся, обнажив толстые клыки.

– Откуда я знаю, что вы напали на кортеж маркизы де Плерон, а ее саму зверски убили и ограбили? Вот об этом, Серый Лис, я и хотел бы поговорить с вами. Только не здесь.

Я молчал, прикидывая, как бы выкрутиться из всего этого поудачней. Но выходило, что я вляпался во что‑то очень уж неприятное. А у меня аллергия на тайны, вот честное слово.

– Откройте профиль, – бросил я.

Игра начиналась опасная.

Человек сощурился, взгляд его внимательных глаз попытался проникнуть в мои мысли. Он пообещал:

– Открою, Серый Лис. Знаю, что невидимые и вездесущие не любят тайн. По крайне мере, чужих. Открою, но не здесь.

– А где?

– Могу ли я пригласить вас на чашу вина в трактир? Неподалеку есть одно чудное место, там для меня всегда приготовлена отдельная зала и ждет бочонок первоклассной выпивки.

Я обвел взглядом стражников. Спросил нахально:

– А если я откажусь? Могу же я быть убежденным трезвенником.

– Да ради бога, – всплеснул руками человек. – Однако боюсь, тогда новоявленный Робин станет не добрым и не славным, а – мертвым.

– Переживу.

Велет хрипло хохотнул.

– Нет‑нет, Серый Лис, вы не поняли. У нас есть особая казнь, – проговорил он заговорщицки. – Администрации о ней известно, но, так как применяем мы ее нечасто, они пока закрывают глаза. Так вот, о казни. Мы отбираем все оружие, броню и снаряжение, привязываем преступника к бревну. И сталкиваем в ров. Вы и сами видели, что там водится. Должен сказать это медленная и мучительная смерть, аж мурашки скребут по коже. Несколько часов гадаешь, от чего умрешь быстрее: лихорадки или паразитов.

Да, я слышал о таком. Слабое место в новой физике. Стремясь максимально приблизиться к реализму, разработчики не учли, что среди игроков довольно много извращенных уродов и маньяков. В сравнении с ними даже тролли кажутся детишками.

– Ничего страшного, – я попытался осклабиться своей самой глумливой улыбкой. – Выйду из игры – и все дела. Нам не привыкать.

Велет ответил на мой оскал жесткой усмешкой:

– Нет, Серый Лис, не выйдете. При всем желании.

Мне понадобилась пара минут, чтобы осознать смысл его слов.

* * *

К постоялому двору мы шли со знатным сопровождением. Маскировку я так и не снял, а потому пестрый портовый люд Йотунбурга косился, грозя протереть от любопытства все глаза. А как же: в кольце из трех десятков до зубов вооруженных стражников вели обыкновенного оборванца в дырявом плаще с глухим капюшоном. Разве не заманчивое зрелище? Есть простор для теории заговора.

Я топал вслед за велетом, так пока и не открывшим профиль, а сам размышлял над ситуацией.

Они каким‑то образом узнали о заказе на убийство‑добивание. Как это могло произойти? О нем знало ограниченное количество людей. Я и Лилит, Бродяга и Стальные Ятра, Звездочет и еще трое боевиков: Сид, Barbozza и Wishmaster. Все ребята проверенные, закаленные огнем и мечом. Кто мог проболтаться?

Ну ладно, это в принципе еще можно объяснить. Мог проговориться кому‑нибудь заказчик. Выяснить это – задача Лилит. Но каким образом стало известно о моей миссии в Йотунбурге? Откуда они знали, какой дорогой отправлюсь я?

Я покосился на часы в профиле. До дедлайна моего задания еще оставалось три часа. Успею? Или меня в действительности бросят в ров умирать?

Думал, а сам все время ловил себя на мысли, что меня намного больше интересует оговорка насчет запрета выхода в рилайф. Что это вообще такое?

Наша славная компания свернула за угол. В конце улицы я заметил двухэтажный сруб из могучих бревен в три обхвата. Над входом покачивалась на шарнирах вывеска в виде овцы: «Трактир „Волчья сыть“».

Сруб был оформлен в обычном для нашего времени слиянии двух стилей: германского и скандинавского. С белеными стенами, досками крест‑накрест. А мощная треугольная крыша покоилась на опорных столбах и укрывалась еловыми ветвями. Бревна покрыты искусной резьбой, где красиво сочетались пиктограммы и руны, выкрашенные киноварью. В огороженном плетеным забором дворе кудахтали куры, блеяли козы.

– Хорошая таверна, – сказал велет. – И хозяева правильные. Умеют держать язык за зубами.

Мне стало интересно, стражники тоже пойдут с нами? Но они, подчиняясь неслышной команде, остановились, быстро и четко перегруппировались, окружив «Волчью сыть».

Велет приглашающе взмахнул рукой:

– Входите, Серый Лис. Обед и выпивка за мой счет, хоть вы и злостный нарушитель.

Я кивнул любезно. Приободренный (а как же, с одним противником мне справиться будет куда проще даже без половины своих вещей), я ступил на крыльцо и потянул за ручку двери. Появилось сообщение, что мы вошли в отдельную локацию, принадлежащую частному лицу.

Таверна пустовала. Видимо, хозяин заранее получил приказ закрыть помещение от посетителей. Обычно в Утгарде гомон и драки в трактирах не затихали ни днем, ни ночью.

«Еще одно доказательство того, что засада была не спонтанной, а тщательно спланированной, – продумал я. – Этому типу что‑то от меня нужно. Слишком уж он настойчив».

В общем‑то, мне понравилось заведение. Чистенько, просторно, широкие столы, дубовые скамьи, много света и свежего воздуха. Под высокими потолками качались медные лампы с негаснущими волшебными огнями, что говорило о преуспевании владельца (услуги магов недешевы). В центре зала огромный и, очевидно, ритуальный очаг, обложенный гладкими камнями. Дымохода не было. На стенах развешены шкуры и головы оленей и медведей, рога и бубны.

– Выбирайте место, – усмехнулся велет.

Я пожал плечами и демонстративно уселся за первый попавшийся столик.

Тут же появилась хозяйка – обаятельная рыжеволосая девчушка в зеленом платье. На высокой груди масса украшений из кости, дерева и серебра.

– Что будете есть? Чем горло изволите промочить?

Девчонка обнажила зубы. В ее улыбке я заметил сильно заостренные клыки и перевел взгляд на глаза. И точно – с вертикальными зрачками и желтой радужкой. Как у меня – признак Спецификации оборотня.

Велет заказал после секундного раздумья:

– Хальвийского вина, пирог с голубями, хлеба, зелени и гуся с яблоками.

Девчонка улыбнулась повторно и сбежала. Моего мнения она не спрашивала, паршивка.

– Итак, – проговорил я, – давайте не будем тянуть быка за хвост. Или за рога. В общем, не важно. Что вам от меня надо?

Прежде чем ответить, велет сунул руку под камзол и на столе очутился серебряный кулон в виде то ли якоря, то ли молота.

– Сначала снимем маски.

Внешность велета преобразилась, он раздался в плечах. Черты лица приобрели резкость, отрасли волосы до плеч и густая борода цвета соли с перцем. Теперь велет был в камзоле из вареной кожи, отделанном серебряными нитями, с плеча ниспадал шерстяной плащ. На левой щеке красовалась татуировка с гербом королевской фамилии «Волков Утгарда» – Волкоголовый бог, вписанный в круг луны.

Заглянув в профиль велета, я пробормотал изумленно:

– Хёвдинг Ульв де Варг…

* * *

Второй человек клана «Волки Утгарда» после Одноглазого Ворона. Приемник короля, зам‑Главы клана и Верховный главнокомандующий армии Волкоголового. Один из немногих игроков Утгарда, чей уровень перевалил за шестой десяток, а количество боев превысило тридцать тысяч.

Вот так встреча…

– Вас я ожидал меньше всего увидеть, – сказал я честно.

– Почему же?

Вместо ответа я сбросил дырявый плащ на скамью, стащил с шеи амулет Януса, довольно простенький, не такой дорогой и могущественный, как Молот Тора у де Варга. И теперь предстал в своем обычном облике: рыжеволосый, как и в рилайфе, парень двадцати трех лет. Поверх черной рубахи привычная броня из подвижных пластин, штаны с нашлепками дубленной кожи. Для полноты комплекта не хватало лишь плаща и шлема. Но их нельзя было носить с изменяющим внешность амулетом. Его силы хватало далеко не на все слоты.

– А ведь я чуть было не поймал тебя в Дарквуде, – проговорил Ульв, разглядывая меня. – Тогда, во время Первой Утгардской. Это ведь я командовал тем участком фронта, на котором ты пошел на прорыв. Не ожидали мы такой прыти.

Я воспринял это как комплимент. Но все же решил сменить тему:

– Как вы узнали, что это я был на тракте? Вас насторожила Спецификация оборотня?

Ульв рассмеялся, а я насупился:

– Что смешного?

– В здешнем королевстве это самая популярная спецификация. Как в Дарквуде священники и колдуны, как в Китеже вампиры. Некросов только не хватает для полной картины.

А вот с этим я был не согласен. К черту некромантов! С одним из них, самым первым, я уже пообщался. Если верить администратору Артему, – и еще пообщаюсь. Пока они настраивают его расу, продумывают все до мелочей. Потом вернут. Надеюсь, правда, вернут не Месмерита, а обновленную личность. У меня и так врагов выше крыши. Не хотелось бы еще одного возвращать.

Я спросил:

– Если не «Оборотень», что тогда?

Ульв склонил голову набок:

– А вы не догадываетесь?

Я фыркнул:

– Давайте без этих вот игр, ладно?

Ульв кивнул, но не преминул подначить:

– Да, политика определенно не твоя епархия. Что ж, таким ты мне нравишься еще больше. Как и твои подвиги: прямые, смелые, достойные настоящего мужчины.

Я поморщился:

– Ближе к делу.

Ульв вздохнул и сообщил просто:

– Ну как мы могли узнать о твоем задании? Тебя продали, Серый Лис. Это же очевидно.

Глава 5. мод Смерти

Не знаю, может для него такой поворот дела и очевидность, но…

Я на минуту впал в ступор.

«Продали».

Кто? Бродяга? Кто‑то из его команды?

Нет. Маловероятно. Конечно, убийцу и бывшего Дохлого прапорщика я знаю не так давно, но мне этот парень показался надежным. Не могу я о нем думать, как о предателе. Так же, как не могу всерьез подозревать и остальных ребят.

Тогда кто мог сливать информацию на сторону? Не Лиля же! Это вообще абсурд!

Неслышно подошла рыжеволосая девчонка. Под ее чутким руководством двое мальчишек укрыли стол скатертью, расставили чаши и деревянные доски, играющие роль тарелок‑подносов, кувшин вина и угощения.

У меня после сообщения Ульва пропал аппетит, но Верховный главнокомандующий клана «Волки Утгарда» принялся с таким аппетитом жрать, что я просто не смог удержаться. С хрустом отломил ножку гуся, корочка лопнула и на стол потек горячий сок. Повалил ароматный пар и рот моментально наполнился слюной.

Ульв схватил кувшин, набулькал в деревянную чашу густого красного вина. Тут же отпил и разорвал надвое пирог с голубями. Громко захрустел сочным луком и мясистыми травками, не забывая отщипывать и от гуся по волоконцу.

Я старался не отставать: с каменным выражением лица перехватил кувшин, плеснул вина и себе. Сунул в пахнущую пряностями чашу краюху хлеба, откусил.

– Ну как?

Я причмокнул, кивнул. Вино и впрямь показалось хорошим. По крайней мере, для виртуальности.

На периферии зрения возникло сообщение о восполнении Здоровья и Выносливости. Тут же отчитался и КВП, педантично напоминая, что виртуальная еда – хорошо, но и в реальности не стоит забывать про организм. Даже показал табличку, где тщательно выписал уровень сахара в моей крови, калорийность завтрака и рекомендации по времени и составу будущего приема пищи.

Я свернул системные месседжи, сам знаю, когда и что мне есть. Тут же мельком удивился: сколько времени прошло, а со мной еще никто и не пытается связаться из Гильдии. Может, здесь какой‑то магический щит?

Под предлогом вытереть жирные пальцы о штаны, как делают все варвары, я сунул руку под стол. Нашарил в кошеле на поясе фигурку коршуна, огладил.

Клановая связь доступна. Выберете абонента.

Иконка с аватаркой Лилит обагрилась рамкой, пошел сигнал вызова. Но…

Извините, абонент Лилит вне зоны действия.

Я скосил глаза на часы.

Четверть шестого. Самое время Болотной ведьме быть в Утгарде. Регистрация наемничьих команд на Турнир завершается через сорок пять минут.

– Итак, – проговорил я, отставляя чашу, – зачем я вам понадобился?

Хёвдинг кивнул, пригубил вина и тщательно вытер пальцы о край скатерти. При виде такого чистоплюйства я тут же высморкался в ее уголок. Ульв никак не отреагировал на мою выходку, хотя глаза у него смеялись. Впрочем, через минуту нам обоим было уже не до смеха.

– Итак, Серый Лис, пришло время обсудить дела.

Ой, как мне не нравится такое начало…

Ульв продолжал:

– Что вы предпочитаете: невмешательство и денежные штрафы или интересную загадку с возможностью получения прибыли?

– Штрафы за то, что через стену полез?

Ульв улыбнулся:

– Штраф за то, что незаконно пытались проникнуть на территорию города. Но это ерунда по сравнению с тем, какие неприятности вам устроит Eretica и принц Валлах де Плерон.

Я демонстративно поковырялся ногтем в зубах. Де Варг фыркнул:

– Не пытайтесь показаться чурбаном, Серый Лис. Ваши уловки на меня не подействуют. Я четко представляю, с кем имею дело. Туповатым наемникам не удается переиграть администраторов и разрушить интриги правящих кланов. А потому я сразу выложу карты на стол. Вы должны это оценить.

Так и не дождавшись моих комментариев, Ульв заговорил. Четко и по существу, как и обещал:

– Итак, три дня назад стартовал ивент «Морские волки». За победу в нем обещана солидная награда: два корабля. Два первых по‑настоящему крупных и хороших судна. На таких можно и на другие материки отправляться, и побережье удерживать. Для многих владычество на волнах значит – выстроить морскую империю и надолго обогнать другие кланы в развитии. Правительство единственного на материке Гиперборея порта, а именно правящая династия де Варг, немедленно закрыло Йотунбург, объявив его зоной, свободной от войны, интриг и прочих пакостей. Послезавтра должен начаться первый день Турнира. Крупнейшие Дома Утграда уже успели зарегистрировать своих лучших воинов. Теперь подготовки к самому напряженному состязанию «Престолов» завершаются.

Он сделал паузу, отпив вина. Я молча ждал.

– Настал праздник для наемничьих команд, – говорил хёвдинг Ульв, поглаживая черную с проседью бороду. – До сих пор, хотя регистрация на Турнир почти завершилась, кланы только и делали, что вредили друг другу, всячески устраняя конкурентов и завладеть кораблями единолично. Не многим удавалось сколь‑нибудь серьезно насолить, но… Одно из такого рода заданий получила Гильдия теней. А именно – в последнюю минуту убить маркизу де Плерон, чтобы она, как самый перспективный маг «Ордена инквизиции» не смогла участвовать в ивенте. И это задание доверили вам.

Я проронил сухо:

– Интересная история, но требующая доказательств.

Ульв кивнул, покопался в суме и на стол лег лист пергамента.

– Нотариально заверенный скриншот, – улыбка Ульва мне показалась излишне хищнической. – Приглядитесь внимательней.

Размытая картинка на пергаменте подернулась рябью. Тут же пришло сообщение, что магия волшебной бумаги больше не действует, а мне дано разрешение на просмотр ее содержания. На желтоватом пергаменте проступил ряд картинок, напоминая комикс.

«Вот это мы вляпались…» – подумал я и мысленно присвистнул.

* * *

Доказательства были собраны на славу. Я только диву давался, насколько четко сработали осведомители Ульва.

Тут были и скриншоты секретного контракта Гильдии теней с господином Дарептелем, мелким торговцем из королевства Дарквуд. Заказчик, конечно, явно подставной, но это и особенно не важно. Деньги заплатили хорошие.

На пергаменте имелись и мастерски сделанные скриншоты нападения на маркизу и ее телохранителей. Что меня поразило больше всего – там отпечаталась моя настоящая внешность. А это говорило о том, что тот, кто фотографировал, значился в моем списке друзей. Только они меня узнают подо всеми амулетами. А друзей у меня в Утгарде немного…

– Вам этого достаточно? – с издевательской вежливостью осведомился Ульв.

– Вполне, – сказал я хрипло. – Кто делал скриншоты?

– О, мне нравится сталь в вашем голосе. Но, к сожалению, пока назвать имя автора этих картинок я не могу.

– Почему?

– Потому что это слишком важная информация, чтобы ее просто дарить.

– Хорошо. И что дальше?

Ульв, словно был героем драмы, сделал паузу. Налил нам обоим вина, пригубил.

– Я хочу предложить вам сделку.

Я задумался.

С одной стороны я уже узнал достаточно, чтобы провести самое тщательнейшее расследование. Поиск «крысы» в Гильдии – задача чести. Неужели и в нашей славной компании оказалась тварь, предающая за деньги?!

Я буквально кипел, когда об этом думал.

– Хватить скрипеть зубами, Серый Лис, – поморщился Ульв. – Вы еще слишком мало знаете, а уже вне себя. Представляю, как вы взбеситесь, когда услышите про мод Смерти.

– Про что?

Ульв скривился, бросил с неподдельной резкостью:

– Модификацию игрового клиента, которая запрещает выход из виртуальности и тем самым делает смерть персонажа особенно болезненной!

И все‑таки я не выдержал, хотя и старался. Рассмеялся громко и немножко нервно. Однако улыбка тут же пропала, когда де Варг признался кисло:

– Не вижу поводов для смеха. «Престолы» – игра замечательная, но не тогда, когда ты стал в ней узником и сидишь уже больше суток.

* * *

В трапезной зале повисла тишина. Вязкая, осязаемая.

Я переспросил недоверчиво:

– Вы? Вы здесь заперты?!

Ульв де Варг одним долгим глотком осушил чашу вина и огладил бороду. Сказал, уронив тяжелый взгляд:

– Все‑таки я не был с вами до конца честным.

– По поводу?

– Это не сделка, Серый Лис. Это ультиматум. Или вы поможете королевской фамилии, или вам нужно будет искать другую игру. Дикая охота, в сравнении с теми неприятностями, которые можем устроить мы с Дарквудом – детский лепет.

Надо же. Начались прямые угрозы.

Что‑то меня насторожило в словах Верховного главнокомандующего. Только через полминуты до меня дошло.

– «Вы с Дарквудом»?! И они тоже заперты?!

Ульв кивнул.

– Вы стоите своей репутации, Серый Лис, схватываете все налету.

Я оставил лесть без внимания. Спросил пораженно:

– Сколько же вас тут таких?!

Де Варг вместо ответа подхватил кувшин, потряс, даже заглянул вовнутрь. Гаркнул:

– Эльза! Еще Хальвийского!

И перехватив мой взгляд, припечатал:

– То, что вы узнали – строжайшая тайна, Серый Лис. Вы не имеете права об этом говорить никому. Вообще! Даже своей хозяйке Лилит.

Я отрезал:

– Она мне не хозяйка.

– Тем лучше.

– Но…

Ульв прервал ворчливо:

– Уж поверьте, администрацию пока тоже вмешивать не стоит. Они скоры на расправу.

– В смысле?

– Только не разыгрывайте невинность! В клановых войнах не бывает чистоплюев. Дом Варгов так или иначе тоже замешан в интригах ивента: договорные бои, саботаж, подкупы. Отрицать это глупо. Два боевых корабля – награда, из‑за которой стоит преступить закон. И не один. А господа администраторы мигом наложат санкции. Забанят половину королевской фамилии, а другую половину исключат из Турнира. Нет, мы должны сами найти выход из сложившегося положения.

Вот так дела…

Чтобы немного привести мысли в порядок, я сделал паузу в расспросах, отпил вина. Благо, подоспела рыжеволосая Эльза. На этот раз кувшин она принесла лично. С приятным хрустом сорвала пломбу с горлышка, наполнила нам чаши. И по знаку Ульва ретировалась.

Я спросил, лениво отщипывая от пирога с голубями:

– Значит, Дом Плеронов тоже заперт?

– Все до единого, – хёвдинг ядовито усмехнулся. – Хотя глубокоуважаемую маркизу вы милостиво пока отправили на покой. Она нескоро оправится, уж поверьте.

Елки‑палки…

«Нельзя выйти, а смерть чувствуется особенно остро».

Господи! Что же чувствовала Eretica, когда я проводил добивание на тракте?! По одному удару в самые болезненные точки, по всем нервным узлам. А потом еще и..

Я ощутил такой жгучий стыд, что, наверное, даже в виртуальности стал как маков цвет. Не специально, конечно, но как же я влип! Это ж надо – почти по‑настоящему прибить девчонку и вырвать ей сердце!

– Подождите, – пробормотал я смущенно, – но почему вы не можете сейчас попросту перебить друг друга, выйти из «Престолов» через Лимб и переустановить клиент? Уже безо всяких модов.

Ульв де Варг, зам‑Главы клана «Волки Утгарда», Верховный главнокомандующий и второй после Одноглазого Ворона человек в королевстве Земли велетов криво усмехнулся.

– Это же политика, Серый Лис. Кто кого из королевской фамилии должен убить первым? – спросил он кисло. – В каком порядке и по какому рангу мы должны резать друг друга?

Я открыл было рот, но счел за лучшее промолчать. А де Варг продолжал язвить:

– Может, сначала мне нужно убить короля? Так нельзя же: испортится его статистика, а государство лишится лидера. Помните, что стало в свое время с Дарквудом, когда вы убили короля Нэвэрнайта?

«Это был не я!»

Ульв продолжал:

– А кто станет убивать меня, чтобы ввергнуть королевство в анархию? Ведь я его заместитель и первый принц. Может, стоит королям убивать королей, а принцам принцев? Тогда мы получим не избавление от мода Смерти, а Вторую Утгардскую. Так в какой же последовательности нам пускать кровь?

М‑да… задачка для любителей посчитать количество ангелов на острие иглы.

Ульв промолвил горько:

– Кроме того, мы уже пробовали этот метод. Из Лимба выйти мы можем только обратно в Утгард. Тот, кто все это подстроил – убил нескольких зайцев одним выстрелом. Всех нас связал воедино и обрек на мучения. Знаете, что происходит, когда сутки не покидаешь «Престолы»?

Я спросил машинально:

– Что?

– Чувствуешь свой мочевой пузырь через ауру персонажа.

Ульв хрипло рассмеялся.

– И теперь мы вынуждены думать не о Турнире, а о том, как спастись. Это раз. Во‑вторых, остро стоит вопрос времени. Наши организмы рано или поздно истощатся. Неизвестно, выбросит ли КВП нас автоматически. И пусть сходить по‑маленькому мы сможем и под себя, если не удастся договориться по смс со знакомой медсестрой или родными, но более двух‑трех суток мы здесь все равно не выдержим. Понимаешь дилемму?

Будь прокляты все их политические интриги и проблемы!

Но я не сдавался:

– Тогда почему не попросить тех же знакомых или родных насильно сорвать с «узника» нейрообруч?

И вновь Ульв лишь отмахнулся, как от назойливой мухи.

– Ты когда‑нибудь пробовал так выходить из «Престолов»?

Я вынуждено покачал головой. Де Варг сделал большой глоток из чаши, резко отставил ее, хлопнув по столу. По бороде цвета соли с перцем потекли густые алые капли.

– Тогда я тебе расскажу, что случается, когда вырубают в квартире электричество, – резко выдохнул Ульв. – Во‑первых, в КВП срабатывает аварийная система. Аккумуляторы позволяют удерживать игрока в сети еще около десяти минут. Персонаж, конечно, без Интернета остается торчать в Утгарде дуб дубом, любая курица убьет, но сам игрок попадает в «песочницу» КВП, откуда, словно из Лимба, мягко выходит. Но это не наш путь, как ты уже успел понять. Во‑вторых, если сдергиваешь нейрообруч насильно… ну, как тебе объяснить? Пробовали мы так делать, пробовали. Перс все так же становится беззащитным, а «вырванный» человек в это время блюет в реальности дальше, чем видит. Ощущения в разы хуже самого жестокого похмелья. У нас так вышли трое. И они до сих пор с кровати встать не могут. Так вот, Серый Лис, во время Турнира лично я такое переживать не хочу. Лучше подохнуть здесь!

Некоторое время мы молчали. Я усиленно переваривал информацию.

Ситуация казалась удручающей. Два мощнейших клана Гипербореи заперты в виртуальности во время Турнира, когда интриг, смертей и подкупов будет в сотни раз больше обычного. И хуже всего, что этот мод Смерти не просто досадный повод пожить в «Престолах», окружив себя телохранителями, а часовая бомба! Если не отключить – взорвется. Массовыми самоубийствами? Кровопролитной войной? Или…

И тут меня словно молотом по голове бухнули.

Заперты! Они все тут заперты! Как могло так получиться? Где‑то скачали мод или заразились вирусом?

Первое означает массовую эпидемию, ибо даже я иной раз ставлю моды, выбирая то шрифты покрасивше, то панель дамага поинформативнее. Второе же…

Нет! Со вторым можно погодить. Сначала проверим первое!

Я поспешно вызвал окно профиля, кликнул по иконке частичного выхода в рилайф. Выскочила шильда с уточняющим вопросом, и я подтвердил приказ.

Таверна померкла, исчезли запахи дерева и пищи. Сквозь фантом проступили очертания моей квартиры.

За окном, в отличие от далекого западного Йотунбурга, уже стоял поздний вечер. Москва лихо готовилась праздновать пятничную ночь.

Честно говоря, я испытал двоякое ощущение. Облегчение от того, что я свободен и могу в любой момент «вынырнуть» в туалет, а не ходить под себя. И нечто вроде обиды. Оказалась задета гордость, что меня не сочли достаточно крупной персоной для вирусной атаки.

– Глупости, – фыркнул я. – Так и должно быть. Всемогущи, но невидимы. Привыкай, Серый Лис, ты воин тени.

Возвращался в таверну «Волчья сыть» я уже собранным и спокойным.

Ульв понимающе улыбался. Ну конечно, заметил, как стало «пластиковым» лицо моего персонажа, оставшегося без игрока.

– Не все заперты, Серый Лис, – сказал он, наполняя свой кубок. – Не все. Иначе «Престолы» уже находились бы в карантине Sky Digital. Но мне нравится, что вы настолько осторожны и привыкли все проверять.

Что ж. Кажется, почти все карты на столе и настало время делать выбор. Мне ясно дали понять, что Лилит и Гильдию вмешивать в это дело не стоит. Что предатель кто‑то из своих.

И я сказал:

– Пожалуй, милорд, вернемся к предоставленному вами выбору. Между штрафом, войной с двумя кланами и загадкой я выберу последнее.

Де Варг отсалютовал кубком.

– Я знал, что не ошибся в вас.

Я спросил деловито:

– Так в чем же моя задача? И какова будет награда?

Ульв хмыкнул в бороду:

– О, награда не разочарует, уж поверьте. Хоть в прошлом вы нам и попортили кровь, но дети Волкоголового бога умеют ценить смелось и уважать силу. Однако от вас потребуется многое, выложиться придется по полной. И для начала нужно подтвердить ваше согласие.

– Согласие на что?

– Но то, что вы выступите на Турнире ивента «Морские волки».

Глава 6. Йотунбург

Когда я вышел из трактира «Волчья сыть», стражников и след простыл. Более того, подписанный контракт не только даровал мне полную свободу действий в Йотунбурге, но и вписал мое имя в список участников Турнира. В качестве наемника на стороне, конечно, клана «Волки Утгарда».

Последнее, правда, меня напрягало.

Вся моя прокачка направлена на скрытность, профессию ассасина, но никак не на поединщика. А значит, – придется выкручиваться.

Еще в трактире я вернул артефакт Януса в слот и теперь вновь был для всех в образе бедно одетого странника в черном поношенном плаще с глухим капюшоном.

Первым делом я отправился на постоялый двор «Охотничья луна», где у меня заранее была заказана комната. Уже оттуда, как оставлю Серого Лиса в безопасности, нужно будет связаться с Лилей. О задании Ульва ей пока знать не следует (а в Гильдии я просто возьму отпуск без сохранения зарплаты), но пообщаться нам бы не мешало.

Двигаясь по артериям узких улочек Йотунбурга, я думал о разговоре с Ульвом. Окончательный вариант контракта он пришлет в личку чуть позже, но уже сейчас четко вырисовывались основные вехи задания.

На Турнире выступят бойцы и маги тридцати двух кланов. Это около пяти сотен бойцов. И каждый из них будет зубами грызть врага, чтобы заполучить бонусные очки ивента. Конечно, будут и небольшие кланы, чья цель – испытать удачу и попробовать отбить потраченное на участие в Турнире золото. Но основная масса будет драться насмерть. Любыми способами.

Да уж. Как говорили разработчики, «Престолы» не для обычных игроков, привыкших бить мобов. Их здесь почти нет, а основной опыт дается только за битвы между людьми. Эта игра для тех, кому есть что сказать, кто готов убивать других игроков и сражаться с сильнейшими.

Моба сможет замочить каждый, а сражаться почти в реальных условиях и против разумных игроков – дело опасное. Потому и стал доступен новый сервис с добиваниями, чтобы с одной стороны утолить жажду адреналина, а с другой еще больше выделить наикрутейших.

Правда, шанс на добивание разнится от уровня к уровню. До тридцатого левела нужно провести серию из пяти блоков и финального комбо. Если при исполнении комбо налажаешь – все оборвется и добивание не состоится. После тридцатого добавляется еще три очка к требуемой серии блоков‑ударов, всего становится восемь звеньев в непрерывной цепи. После девяностого уровня, за каждый следующий ап прибавляется одно очко сопротивляемости.

Правда, там уже нужно быть истинным гуру фехтования, чтобы проделывать добивания. Но до тех вершин еще нужно доползти…

И вот где‑то среди пяти сотен первоклассных бойцов Гипербореи, способных на чудеса в бою и беспощадных, как демоны ада, будут и мастера, создавшие мод Смерти. Моя задача – их найти.

У клана «Волки Утгарда» и «Орден инквизиции» полно годных поединщиков, а потому всерьез и часто сражаться на Арене мне не придется. И слава богу. Не представляю, что могу противопоставить топам? Умение красться вдоль забора Арены?

Народу на улицах Йотунбурга было валом. Все лавки забиты покупателями, кузнецы не успевали разогревать горны, а в харчевнях было не протолкнуться. То и дело приходилось жаться к стенам домов, чтобы не угодить под копыта низкорослых, но могучих жеребцов городской стражи. Усиленные патрули были на каждом шагу.

Йотунбург сейчас мало напоминал город с особым и строжайшим пропускным режимом. Были здесь и новички‑«единички», и портовые рабочие, и рыбаки с моряками, поражающими необычными Спецификациями вроде «Амфибии» или «Воина Нептуна». А кроме этих, толклись еще зеваки и туристы, приехавшие поглазеть на Турнир. Шумно пьянствовали и дебоширили группы поддержки кланов в одежде цветов своего королевства и с лентами гербов. Ни дать, ни взять – столица во время борьбы за Суперкубок.

Старался глядеть по сторонам и я. Правда, рассматривал особенности скупой архитектуры города велетов не для скриншотов. Подмечал, какие у домов крыши и что за лабиринты переулков, где расположены посты стражников. Особо присматривался к хижинам вёльв – магов Йотунбурга. Все‑таки мне в этом городе много придется ночами побегать…

Срезая путь, я двинулся через Центральный рынок. И сразу толпа подхватила меня и понесла куда‑то пугающим своим гольфстримом. Пришлось, как и все вокруг, начать работать локтями, чтобы двигаться в нужном мне направлении.

Рынок Йотунбурга поражал воображение. Кажется, это самый крупный базар из всех когда‑либо виденных мною в «Престолах». Здесь продавали ресурсы крафтящие игроки, приезжая целыми группами и артелями. Фермеры и скотоводы, охотники на нежить и чудовищ, шахтеры и маги, алхимики и работорговцы.

Кого здесь только не было!

Я вновь поразился, сколько в «Престолах» «мирных» профессий и игроков. Ведь тех, кто умеет драться в условиях реализма, пусть и изрядно облегченного и охудожественного для игры, – немного. Потому баймеры и геймеры довольно часто уходят в Спецификации крафта. Качаются медленно, но верно. Еще и деньгу зашибают, ведь спрос на ресурсы среди воинов и королей очень высок. Я и сам скрежещу зубами, когда приходится покупать за золото ресурсы для Ренара. И в последнее время все чаще пользуюсь услугами Аукциона. Серебра трачу массу, но все равно выходит дешевле премиум‑магазина.

– Отличные рабы всего за пять золотых единорогов! – орал с помоста орк‑работорговец, скаля клыки настолько большие и желтые, что им позавидовал бы матерый вепрь. – Пригодны для любых целей! Есть самцы и самки человеков, орков, троллей и эльфов! Так же принимаются особые заказы! Мы заарканим любого!

На работорговцев смотреть я не стал. Все равно среди их товара нет ничего выдающегося.

Когда вместо добивания «снимаешь» с врага его НПС‑ную копию и делаешь рабом, можно и впрямь использовать моба для любой работы. У нас в поместье Теней таких много, набрали в свое время в Пекле. Служат и воинами и строителями.

Правда, при взятии в рабство теряется пятьдесят процентов от уровня «оригинала», но – все же лучше, чем прокачивать моба крестьянина самому с «нуля». Иной раз выгодней купить. Однако на невольничьих рынках обычно выставляют всякий шлак. Копии неосмотрительных «единичек» и «нулевок», реже – НПС‑ов до пятого уровня включительно. Рабов же выше десятого в цепях на Рынке не увидишь. Их по особой договоренности с руками и ногами забирают официальные власти крупнейших кланов. Растят армии, копят силы.

Толпа неожиданно изрыгнула спамера. Игрок с нулевым уровнем и таким же количеством боев сунулся ко мне, зачастил громким шепотом:

– Урологи в шоке! Могу порекомендовать, как всего за пару занятий увеличить…

В спам! Таких щадить нельзя.

Запахло шерстью и кожей. Мимо потянулись ряды охотников и истребителей нежити. Толпа прижала меня к одному из прилавков. Торговец тут же развернул передо мной плащ из медвежьей шерсти, потряс и сказал с намеком:

– Зима близко!

Я не вспомнил цитаты, хотя мне показалось, что это откуда‑то из классики. Отмахнулся. Разочарованный торговец крикнул по инерции:

– Не отказывайся! Всего три сотни серебряных орлов!

Но я уже миновал ряд охотников. В горле запершило от ароматного облака, поднимающегося от прилавков травниц и алхимиков. Здесь тоже царил небывалый ажиотаж. На распродажах затаривались зельями и абилками, громко аплодировали, когда какой‑либо торговец демонстрировал свойства эликсиров. От прилавком поднимался дым и сыпались искры, как от балаганов фокусников.

Я двинулся к выходу в город, чувствуя непреодолимое желание обнажить клинок и уже с его помощью прокладывать дорогу. Желание усилилось, когда нарвался на второго спамера.

– Не желаешь «ложные воспоминания» по двадцатке? – услышал я его торопливый шепот. – Каталог огромный и можно самостоятельно выбрать тип «мэморис‑файла»!

По «двадцатке» – сиречь, по двадцать долларов. Это умопомрачительно дешево. Настоящие лицензионные файлы от разработчиков, если игроки решаются их продавать, стоят на Аукционе от одной сотни золотых единорогов и выше, смотря на уровень и востребованность «мэморис‑файла». А это серьезные деньги. И прорабатывали «ложные воспоминания» профессионалы от Sky Digital: психологи, нейрологи и еще целая когорта врачей высшей категории.

А вот такие, взломанные и кое‑как переписанные мододелами файлы, – та еще бодяга. Никто не может поручиться, что в архиве будут «воспоминания» по игре. Вполне может оказаться и нечто калечащее психику. На форумах «Престолов» даже на полном серьезе обсуждали возможность мозговых вирусов, то есть, зомбирования! Ерунда, конечно, но лучше поостеречься. Тем паче, что происхождение мода Смерти еще точно не установлено. Возможно, он распространяется вот в таких «мэморис‑файлах».

Не останавливаясь, я перехватил ник спекулянта, выделил в выпавшем меню опцию «Нарушение ПС», потом «Торговля нелегальным контентом» и отправил жалобу. Таких уродов нужно давить сразу, пока он не успел кого‑нибудь искалечить.

Миновав попрошаек и шлюх у ворот, я, наконец, вырвался из рыночного ада. И сразу пришло сообщение, что у меня «срезали кошель». Оказались потеряны двадцать процентов наличности.

Я ругнулся, прикинув, что прозевал около двухсот серебряных орлов. И дал зарок больше без крайней нужды на Рынок не ходить.

* * *

После базарного столпотворения воздух улиц Йотунбурга показался мне морским бризом. Мысли об украденных монетах пропали, зато вернулись еще более мрачные – о предателе в Гильдии.

Кто мог пойти на такое? Ума не приложу.

Отличная и сыгранная команда, довольно высокая клановая зарплата, океан фана и приличный рейтинг. Разве можно поменять дружескую компанию и удовольствие от игры на одноразовый заработок? Тем более – такой!

Или сексот уверен, что мы его не вычислим? Думает, что все сойдет ему с рук? Хрен там! Закончится Турнир и хёвдинг Ульв с потрохами отдаст мне Иуду! А я уж изо всех сил постараюсь отбить ему охоту до новых предательств. Свои тридцать серебряников он у меня глотать будет до тех пор, пока при ходьбе звенеть не начнет!

Дома разошлись, ноги сами вынесли меня к огороженному свежеструганными досками участку. Под взглядами стражей я направился в сторону постоялого двора. Но сам то и дело косился на Ристалище.

На большой площади, неподалеку от замка Варг, тщательно вычистили место для Арены. Вокруг поставили городок из шатров для участников Турнира, возвели конюшни и разместили походные кузницы и лазареты. Потом все обнесли стеной и расставили стражу.

Завтра, после торжественного открытия и шоу‑программы, когда впервые затрубят герольды, ознаменовав начало Турнира, этот городок закроется для посещений. Все участники Турнира будут в нем жить до окончания ивента. Или до поражения в бою. Такой ход должен максимально оградить воинов ристалища от грязных интриг соперников и наемников. А еще здорово облегчит мне поиск хозяина мода Смерти.

Я бросил последний взгляд на Арену и свернул в переулок.

От постоялого двора «Охотничья луна» несся рев сотен глоток пьянствующих рыцарей. Кажется, веселье было в самом разгаре. Когда я поднимался по ступеням, заметил, что у конюшни парочка горячих голов уже самозабвенно бьет друг другу морды.

«А что будет, когда турнир начнется?» – подумал я.

И, вздохнув, толкнул двери гостиницы.

Глава 7. Грызня

В первую секунду меня оглушило.

В лицо ударила плотная волна горячего воздуха, в котором для кислорода, казалось, места не было. Сплошной перегар, вонь прогорклого жира и подгорелого лука. А еще несло крепким потом, мокрой шерстью, кожей и железом.

Первый этаж таверны был забит народом настолько, что в глазах рябило.

Пирующие воины орали и стучали кружками кто по столам, а кто по голове соседа. Одни валялись под лавками, другие с хохотом играли в кости, третьи спорили, срывая голосовые связки. В углу зажимали вдвоем в стельку пьяную служанку таких нестандартных размеров, что у каждого «ухажера» сил хватало лишь на одну пышную грудь под холщовым платьем. В противоположном громогласно блевал ледяной великан, а троица гномов ехидно считали каждый новый желудочный спазм. Кажется, гномы делали ставки.

Между столов с пластикой харид носились кухонные девки‑НПСы, чудом удерживая забитые едой подносы. Осоловелые от объедков псы даже не пытались лаять и кусаться, когда чьи‑то сапоги давили им хвосты и лапы, только через силу скалили клыки.

Я скользнул по проходу, мастерски пресекая любые попытки заговорить со мной («невидимые и всемогущие»). Шагнул было на лестницу, и едва успел отпрянуть. По ступеням с грохотом скатилась вдрабадан пьянючая валькирия.

С трудом сфокусировав на мне взгляд, она пробормотала:

– Кжтся… я немного захмелела…

Мне показалось, что она и в рилайфе такая же. Система иначе имитирует опьянение.

В любом случае разыгрывать рыцаря я не стал, а беспомощная подружка на ночь мне сегодня не нужна. И деликатно перешагнув уже захрапевшую валькирию, я двинулся на второй этаж.

Наверху было спокойней. Полутемный коридор казался таинственным в свете треплющихся огоньков лампад. Из одной комнаты выскользнула служанка, я перехватил ее за рукав.

– Жаркое и вина мне в комнату.

НПС сама определила номер моего покоя и чирикнула:

– Пятнадцать серебряных орлов.

Я вынул из кошеля квадратные монеты и ее будто ветром сдуло.

Комнату мне сняли еще за две недели до начала Турнира. Конечно, мест уже тогда не хватало, но Лилит умела договариваться. Хоть и простенько вышло, зато от Арены в двух шагах. Кто же знал, что у меня будет собственный пропуск в святая святых?

Я тщательно запер за собой дверь, поджег лампаду. В зыбком алом свете комнатка показалась еще бедней: обязательный сундук, гамак и столик у стены.

Усевшись на сундук, я дождался служанки с едой, потом вновь закрылся и вызвал меню профиля.

В списке контактов ник Лилит призывно горел зеленым. Я воспользовался клановой связью, но, к своему удивлению, ответа не получил. Так же, как и на отосланное текстовое сообщение.

Ругнувшись, я дал команду на выход.

* * *

Только увидев за окном Москву, одетую в глубокую ночь с колье неоновых огней, я понял, как на самом деле устал и хочу спать. Денек выдался долгим и уж точно не легким.

Я снял и отложил нейрообруч, потянулся в кресле и зевнул с подвыванием.

КВП, воспользовавшись паузой, напомнил о необходимости приема пищи. Так же сообщил, что хоть во время моего погружения система и стимулировала мои мышцы электроимпульсами, но свежий воздух и спорт мне не помешают.

Жестом я закрыл сообщение. Сами с усами.

Сходив в туалет и поставив на кухне чайник, я вернулся за мобильником. Набрал номер Лилит и включил громкую связь. А сам полез в холодильник. Виртуальная еда только разожгла аппетит.

Я успел достать хлеб, колбасу, сыр и листья салата пока шли гудки. Потом связь прервалась. Абонент подходить к телефону не спешил.

Недоумевая, я повторил набор.

Закипел чайник, я слепил пару бутербродов с сыром, зеленью и колбасой, и еще пару с красной рыбой. За это время звонил Лиле четырежды. Ответа не было.

Я взглянул на часы – половина второго ночи. Время, конечно, позднее, но не для наемников. Да и Лилит всегда готова была ответить на звонок даже ранним утром. Неужели так обиделась?

Раздумывая, слопал первый бутер. Не выдержав, набрал Бродягу.

– Здоров полуночник, – сразу же отозвался бывший глава Лиги хэдхантеров. – Че тебе?

– Да вот… – начал было я, но Бродяга перебил:

– Ой, прости! Лилька по второй линии звонит, я ща…

Я ругнулся, но на экране телефона уже появилось сообщение об удержании вызова.

Что за хрень там творится?! «Лилька звонит»! Почему она мне не отвечает?!

Я переключился на громкую связь и стал жевать бутеры, запивая чаем. При этом смотрел на телефон и мысленно матюгался. Даже стал подбирать особо витиеватые обороты, чтобы озадачить ими Бродягу, когда тот соизволит вернуться к нашей беседе.

Тем больше было мое удивление, когда вызов прервался.

С минуту я гипнотизировал телефон, пораженный до глубины души. Потом немедленно выругался и перенабрал номер. Гудков не было. Механический голос из динамика проговорил:

– К сожалению, абонент поместил вас в черный список. Ваши исходящие вызовы и смс теперь будут заблокированы для этого адресата.

Будут что?!!

* * *

Как оказалось, сумасшествие на этом не закончилось.

Я потратил следующие полчаса только на то, чтобы установить, что для Гильдии теней Серый Лис перестал существовать!

Единственное, что меня хоть как‑то связывало – поместье Теней. Я все еще входил в троицу тех, кто имел право управлять будущим оплотом. Но…

Меня все поставили в игнор. Впрочем, ответ на вопрос, почему это произошло, нашелся быстро.

Мне пришло уведомление, что я временно исключен из наемнического братства. Официальная причина звучала так:

В масштабном соревновании и столкновении принял сторону врага.

Окончательно решение (исключать или нет) примет Совет Гильдии на судебном заседании.

Я даже не сразу нашелся, как бы это прокомментировать. А, когда слова все же вспомнились, было поздно, ругаться перехотелось – пришло письмо от Лилит.

* * *

– Открыть почтовый ящик, – приказал я.

КВП мяукнул подтверждение, в воздухе заискрила серебряная метель, и развернулся лист контактов. Я выбрал входящее сообщение, отметил прикрепленный файл и приказал распечатать послание.

М‑да…

Несколько игровых скриншотов демонстрировали пошаговую атаку моей группы на кортеж ее светлости маркизы де Плерон. Еще два – образцы договора Гильдии теней с Дарептелем. И, наконец, еще один зафиксировал переговоры Серого Лиса с Ульвом де Варг в трактире «Волчья сыть». И на всех было четко видна моя внешность. Для фрэндлиста никакой скрывающий профиль артефакт не помеха.

«Кто же эта зараза, что меня подставила?!»

Но больше всего меня поразило письмо Лилит:

«Не ожидала… Точнее, – ждала от кого угодно, только не от тебя. Что ж, видимо, такова судьба: две проверки на верность ты выдержал, а на последней сдался. Да еще потом соратников сдал и переметнулся к врагу. Да‑да, Слава, я знаю, что ты теперь выступаешь на стороне „Волков Утгарда“. Но гордиться тут нечем. И какова, позволь спросить, твоя цена?

Ладно, я не хочу этого знать.

Ты помнишь наш девиз? Невидимые и всемогущие. Так вот, Слава, первое характеризует вас, предателей; второе – меня. Неужели вы думали, что сможете скрыть от меня такое? Я глубоко разочарована. Очень.

Пожалуйста, не пиши и не звони мне больше.

Лилия.

P.S. Я дала команду выплатить вам зарплату и гонорары за все задания, чтобы между нами больше не было никаких счетов. Прощай».

Что ж за беда такая, а?

Я перечитал письмо. Удивился: почему о «предателях» Лиля говорит во множественном лице?

Ага, вот и еще: «выплатить гонорары ВАМ». Кого это «вам»?

Хотя, кажется, я догадываюсь, о ком говорит Болотная ведьма. И все‑таки я открыл список наемников из Гильдии теней, чтобы проверить свои умозаключения. Открыл, и остался доволен. В списке не хватало обоих замов Главы.

Меня и Бродяги.

Глава 8. Мишень

Будильник прозвонил в семь утра.

Точнее, не будильник, а уведомление о поступлении денег на счет, что подействовало куда более отрезвляюще.

И все же некоторое время я лежал, сонно глядя в потолок. Комната была погружена в мягкие сумерки, тени ежились по углам, от приоткрытого на проветривание окна тянуло колючим холодом.

Я вдруг подумал, что мне надоело жить в одиночестве. И сразу коварная память подсунула обаятельное личико Лилии. Как она там?

«Надо бы заехать к ней, – подумал я. – Пока еще есть время перед Турниром. Поговорим, как взрослые люди, объяснимся…»

Я вспомнил нашу последнюю ссору и усомнился.

Может, все же лучше не маяться дурью и завести собаку? В Утгарде мне и с Дельтой не скучно живется, а от любовной тоски годно помогают доступные девочки. Зачем мне лишние проблемы? Здесь у меня съемная однокомнатная квартирка, вечно насупленные и серые от повседневности соседи. А в Утгарде ждет строящийся замок, постоянные обновления и друзья…

Мысли сменили ток.

Но, что все‑таки за сволочь заставила Лилит устроить грызню в Гильдии теней? Зачем диверсанту понадобилось удалять в такое непростое время обоих генералов наемников? И, черт возьми, какие доказательства вины Бродяги отправили Лиле?

Закралась крамольная мысль:

«А если все‑таки он?»

Нет!

Не может это быть Бродяга. Он парень нормальный, без придури. Да и на кой ляд ему понадобилось бы тащить меня с собой в отставку?

Однако тот факт, что моя внешность была видимой на скриншотах, меня угнетал и заставлял по очереди, глубокими стежками, прокачивать каждого кондотьера. Кто‑то из них должен быть предателем и провокатором.

От бесплодных размышлений разболелась голова. Я вспомнил древнюю мудрость, гласящую, что правильно сформулированный вопрос – уже является ответом. Поэтому, давай‑ка, Серый Лис, задавать вопросы.

Ведь ясно же, что эта акция против Гильдии теней спланирована заранее. Я все проверил еще вчера. И естественно, никакого мелкого торговца в Дарквуде с ником «Дарептель» больше не существовало. Во избежание травли, сей персонаж добровольно самоудалился. Заключил договор, сделал его снимок, продал кому‑то, и испарился. Теперь концов не сыскать. Как могла Лилит вляпаться в такую историю?

Что же делать дальше?

– Вставать, – сказал я, – чистить зубы, принимать душ и пить кофе.

Ничего более толкового на ум не пришло. И черт с ним. Я не гордый. В любом случае, предательство – самая распространенная в мире валюта. И, как правило, к тому, кто владел ею единожды, она возвращается. Моя задача только выступить в роли посланца судьбы.

После душа и завтрака я вернулся в спальню, уселся за КВП. В почте обнаружил контракт от хёвдинга Ульва де Варга. Мельком просмотрел и остался доволен суммой гонорара. Есть, за что потрудиться. Но самое главное, конечно, было имя, которое назовут мне после Турнира.

В условиях контракта не прибавилось ничего нового. Ульв был честен. Я по‑прежнему должен лишь по острой необходимости (если такая вообще возникнет) выступать на Турнире. Все свободное время я буду искать мододела.

Потом я залез в виртуальный кошелек. Увиденная сумма заставила улыбнуться. Если перевести в рубли, – можно, особо не экономя, прожить месяца три‑четыре. Но перевел я лишь треть: заплатил по счетам, пополнил телефон да продлил премиум‑аккаунт в «Престолах». Бонусы к опыту и серебру не помешают. А то на моем уровне развития, да еще при постройке Ренара, дефицит уже ощущается.

Закончив рутину, водрузил на голову нейрообруч. Но перед тем как «нырнуть», я все же написал последнее письмо Лилит:

Ничего не предпринимай. В Гильдии завелся предатель. Я сейчас взялся за выполнение частного задания, которое поможет выявить его личность.

Серый Лис.

Я едва справился с соблазном написать более подробное письмо. А, чтобы и дальше не бороться со слабостью, приказал:

– Погружение!

* * *

Я вылез из гамака, повел плечами, привыкая к новому телу.

В комнатке чадила лампадка, заливая все красноватым светом, тени дрожали в углах. Пахло древесиной и пылью. Я шагнул к сундуку, ввел пароль. Крышка личного ящика откинулась, открывая доступ к моему добру.

Из кучи амулетов, оружия и брони я достал черный пластинчатый панцирь с кожаными накладками, влез в штаны. Застегнул на груди пряжку с двойными ножнами, да наполнил специальные мешочки на поясе дымовыми шашками и абилками. Последним извлек артефакт «Лики Януса» и вздохнул.

Недавно вышедшее обновление подарило жителям Утгарда возможность собирать комплекты. Премиум‑магазин теперь радовал покупателей не только конструктором одежды, но и высокими ценами. Хорошо, что я успел вовремя купить свои шмотки.

В нынешней ситуации части моей снаряги (шлем, наручи, поножи, мечи, панцирь, штаны и арбалет) стали частями комплекта «Ночной призрак». Недоставало лишь сапог, перчаток, плаща и кольчуги под панцирь. Это даст мне новые слоты для артефактов и сумы, бонусы к боевым и Специальным характеристикам. Но…

Тратить триста пятьдесят долларов на четыре вещи…

Жаба душит!

Говорят, части комплекта можно отыскать в эпических квестах, так что я лучше проверю слухи и буду продолжать мониторить Аукцион. Там искатели приключений часто выставляют интересный шмот.

Одевшись, я пристегнул меняющий внешность артефакт, и возможность одевать шлем и плащ исчезла.

Я влез в профиль. Глянул на стату.

Серый Лис [29]

Полное имя и титул: Барон Серый Лис де Ренар.

Должность: Зам‑Главы Гильдии Теней [Отдел разведки] (не подтверждено).

Спецификации: Разведчик (3 ур. «Невидимка»); Оборотень (2 ур. «Оборотень»).

Профессия: Наемник;

Ранг: Межевой рыцарь;

Земля: угодье Ренар [5]на Клеверных холмах.

Территориальная принадлежность: Поместье Теней (Гильдия Теней).

После всех обнов в очередной раз перетасовали порядок выдачи Спецификаций. Теперь они даются каждый пять уровней по одной, но при этом больше нельзя взять бонусную или подарочную Спецификацию. И патч назад все спеки сбросили бесплатно (обычно такая процедура стоит пятьдесят золотых), но я продолжил свой путь к идеальному ассасину‑невидимке.

Я вздохнул и взглянул на часы. До торжественного открытия Турнира оставалось шесть часов. Еще раз проверив снаряжение, я закрыл профиль, сундук и покинул комнату.

* * *

Утро в трактире мало чем отличалось от ночи. Игровой народ все еще пил, дрался, ссорился и ел. Конечно, контингент сменился, но общее настроение не изменилось. Может, чуть напряженнее стало. Болельщики отчаянно спорили о составах турнирных команд, обсуждали возможные соревнования и делали ставки.

Я решил не мудрствовать лукаво и проскользнул на кухню, чтобы выйти через задний ход. И, едва дверь со скрипом захлопнулась за моей спиной, понял, что в этот раз Лилит сильно ошиблась с выбором места.

Черный ход выводил в тупик.

– М‑да…

Грязный, воняющий рыбой и крысами тупичок был заполнен мусором и тенью. Но хуже всего, что вел он прямо за угол, где пролегала главная улица и крыльцо трактира. Приходилось радоваться хотя бы тому, что я узнал об этом не в драке или, не дай бог, не во время бегства.

Я задрал голову.

И дома здесь непривычных для Йотунбурга трех этажей, да еще с покатой, далеко выдающейся над стенами кровлей. Взбираться – сплошное мучение.

«В следующий раз нужно самому выбирать место», – подумал я.

В задумчивости я прошел к выходу из тупика, и замер.

По улице двигалась нарядная кавалькада. Около двадцати всадников с гербами Йотунбурга сопровождали несколько карет, пеших и конных воинов. Кажется, если мне не изменяет память, герб на двери кареты (поделенное на две части бело‑черное поле и голова черного леопарда в профиль по центру) принадлежал королевской фамилии де Вальтур, правящей династии клана «Барбариан». Клан относительно небольшой, но славящийся запредельной упоротостью. Барбарианцы набирали в свои ряды по строжайшему конкурсу, в который включалось как знание истории, так и умение фехтовать. Последнее и обеспечило клану высокие рейтинги побед, достижений и особых рангов. Это первый из кланов Гипербореи, да еще и такой маленький, всего в пять сотен душ, что получил ранг «Народ». И теперь барбарианцев легко можно было узнать по уникальной внешности в любом столпотворении.

Меня обдало запахом лошадиного пота и кожи. Мимо проехали всадники. Воины были настолько белокожи, что казались вырезанными из кости. У каждого копна рыжих волос, за левым ухом коса до плеча. Один наградил меня взглядом безжизненных, напоминающих воздух подо льдом белых глаз.

Суровые мужики. В рядах барбарианцев полно реконструкторов, искренне чтящих веру предков, но я не слышал, чтобы там был хоть один мажор. Все золото парни добывали в жесточайших схватках, сновали по Гиперборее, выискивая особые квесты, воевали группами и презирали донаторов. Каждый из них стоил нескольких топов, и связываться с ними предпочитали только на торгах. Даже «Орден инквизиции», «Иггдрасиль» и «Волки Утгарда» поспешили заключить с ними мирные договоры и, поговаривали, создали негласные границы, в пределах которых сыновья Вальтура вольны были делать все, что их дикой душе возжелается.

Я с интересом разглядывал процессию.

К кринетам лошадей прикреплены рога изо льда и железа, попоны украшены гербами. Знаменоносец гордо удерживал одной рукою полощущийся на ветру флаг с изображением ледяного леопарда с белыми глазами и железными клыками. Ниже был написан рунами девиз: «Север, лед, железо».

Дыхание севера, глаза изо льда и вместо сердца железо…

Всадники проехали мимо, стук подков заглушила тяжелая поступь латников. Все в одинаковой броне: белых эмалированных панцирях, серых плащах; лица скрывали глухие шлемы без украшений, в узкой прорези горели белые глаза.

Засмотревшись, я вышел на главную улицу. Все думал, хватит ли у топовых кланов сил, чтобы противостоять этим преторианцам холода? И что из многочисленных слухов о барбарианцах правда, а что вымысел?

Плечо вдруг прошило болью, я вскрикнул от неожиданности. Скосил глаза.

Между пластин торчало оперение пестрого дротика.

Вас поразили отравленным дротиком!

Неизвестный яд проник в кровь.

Поражающие действия: сокращение процентов Здоровья, снижение Выносливости.

* * *

Я отшатнулся в зловонное облако тупика. Вырвал дротик и отшвырнул с отвращением. На миг перед глазами запульсировало красным и мир смазался. Потом вернулась четкость изображения. Этот эффект станет тем чаще, чем ближе к нулю будет Здоровье.

Лихорадочно пошарив в суме, я рванул наружу две колбы. Первой разбил о нагрудные пластины ту, в недрах которой плескалось сиреневое пламя – дорогой «серебряный» эликсир от всех известных ядов.

Противоядие не сработало!

Тип отравы неизвестен.

Твою…

Резким ударом я раздавил о панцирь вторую колбу, с оранжевым светом в сердцевине (премиумная абилка, только для особых случаев).

Действие яда замедлено, но не остановлено.

Тип отравы неизвестен.

Вот тут я удивился.

Надо же! В меня пульнули уникальным ядом! Ценность его столь же высока, как и у секретных заклинаний, вроде того, каким накрыли Дарквуд во время осады. Это просто нечто! Ведь единственный раз использовав что‑либо уникальное, ты даешь шанс алхимикам, аптекарям или магам создать противоядие. Грубо говоря – базу антивирусов, куда сразу же внесут и новую отраву. Потому каждый новый яд тщательно бережется и используется в особых случаях. На самом деле конструктор алхимиков и магов создает отнюдь не бесконечные вариации. Когда‑нибудь они все будут в базе.

«Это кому же я так насолил? – подумал я растерянно. – Черт! Как меня вообще узнали и нашли?!»

Мысли мои прервало появление убийцы.

По черепице на крыше шаркнули легкие шаги, мелькнула тень. И в тупичок спикировала фигура в балахоне.

Боевой режим!

– Ты кто такой?!

Профиль нападающего был закрыт. Я видел только юркую фигуру в черном балахоне с бляхами серебристой брони в резьбе и вензелях.

– Серый Лис, – прошипел убийца, – я пришел передать тебе привет от Лилит!

Чего‑о?!

Я не успел опомниться, как мне в голову прилетел сюрикен. Полыхнуло алым, выскочило сообщение о крите и начавшемся кровотечении.

«Как плохо без шлема…»

Левой рукой ассасин красиво отбросил полу плаща, пальцы в обрезанных перчатках сорвали с пояса крючковатый кинжал из голубой стали. Звонко пропело оружие, со свистом рассекая воздух. И убийца принял какую‑то экзотическую позу, словно из фильмов про Шаолинь.

Ну, это он зря.

Двигался убийца легко и плавно, только как‑то слишком манерно, будто в танце. Это и было его ошибкой. Все боятся змей не от того, что они ядовиты, а потому, что твари внезапны. Для убийства им требуется всего один бросок. Пчелы, как говорится, жалят, а не порхают, как бабочки.

Парень только отбрасывал плащ и хватался за премиум‑нож, а я уже бросился в атаку. И в тот момент, когда он старательно принимал асану то ли из йоги, то ли из Камасутры, я бил.

Подлетев с противоположной от ножа стороны, я выбросил кулак, метя в ту часть капюшона, где голова должна смыкаться с шеей. Ассасин хрюкнул, опрокидываясь. Я вновь сорвал дистанцию и ударил коленом в голову. Послышался отчетливый хруст, на серый камень мостовой плеснуло красным.

Убийца брякнулся на обе лопатки, его нож прозвенел по камням. А я обнажил клинки и уселся киллеру на грудь.

– Какого черта?! – прорычал я в бешенстве. – Какой еще «привет от Лилит»? Назови имя настоящего заказчика, и я отпущу тебя живым!

Капюшон неудачливого убийцы откинулся, и теперь я мог видеть залитое кровью лицо вампира. Серая кожа, лысый череп и заостренные уши. Тонкий нос свернут в сторону, губы разбиты. В блеклых рыбьих глазах растерянность и безмерное удивление.

Какого же он уровня, если я обезоружил его в два счета? Конечно, моя стата пестрит тысячами боев, но… не до такой же степени легко?

– Имя! – прорычал я.

Кровосос прохрипел задушено:

– Ли… лит… сказала, ты – предатель…

Ну, это уже ни в какие ворота не лезет!

– Не лги мне, паразит! – крикнул я. – Назови имя! Иначе стану резать тебя медленно и со вкусом.

– Смерти не нужны имена и прозвища, – прошипели за спиной.

У меня похолодело между лопатками. Я рванулся в сторону. В плечевую пластину больно ударило, арбалетный болт вышиб искры. Кувыркнувшись, я вскочил, одновременно разворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

Второй убийца ждал у выхода из тупика. Он отбросил разряженный арбалет одной рукой, поднял для выстрела второй. Тренькнула тетива. Мышцы зазвенели, когда я уклонился и одновременно ударил мечом. К счастью, трюк, которому Бродяга меня обучал долго и муторно, сейчас получился. И перерубленный арбалетный болт свою цель не нашел.

– Впечатляет, – прошипел второй кровосос. – Но тем хуже для тебя.

Этот двигался не в пример проворней первого. В прыжке он сорвал с пояса два клинка, резко двинул руками, изображая ножницы. Я едва успел подставить меч, по лезвию ударило. А в следующий миг вампир навалился всей тушей, не давая мне пространства для маневра.

Я ощутил, как бок обожгло. Выскочило сообщение о новом ранении.

И тут, будто назло, напомнил о себе хитрый яд. Перед глазами помутилось, мир запульсировал в кровавых спазмах. Где‑то на грани чувствительности меня вновь кольнуло. Я понял, что убийца не теряет времени и наугад рубанул гардой.

Морок отравления развеялся.

Первое, что я заметил, было сообщение в логе урона о двух пропущенных критах и десятке ударах. Сниженная ядом Выносливость снизила и сопротивляемость. Даже броня не помогала: ассасин мастерски бил по слабым местам. Он усердно работал клинками. Сталь вспарывала воздух, на камень плескалась кровь. Боль напалмовыми взрывами полыхала по телу.

Я вновь ударил гардой клинка. И с удивлением прочел сообщение:

Ваша атака заблокирована!

Серия 3/5.

Уже третья?! Когда успел?

И сразу пришло понимание. Вот, что намереваются устроить гады – не допустить меня к Турниру!

И вместо того чтобы промахиваться в четвертый раз, я разорвал серию. Оттолкнулся обеими ногами, кувыркнулся назад через голову. Забил короткий меч в ножны и швырнул в лицо кровососу дымовую шашку. Очень уж не хотелось позорной смерти от добивания.

Внутри капюшона убийцы взорвалось. Урона прошло единицы, но эффект меня порадовал. Вампир отшатнулся в дымном облаке, его скрутило в приступе кашля.

Я хотел было броситься к двери трактира, уйти от боя, но на пороге меня поймал новый спазм. На этот раз яд слепил ощутимо дольше. Когда я пришел в себя, скорчившись у стены, Здоровья оставалось уже менее трети.

И проклятый убийца тоже опомнился. Подскочил, подлец, резанул клинками. А за его спиной поднимался и его озлобленный напарник, утирая кровавые сопли.

«Ну, – пронеслось у меня в голове, – погибну, так хоть не от добивания…»

Мое Здоровье сползло к отметке в десять процентов. На периферии зрения загорелся восклицательный знак, вписанный в треугольник.

Прием Спецификации «Оборотень»!

Я поспешно ткнул в пиктограмму.

Вашу кровь кипятит «Звериная ярость берсерка»!

Мое тело сломалось, захрустели кости, резко изменились параметры. Голова обернулась лисьей мордой. Руки‑ноги остались человеческими, лишь покрылись густой рыжей шерстью да крючковатые пальцы удлинились.

На панели основных характеристик выросли в десять раз показатели Урона, силы и скорости, а Здоровье быстро устремилось к нулю. Появился таймер: пять секунд до завершения действия магии…

Из моей глотки вырвался рык. Вампир отшатнулся в ужасе, но мои пальцы уже стиснули его такую хрупкую наощупь шею. Впрочем, убивать сразу я не стал. Вначале как следует заехал кулаком в полумрак под капюшоном. Костяшки ударили в твердое, я с удовольствием повторил. Пришлось двинуть еще трижды, вколачивая лицо кровопийцы вглубь черепа, прежде чем послышался хруст.

Вампир подломился в коленках, булькая носом и захлебываясь кровью.

Противник повержен!

До конца действия магии оставалась еще пара секунд, и я с легкостью, буквально в два прыжка догнал улепетывающего любителя красивых поз. Вампир враскорячку карабкался по стене.

Я схватил его за ногу, сдернул, как прилипнувшего слизняка, и что было сил швырнул на мостовую. Этого вполне хватило, чтобы вышибить из него остатки Здоровья.

Противник повержен!

Вы победили!

Обратная трансформация утонула в новом спазме ядовитого морока.

ХП соскользнуло с отметки в один процент к нулю…

Вы умираете от яда!

«Ну, здравствуй, Лимб…»

Глава 9. Стучись!.. Один фиг не откроют

Я поднял голову, мой взгляд скользнул по чернильной тьме, курящемуся призрачному туману над непрозрачной водой. От холода на броне появились льдинки, мое дыхание вырвалось белым паром.

Я сидел на крошечном островке посреди болота. Вокруг ни движения, ни звука.

Посмертная кома виртуальных персонажей – замороженное навеки мгновение.

Перед глазами горела раздражающая надпись:

[Вы погибли]

В окне подсказок со вкусом расписаны все штрафы, логи боя и время восстановления. По игровым законам я должен буду вернуться в Йотунбург через двадцать пять минут. А значит, – пришла пора проветриться!

* * *

Я вышел из виртуальности и бесконечная ночь Лимба сменилась непривычно солнечным московским утром. За окном, весело искря в солнечных лучах, порошил мелкий снежок.

Кресло подо мной завибрировало, спинка поднялась. Я стянул нейрообруч, но вылезать из кресла не спешил.

За окном лаяла автомобильными гудками Москва. Миллионы людей жили своей жизнью.

Сколько их там, еще не познавших миры виртуальности? Есть ли вообще хоть один, никогда не пробовавший «нырять»? А сколько тех, кто, не смотря ни на что, предпочел реальный мир? Жить в однушке, вместо того, чтобы править империями…

Я слышал, что многие профессии сейчас вполне успешно перенесены и работают в виртуальности: брокеры, страховые агенты, менеджеры информационных потоков. КВП при всем своем развитии позволял не волноваться насчет здоровья. Умная машинка контролирует давление и пульс, замеряет уровень сахара в крови и периодически пропускает крошечный разряд электрического тока, стимулируя сокращения мышц.

Целый день побегал в Утгарде? Значит, вставать из кресла будешь с крепатурой и стонами. Теперь не только мозг игрока «думает», что бьется с врагами, но и все тело. Нейрообруч подает команду в мозг, а тот запускает необходимые химические и физические процессы. И – вуаля. Играешь, и тут же занимаешься спортом, качаешься, развиваешься и становишься лучше. Реальность уже не завтрашнего, а сегодняшнего дня.

И все было в этой реальности превосходным, кроме двух отвратительных «но». Во‑первых, мод Смерти слишком уж напоминает какую‑нибудь попсовую страшилку от второсортного журнальчика. А во‑вторых, в мире мечты тоже хватает места для предательства и подлости.

Я вылез из кресла, стал одеваться.

Пора было положить конец догадкам и взаимным подозрениям. Мне нужны ответы, какими бы хреновыми они ни были.

И все же, выходя из квартиры, я ощутил небольшой мандраж. Обиды обидами, но с Лилит мы все‑таки больше, чем партнеры по игре. А тут – такое…

* * *

По пути к станции метро «Замоскворечье», я успел немного пофармить серебра, опыта и Маны.

Недавно приобретенные очки дополненной реальности позволяли увидеть всех игроков «Престолов» в образе их персонажей. Специальное приложение позволяло прямо на улице схлестнуться с любым игроком, кто неподалеку и в онлайне.

К тому моменту Серый Лис уже выполз из Лимба. И я, чтобы не терять понапрасну времени, тут же бросил вызов соседу по вагону – вампиру двадцать пятого уровня.

Парнишка в очках дополненной реальности заулыбался в ответ, у меня сложилось впечатление, что встретились давние друзья. Мне прилетело подтверждение, установился тайм‑лимит и бой начался.

Простенькая ролевая игра для мобильных приложений пока была пошаговой, как шахматы. Впрочем, примитивной от этого она не стала, если вообще можно назвать шахматы примитивной игрой.

И я быстро понял, отчего так добродушно ухмылялся парень‑вампир. Неизвестно, был ли у него разряд по шахматам, но тактика отработана на пять с плюсом. Напряжение достигло пика, когда пацан за пять минут боя снял с меня больше половины ХП. Пришлось юлить, использовать бонусы от «местности» на шестигранной карте, применять хит‑энд‑ран, кастовать, в меру своих скромных магических сил. Тогда поджал губы и мой противник, обдумывая каждое действие и совершая ход буквально на последних секундах тайм‑лимита.

– Молодой человек, уступите место женщине.

Я повернулся на дребезжащий голосок. Древняя старушка по соседству глядела с укором.

– Да не нужно, нам ехать недалеко, – отмахнулась только что вошедшая в вагон женщина, с явным трудом удерживая на руках девчонку, лет пяти.

Я со стыдом вскочил. Разозлился на себя – так недолго стать отморозком, «засыпающим» на сидячих местах при виде женщин и стариков. Поспешно кивнул на освободившееся место:

– Присаживайтесь. Извините, что сам не увидел – фильм в очках глядел.

Старушка что‑то миролюбиво пробубнила, женщина с дочкой уселись. А я с ужасом услышал в наушниках:

– Поражение!

Твою…

Черт! Пока я башкой вертел да кивал, вышли установленные десять секунд на ход.

Пацан улыбался во все тридцать два. Наверное, сейчас загребал опыт лопатой. Мне же достались жалкие крохи.

«Повезло тебе, – отпечатал я в чате. – Давай повторим через пару часов?»

Мгновенно пришел ответ:

«Ну‑у‑у‑у‑у‑у‑уб!»

Ах ты ж засранец…

* * *

К дому Лилит я добирался от метро пешком. Очки дополненной реальности вели по маршруту, удобно отмечая оный прямо на асфальте желтыми стрелками. У некоторых игроки оставляли шутливые виртуальные граффити, другие пестрили подсказками и предупреждениями в духе:

«У таджика на углу чебуреки не покупайте! У него под прилавком коробка „Вискаса“ стоит – не иначе начинку приманивает!».

Наконец, я свернул в знакомый дворик. У домофона на секунду задумался, вспомнил о камерах видеонаблюдения и постарался встать так, чтобы меня не было видно. После чего набрал номер квартиры Лилит.

Честно говоря, моя решительность дала трещину.

А что, если все‑таки вампир‑убийца не солгал и меня «заказала» Лиля? Черт его знает, что в женской голове творится? Ну, допустим, Лиля была всегда предусмотрительной и хитрой, продумывала каждый шаг на десять ходов вперед. Так ведь все ошибаются.

Дверной сигнал пискнул в последний раз и смолк.

Я повторил.

«А если все‑таки это она? Что если Лиля избавляется от конкурентов? Для нее „Престолы“ не просто игра, а стабильный заработок, причем – не малый. А на мне одном Гильдия не держится, как бы мне того ни хотелось. В Утгарде полно крутых игроков…»

Домофон чирикнул и заткнулся.

У меня сердце екнуло.

Да что ж такое? Почему не отзывается?

Я повертел головой, выискивая скрытые камеры. Это вполне в манере Лили – окружить себя непробиваемой защитой. Девушка живет одна, а это всегда лакомая цель для всякого сброда. Но как я ни старался, камер я не увидел.

Тогда я набрал номер квартиры, одновременно совершая вызов на смартфоне.

«Извините, вы в черном списке этого абонента».

Жаль, что я не курю. Кажется, в таких вот моментах нужно взять себя в руки, успокоиться и закурить. И тут же голову начнут посещать дельные мысли.

Что ж, попробуем оценить ситуацию.

Первое.

Скриншот, который продемонстрировал Ульв де Варг. Его мог сделать только тот, кто был со мной на такте в момент атаки маркизы де Плерон. А именно: Стальные Ятра, Бродяга, маг Звездочет, Сид, Barbozza и Wishmaster. Каждый из них записан в моем френд‑листе и мог сделать скриншот.

Второе.

Лилит, та, которую мы все знаем и любим, ни за что бы не стала предавать не только друзей, но даже товарищей. Борьба за первое место в Гильдии теней – не аргумент. Ее и так все знают и уважают, она не одну сотню раз бывала на закрытых совещаниях руководителей крупнейших кланов, участвовала в дипломатических миссиях и в прочих ответственных заданиях. А после Дикой охоты за Гильдией вообще утвердился имидж той военной компании, что станет бороться до конца, преодолевая самые тяжкие преграды, но никогда не отступится и не предаст. Именно за такой статус Лиля и боролась. Пусть она и ревновала меня к Гильдии (женщина, что с нее возьмешь), но вопрос выживания клана для Лили важнее всего. Не зря мы в шутку зовем ее мамой Вонг.

Третье и, наверное, самое паршивое.

Если воду мутит не Лиля, почему тогда она поставила меня в игнор? Так не бывает.

И, наконец, четвертое, последнее, запутывающее происходящее к чертовой матери…

Слишком много фактов, опровергающих и противоречащих первым трем пунктам. Фактов, указывающих на то, что замешана в этом комплоте – Лиля.

В совет Гильдии внесены предложения изгнать меня и Бродягу. Она не отвечает на звонки и шлет обличающие письма. Кто‑то, имеющий доступ к контрактам Гильдии (а это, на минуточку, только Лиля!) выслал копию договора Ульву и указал точное место моего прорыва в Йотунбург…

Слишком очевидные факты. Их глупо отрицать.

Минут десять я как дурак топтался у подъезда. К несчастью, и жильцов не было, чтобы открыть дверь.

А время утекало. Скоро начинается Турнир.

«Ну, – подумал я, – придется действовать без разговора с Лилей. В конце концов, человек это всегда такой оптимист, что даже в самой глубокой попе старается устроиться поудобней».

Глава 10. Поместье Теней, урочище Ренар

Уже на обратном пути, в метро, я решил навестить родные пенаты. Пока есть время, нужно удовлетворить жажду созидания.

Я устроился в уголке вагона, дал команду отправиться в Поместье Теней, урочище Ренар, что на Клеверных холмах. Бдительное приложение тут же предупредило, что мой визит будет возможен только в режиме «призрака». Я отмахнулся и перед глазами засверкало.

В отличие от Йотунбурга, на Клеверных холмах был уже день. Взбодренное морозом солнце стояло почти в зените, ярко блистал на полях снег.

Мрачный лес обступал Клеверные холмы с трех сторон. Правда, достаточно далеко, чтобы здесь поместились еще и поля крестьян, две деревни, монастырь и будущий замок. С четвертой стороны была горбатая степь, ведущая к тракту. Если отправиться по нему еще дальше, через пару лиг начинались земли соседей. Большинство из них уже продали земли властям Дарквуда.

Управляя невидимой камерой, я облетел Поместье Теней с высоты птичьего полета.

Три вершины равнобедренного треугольника занимали наши с Лилит и Бродягой вотчины. Владения Гильдии теней круглосуточно стерегли почти две сотни воинов‑рабов. Если быть точным – сто восемьдесят девять НПСов, которых мы захватили в адском замке. Набирали их из демонов, но настройки «Престолов» подразумевали, что можно единожды менять расу рабам. И сейчас службу несли люди. В плохеньких доспехах, с обыкновенным оружием и щитами, но – почти две сотни. Первые представители будущей армии.

Дальше всего от тракта располагался Монастырь смерти – штаб‑квартира бывших хэдхантеров. Тонкий, метров пятидесяти в диаметре, монастырь возвышался на насыпном холме. Черный, из гладкого камня, он напоминал резкими геометрическими формами кристалл. Окруженные зубчатой стеной, кололи небо три остроконечные башни, каждая выше предыдущей.

По обе стороны от поворота тракта, на двух оставшихся вершинах воображаемого треугольника, строились Ренар и Сатор.

Селение Лилит превосходило мое на два уровня, сейчас это была довольно укрепленная деревня седьмого уровня. Там строилось Главное здание, уже готово множество сараев, домов для крестьян и воинов, тренировочные плацы, кузня, оружейные и лекарские лавки, хижина мага и первое Святилище. Однако ранг Сатора был таким же – Род. Впрочем, еще немного, и все здания Поместья теней приобретут ранг «Клан». А там и до Народа недалеко. Вот будет споров, какую запоминающуюся внешность для людей выбирать…

Я вспомнил о том, что временно исключен из Гильдии, предатель не обнаружен, а Лиля не отзывается, и помрачнел.

«Если мы продержимся до того времени», – подумал я.

Я отвернул камеру от Сатора, разглядывая центр равнобедренного треугольника. Рабы уже завершили расчистку места под будущий замок. Срубили деревья и выкорчевали пни, осушили болота и убрали каменные глыбы.

Каждое из трех наших селений платило крупный налог, чтобы хватало денег на строительство Цитадели – самого важного здания Поместья теней, где будет тронный зал, покои членов будущей королевской фамилии, сокровищница и прочие необходимые в замках плюшки.

Правда, работы шли медленно. Менее двухсот рабов – маловато для стройки века. Сейчас заканчивали насыпать гору под Цитадель, мешая глину с камнями. Таймер сообщал, что до завершения еще сутки. Немного, учитывая, что с начала уже две недели прошло. Боюсь даже представить, сколько понадобиться денег и времени на ров и городскую стену…

«Призрачный» полет я завершил над Ренаром, притаившемся в излучине реки.

На ослепительно белом фоне Ренар казался мрачной обителью средневекового сеньора. Черная грязь в пределах Частокола, кучка бедных домиков с низкой крышей, сараи, загоны для кур. Заканчивалось строительство хлева и свинарника. Поодаль, загадочно звенели на ветру шаманские колокольчики и трещотки, развешенные в Роще идолов. В кузнице мерно ударял по железу молот, лаяли на улице две борзые (премиум‑животные, как и кошка – украшалки с маленькими, но приятные бонусами). Слышны переговоры стражников, треньканье луков в Тренировочном лагере, в Доме главы (общественной палате) вновь спорили.

В Ренаре повсюду пилили, строгали, рубили, забивали. Улучшались вышки для стрелков, укреплялся Частокол, строилась Оружейная.

Когда я окончательно «приземлился» в Ренаре, высветилось диалоговое окно:

За прошедшее время в селении завершены строительства:

– Улучшение Складов (увеличена площадь здания и процент сохранности продуктов и ресурсов);

– Постройка Дома охотников (увеличение населения на +6 Охотников);

– Постройка Лесопилки (возможность обрабатывать дерево и возводить сложные укрепления).

Внимание!

Теперь для Вас открыты новые возможности!

Наконец‑то!

Поздравляем!

Вы получили достижение «Строитель»!

Награда: 10 крестьян; 45 дерева; 55 камня; 10 железной руды; 3 топора; 2 молота; 1 пила; гвозди; 500 серебряных монет; 250 ед., опыта поселения.

Отлично!

Я кликнул по пиктограмме селения.

Урочище Ренар [5], Поместье Теней, Клеверные холмы.

Ранг: Род;

Население: 23 крестьянина; 31 мастеровых; 8 охотников; 1 жрец; 1 военачальник; 35 воинов;

Количество построек: 39;

Хранитель: крылатый пес Симаргл [26];

Доход (суточный): 9 дерева; 6 камня; 7 орудий труда; 40 серебряных монет.

Доход, конечно, маловат…

Ладно, то ли еще будет.

Я отщелкал десяток крестьян и отправил в Монастырь смерти. Пусть Бродяга из них воинов делает.

Поначалу, когда объединили Гильдию с хэдхантерами, бывший Дохлый Прапорщик на радостях взялся всех НПСов обучать и прокачивать. По‑моему, теперь он сам не рад инициативе. Ведь нужно строить в Монастыре дополнительные тренировочные снаряды, вручную забирать из дозоров воинов, раздавать им задания и следить за временем тренировки. А уровни‑то не быстро набирать. Первый неписи возьмут за полдня, второй – за сутки. А до десятого дойдут лишь за полмесяца.

Но Бродяга сам так захотел. Теперь пусть несет этот крест, военачальник.

Я сунулся в Тренировочный лагерь, увеличил время прокачки своим бойцам, пусть набивают левелы. И, наконец, обратил свой взор к Лесопилке.

Ага, подсказка сообщает, что Лесопилка увеличивает добычу дерева, позволяет строить быстрее и открывает доступ к более сложным изделиям и новым объектам. Хорошо. Значит, есть возможность…

Поздравляем!

Вы начали постройку Каменоломни!

Увеличивает добычу камня, общий доход селения, позволяет возводить более сложные строения и открывает доступ к Шахте.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +3 к привлекательности для новых жителей, +2 к росту населения.

До завершения строительства: 19 часов.

Ну, это ведь уже совсем другое дело! А какое веселье начнется, когда построю Шахты и Литейные мастерские? Тогда‑то у нас и строительство быстрей пойдет, и уровней прибавится.

Оглядевшись, я обнаружил, что ничего больше построить или улучшить не могу. Уровень не позволял. Впрочем, строителей (крестьян и рабов) и ресурсов тоже было слишком мало. Оставалось только на налог. Чем я и воспользовался, отсчитав тридцать скальных глыб и шестьдесят бревен в общую казну. Рабы в центре Поместья сразу засуетились, гастарбайтеры фиговы.

«К вечеру, – подумал я, – опять все ресурсы закончатся. Хоть бери и за золото покупай…»

И все же Ренар рос и радовал глаз. Сновали деловитые крестьяне, с задумчивым видом прохаживался лекарь, крутился хитрый шаман, суя нос куда не надо. Дело двигалось. А ведь скоро это место превратится в оживленный город. Станем продавать недвижимость, устраивать городские празднества, расширяться.

Я хотел было вселиться в какого‑нибудь крестьянина, чтобы навестить Дельту (собака теперь жила и качалась здесь постоянно), но перед глазами вдруг появилась шильда:

Вызывает абонент хёвдинг Ульв де Варг!

Ответить на вызов?

Черт! Как время‑то бежит…

Да уж, трудно быть богом. Как он за шесть дней все успел построить? Читерил, навереное…

Глава 11. Оракул

Когда я добрался домой, никаких лишних мыслей или сомнений больше оставалось. К черту догадки и мытарства. Нужно выполнить задание Ульва, получить имя предателя и прикончить его к чертовой матери! Кем бы он ни оказался.

– С возвращением! – пропел КВП.

Я вбил пароль, услышал:

– Инициализация игровой сессии.

Пока шла загрузка, нацепил нейрообруч. И спинка кресла стала падать. А вместе с ней и мое сознание обрушивалось в чужую реальность.

Открыв глаза, я увидел комнату постоялого двора «Охотничья луна». Вылез из гамака, принялся стаскивать артефакты и броню.

Я подумал о недавнем покушении. Вот еще одна загадка, ставшая занозой.

Какому же гаду понадобилось выводить меня из игры перед самым Турниром? Кто мог знать о нашем с Ульвом договоре? И, самое главное, как меня обнаружили? И вновь неприятные выводы указывали на Лилю. Только она знала о заказанной комнате.

Я повертел в руках артефакт «Янус».

Все‑таки слабая вещица, если за мной так легко проследили. Да и всю броню не наденешь. А шлем все‑таки дает приличные бонусы к защите. Был бы я одет, как положено – вампиры ни за что не справились.

Достав из Инвентаря отравленный дротик, который успел подобрать в переулке, я решил, что его нужно продать подороже. За остатки на нем уникального яда любой аптекарь или алхимик легко даст пару сотен золотых единорогов.

«Кстати, – пришла мне в голову интересная мысль, – насчет денег…»

Если уж мне выплатили все гонорары, чего мелочиться? Серого Лиса нужно развивать. Тем паче, что дело предстоит не из легких.

Я вызвал меню, выбрал вкладку «Премиум магазин».

И первым делом полез в ячейки с меняющими внешность артефактами. Нужно быть уверенным наверняка, что за мной никто не проследит. В городке на Арене не будет слабаков и дилетантов. Кроме того, мне понадобятся все ресурсы.

Выбор «золотых» предметов был не слишком обширным, а потому особо размышлять я не стал. Да и, честно говоря, давно облизывался на одну конкретную цацку. Только денег было жаль.

Благодарим за покупку!

Предмет «Безликий» помещен в Инвентарь.

Свернув окошко магазина, я полез в личный ящик.

Артефакт «Безликий» – анимированный кулон в виде маски Арлекина. Выражение лица на треугольном кусочке дерева постоянно менялось. Но меня больше всего привлекали свойства артефакта.

Во‑первых, он позволял одевать полный комплект брони, не занимая собой слоты. А во‑вторых, «Безликий» давал возможность не просто выбрать любую внешность для смены, но и скопировать какого‑нибудь персонажа из «Престолов». Не зря у крошечного кулона цена в сто пятьдесят долларов!

Я повесил деревяшку на веревочном шнурке на шею. На периферии зрения появилась новая иконка. При ее активации тут же вывалилась «карусель» с самыми распространенными обликами и расами: странник, рыцарь, крестьянин, маг, эльф, человек, вампир и прочие. В меню можно было все упорядочить и расположить в нужной последовательности.

Для примера я выбрал тролля, активировал. Сразу на пять процентов уменьшилась Мана.

Я вытянул руки, подвигал пальцами.

Моя внешность не изменилась, но вокруг, словно аура, появился призрак волосатого йотуна.

«Жаль, – подумал я, – что это лишь морок. Было бы вообще круто, если и навыки рас передавались».

Впрочем, тогда «Безликий» стал бы безоговорочной имбой. В «Престолах» такого не любят, сразу стараются нерфить, какой бы популярностью не пользовалась раса или прием.

Вздохнув, я принялся облачаться.

Первым делом «развесил» по слотам части неполного премиум‑комплекта «Ночной призрак»: шлем в виде лисьей головы, наручи и поножи с шипами, стилизованными под волны шерсти, два меча (основной и дополнительный) в одних ножнах на спину, панцирь из подвижных пластин, кожаные штаны и арбалет.

Потом взглянул печально на обыкновенные, «серебряные» сапоги и плащ, и вздохнул. Не давала покою мысль, что на счету виртуального кошелька еще куча денег. Не все, но большую часть я мог со спокойной душой потратить.

«А задание‑то предстоит серьезное, – с тоской подумал я. Тут же пришла спасительная мысль: – Если выгорит, – заставлю Лилю выплатить премию! Вот и покрою непредвиденные расходы».

И с радостью потребителя вернулся на страницу премиум‑магазина.

Выбрал в меню составные части комплекта «Ночной призрак», развернул.

До полноты и крутости мне не хватало сапог, перчаток, плаща и кольчуги под панцирь.

Я быстро подсчитал…

Триста пятьдесят долларов. Нет – триста восемьдесят баксов за четыре предмета.

Я вновь засомневался. Стоит ли?

Каждый из предметов добавлял к моим характеристикам бонусы Защиты, Прочности и Атаки. А вот полный комплект не просто увеличивал их, но и усиливал действие всех Спецификаций. На первых двадцати уровнях вещь не то чтобы бесполезная, но мало отличающаяся от прочих, «серебряных». Однако страшно представить, в какую машину убийства превращается игрок с комплектом после, гм, пятидесятого левела.

Но цена…

Жаба победила в этой борьбе. Четыреста баксов для меня слишком чувствительная сумма, чтобы лишиться ее одномоментно. Но и уйти просто так я уже не мог. А потому…

Благодарим за покупку!

Предмет «Плащ Ночного призрака» помещен в Инвентарь.

Я отмахнулся от сообщения и сразу, от греха подальше, закрыл меню магазина. Полез в личный ящик и в моих руках развернулся легкий черный плащ с капюшоном. В свойствах предмета говорилось, что плащ хорошо защищает от дождя и холода, минусов к стате нет, и дает +3 % к Здоровью и +2,5 % к Прочности брони.

«Хорошо, – подумал я. – Но мало…»

Старый плащ я зашвырнул подальше, как и кулон «Януса». Потом влез в сапоги, набил кошели наемничьим скарбом. Дротик я бережно упрятал в кошель на поясе.

* * *

До торжественного открытия Турнира оставалось еще почти три часа, а до встречи с Ульвом – полчаса. Но я все же решил посетить Оракула. Потом на это у меня просто не будет ни времени, ни возможности.

Из комнаты я выходил в режиме маскировки. Укрывшись плащом, скользнул в самый темный угол коридора. Выждал несколько минут. Но так никого и не заметил. Либо про меня пока что забыли, либо разведчики и шпионы куда круче, чем я представлял.

Так же, на цыпочках и в тени, я пробрался к лестнице. Пару секунд изучал пьянствующий в нижнем зале народ. Потом выделил фигуру знакомой валькирии, вновь пьянючей до полубессознательного состояния.

«Безликий» меняет Вашу внешность!

Мана уменьшилась на пять процентов.

Я вытянул руку, удостоверившись, что появилась аура чужого облика. После чего шустро бросился к черному ходу. От пинка распахнулась дверь, я шагнул на грязную мостовую. Постоял, покачиваясь, изо всех сил изображая пьяного игрока.

И вновь наблюдатели, если таковые и были, ничем себя не обнаружили.

Не забывая спотыкаться на кочках, я двинулся к выходу из тупика. Едва не столкнулся с отрядом стражи. К счастью, они всего лишь протопали мимо.

Итак, судя по карте, ближайший Оракул всего в пяти минутах ходьбы. Туда‑то мне и надо.

* * *

Маршрут на пять минут занял у меня пятнадцать.

Понадобилось трижды сменить направление, посидеть в засаде у конюшни, выглядывая шпионов, и еще пару раз сменить облик. Однако добрался до Оракула я без особых приключений. Это если не считать короткой беседы с очень милой и, судя по речи, очень образованной шлюхой, и драки со спамером.

У первой я взял номер телефона, чтобы встретиться в условленное время в виртуальности, а второму я вогнал короткий меч между ребер. Он был слишком настырной особой. Да и проверить действие «Безликого» тоже было нужно.

Артефакт меня не разочаровал. Едва я сменил облик, как предупреждение о том, что я совершил самосуд и преступление пропало. Стражники и маги Йотунбурга больше меня не могли найти.

Обитель предсказателя располагалась в подвальчике одноэтажного каменного дома. Вход был на улице.

Я сбежал по ступеням, лестница сделала почти полный оборот и вывела меня к дубовой двери с бронзовой шильдой:

Оракул.

Едва дверь тяжело захлопнулась за моей спиной, гомон и крики на улице стихли.

Я очутился в круглом каменном мешке с низким потолком. Чадили на стенах факелы, пахло сушеными пряностями и благовониями. В центре комнаты я увидел круглый дощатый стол и два стула.

– Кто явился в такую рань?

Я попытался разглядеть обладательницу столь мощного голоса, но в полутьме это сделать было тяжеловато.

– Расписание работы на дверь надо вешать, – нахамил я. – Клиент всегда прав, слышала? Да где же ты? Времени в обрез!

– Боги не терпят спешки, – прозвучал густой рев, но хозяйка все же вышла.

Отдернув медвежью шкуру, прорицательница буквально втиснулась в комнату.

Я застыл пораженно.

Господи! Кто ей персонажа создавал?! В ней весу‑то, наверное, добрых килограмм двести!

– Я Эвелинда, жрица богов! – нараспев продекламировала тетка.

«Жрица – это от слова „жрать“? – ужаснулся я, бессовестно разглядывая тушу. – Теперь понятно, отчего услуги Оракула такие дорогие. Она в день, небось, килограмм сто съедает».

Описать жрицу трудно. В данном случае слово «объемы» следует заменить на корабельное «водоизмещение», что, как известно, измеряется в тоннах.

Эвелинда вширь была не менее пары метров! Истинный сухопутный кит в усеянном звездами балахоне. На бочкообразной груди лежали (именно – лежали!) амулеты и охоронки, артефакты и обереги. Еще можно было бы преспокойно поставить подсвечник, чашу с вином и блюдо с молочным поросенком. А пояс жрицы можно было вполне успешно использовать в качестве веревки приличной длины.

– Меня зовут Серый Лис, – сказал я, отщелкивая личину и снимая шлем.

Эвелинда хохотнула так, что пламя факелов нервно затрепетало:

– Тебе нужно было назваться Рыжим Лисом.

Я скривился:

– Какие вы все оригинальные! Как доски в заборе.

Она не поняла и польщенно улыбнулась:

– Ладно, не мни мордашку – морщины будут. Пойдем, красавчик, благословлять стану.

Я помедлил, с опаской наблюдая, как жрица опускается на стул. Зрелище мне чем‑то напомнило приземление могучего космического крейсера. Стул взвизгнул тяжко, но выдержал. Тогда сел за стол и я.

– Ну, чего тебе надобно?

– Благословления и предсказания.

– Надолго?

– Три дня.

Эвелинда кивнула, отчего десятки ее подбородков на миг раздулись, как у жабы.

– Премиум‑услуга стоит одного золотого единорога. Предсказание услышишь за пятьдесят серебряных орлов.

Я вынул из кошеля золотой кругляшек, добавил серебряных квадратов по сумме и передал жрице.

– Заводи шарманку, Нострадамус, времени мало.

И все же сначала жрица деловито убрала с виду деньги. Потом возложила на стол руки‑бревна и пропела:

– Истинным богам нужны герои и их свершения! Все во имя доблести, чести и воинской славы!

Вокруг нас осветилось сиреневыми молниями кольцо, к потолку вознеслись руны и астрологические символы. Перед глазами выпала шильда:

Боги благословляют Вас!

В течение трех суток удача станет Вашей спутницей.

Вам дарована дюжина случайных ударов и временные бонусы к фарму опыта, серебра и скорости восстановления.

Отлично. Теперь главное запомнить, что по пустякам драться не стоит. «Случайными ударами» у Оракулов называются те, когда в драке тело само выбирает момент и уязвимое место в защите врага для атаки. Вот, если бы Eretica в свое время побывала у Оракула, вполне возможно, что во время добивания ее персонаж сам нанес мне крит, прервав серию.

Очень полезная штука. Многим она жизнь спасала.

– Спасибо, – сказал я.

Эвелинда закатила глаза. Голос теперь гортанно трепетал в подбородках:

– О‑о‑о… боги разогнали на миг туман грядущего…

Ага, это она начинает гадать. Довольно забавная штука, иногда и от предсказаний даже есть польза. Хотя, откровенно говоря, не многим отличается от гороскопа.

Эвелинда продолжала завывать:

– Подсказывают мне вещие норны, что скоро в твоих достижениях появится новый титул.

Ну, это точно не новость. Драк у меня скоро будет так много, что хоть в рилайф не выходи.

Эвелинда промычала:

– Скоро Серый Лис станет именоваться сеньором Павшего королевства.

Я поморгал в недоумении:

– Что это за титул такой – «сеньор Павшего королевства»?

Где я слышал про это королевство? От кого?

И тут же память услужливо подсказала – Лилит и Deus Machine! Оба носят титулы загадочного Павшего королевства. И оба ни разу не рассказывали, что это за место такое!

Эвелинда таинственно провыла:

– Это не титул, Серый Лис, это печать.

– Печать?

Жрица закатила глаза:

– Обозначение тех, кто был гостем у Владычицы мертвых.

– Что еще за Владычица?

– Найти ее тебе надлежит самому.

Свет вокруг померк. Ручищи Эвелинды бессильно соскользнули со стола. Жрица опустила голову и подбородки расплылись.

Некоторое время мы сидели в полной тишине. Потом Эвелинда поднялась и взмахнула рукой:

– Теперь уходи…

Не слушая моих возражений, жрица скрылась за медвежьей шкурой. Пламя факелов перестало дрожать.

* * *

По пути к заказчику я успел забежать в лавку алхимика. Удачно наткнулся на хозяина. Не пришлось долго и нудно переписываться через НПС.

Игрок, не торгуясь, забрал дротик и отсыпал мне двести золотых монет. На продаже обновленного противоядия он все равно в разы больше заработает.

Я тоже не стал ломить цену. Плащ «Ночного призрака» отбил с лихвой – и то хорошо. Можно будет еще один‑два предмета для комплекта прикупить.

И в самом хорошем расположении духа отправился к Ульву.

Хёвдинг Ульв де Варг встретил меня в трактире «Волчья сыть». Он прямо с утра надувался вином, разделываясь попутно с жареным поросенком.

Увидев меня, упрекнул:

– Опаздываешь, наемник. Где ты был?

Я пожал плечами и плюхнулся на скамью. Ко мне поспешила рыжеволосая Эльза. Поставила кувшин с вином и деревянный кубок. Приняла заказ и ретировалась.

Я похвастался:

– Готовлюсь к ответственному заданию, господин Верховный главнокомандующий. Нужно было использовать все возможные бонусы. Потому пришлось посетить даже Оракула.

Ульв смеяться не стал. Кивнул серьезно:

– О, полезное дело. У которого был?

– Эвелинда, может, знаете ее?

Ульв засмеялся:

– Да кто же ее не знает? Первый тяжеловес Йотунбурга, ха‑ха‑ха.

– Особенная девчонка, – сказал я, отпивая вина.

– Кто? – не понял Ульв. Даже есть перестал.

– Пить с утра вредно, хёвдинг, – теряете нить разговора. Оракул, говорю, особенная. Это надо же было выбрать себе такое тело. Жуть.

Ульв взглянул странно. Промолвил:

– Вообще‑то, Серый Лис, Эвелинда не игрок. Она– НПС.

У меня язык присох к нёбу.

Глава 12. Наемники кланов

– Итак, – сказал Ульв, отодвигая поднос с остатками поросенка. – Вернемся к делам.

Он огладил бороду цвета соли с перцем. Его взгляд обратился ко мне, словно турнирное копье.

– Нужно обсудить нюансы предстоящего Турнира. Мы с Одноглазым Вороном скоро будем вынуждены отстраниться ото всех участников, станем только улыбаться с трибун. Потому возможностей для разговора может больше не представиться.

Я кивнул.

– Хорошо. Но перед тем как вы начнете, я хочу рассказать кое‑что.

Велет отбросил с лица прядь волос, глаза сощурились.

– Что‑то случилось?

– На меня было организовано покушение. И, прежде чем вы станете строить предположения, скажу: убийцам был известен мой адрес, облик скрывающего заклинания и…

– И?

– Они отравили меня уникальным ядом, чтобы провести добивание и не дать мне успеть к началу Турнира.

Густые брови Ульва взлетели, собрав на лбу рвы морщин. Я припечатал:

– Вопрос на миллион: кому еще известно о нашем разговоре?

Хёвдинг не стал отвечать сразу, что меня обрадовало. Симпатизирую людям, которые сначала думают, а потом говорят.

– О нашем контракте знают двое: я и Одноглазый Ворон. Остальные в курсе только того, что между нами состоялся контакт, когда ты пытался нелегально пересечь границу города.

Ульв говорил уверено и спокойно. И все же я не собирался плыть по течению. Как гласит правило Брейлека: «Доверяйте лишь тем, кто может потерять столько же, сколько ты сам». К Ульву это явно не относилось. У клана «Волки Утгарда» совершенно иные ставки и цели.

Трудно сказать, какую игру затеяли кланы между собой. Но попадать в жернова их противостояний не хотелось совершенно. Хотя, чего там. Я уже попал. Не зря говорят, что русский человек славится умением находить выход из самых трудных ситуаций, но еще более он славится своим умением находить туда вход.

– Значит, – резюмировал я, – вы мне не поможете.

Ульв виновато пожал плечами:

– У меня такое неприятное чувство, что вы правы. Придется искать правду самому. Нам этим заниматься некогда.

Я вспомнил о моде Смерти и мне стало немного стыдно. Официальным властям Йотунбурга, не только вовлеченным в королевские интриги, но и запертым в Сети, есть, на что потратить время.

Хёвдинг наполнил чашу, сделал большой глоток. По исцарапанной сединой бороде потекли густые капли.

– А вообще‑то меня совсем не удивляют ваши неприятности, Серый Лис. Понимаете, – проговорил он мрачно, – награда в Турнире многое спишет. И траты на уникальный яд, и гонорары ассасинам, и даже создание мода Смерти. Потому враги и пытаются нас максимально иссушить, сделать так, чтобы к третьему дню схваток у клана «Волки Утгарда» не осталось сил даже на то, чтобы обнажить меч.

Ульв засопел, как тур. Его тяжелый, словно кузнечный молот, взгляд тонул в кубке с вином.

– Черт! – внезапно прорычал он. – Да какие на хрен три дня?! Меня тошнит от Утгарда уже сейчас!

Могучим ударом велет размозжил о столешницу деревянный кубок, брызнуло вино.

Я спокойно стряхнул алые капли с рукава, спросил:

– Разве уже известна награда в Турнире? Ведь, кроме кораблей от «Sky Digital», разработчики еще не называли…

– Назвали, – отрезал Ульв. #286501696 / 08‑май‑2015 – Мы и раньше знали, что будет золото, но теперь кланам выдали полный список условий и наград.

– Интересно узнать.

Ульв зыркнул, но тут же отвел взгляд. Вздох его был тяжел, как надгробная плита.

– Прости, наемник, сорвался…

«Подумаешь, три дня в „Престолах“, – пронеслось у меня в голове. – Как бы он вел себя при Дикой охоте?»

А вслух сказал:

– Так что с Турниром?

Глаза хёвдинга на миг подернулись пленкой. Я понял, что он вызвал окно профиля и полез в почтовый ящик.

– Регламент Турнира предусматривает разные виды боев. Сначала, после торжественного открытия, выступают вольные рыцари, не принадлежащие ни к какому клану и королевству. Конечно, они заранее оплатили участие и аккредитовались. У них будут несколько видов соревнований. В каждом свой победитель. Их результаты не будут влиять на результаты основных состязаний.

Это понятно. Вроде бы в одном из таких микро‑турниров собиралась участвовать Даша.

– Всех клановых бойцов распределят по уровневым дивизионам. Среди них пройдут такие соревнования: турнир стрелков, магов, конно‑копейные дуэли и схватки отряд на отряд. Два важных условия. Во‑первых, проигравший схватку участник отдает победителю всю броню, оружие и питомца. Такой выкуп обязателен.

Я заморгал.

– Как так?!

Ульв скривился:

– Таковы правила, наемник. Но ты не должен волноваться. Клан выдаст тебе комплект брони, меч и коня. Не слишком крутые, но тебе ведь и драться, очень надеюсь, не придется. Кстати, чтоб ты знал – рабов на Турнире брать запрещено.

Ну, хоть что‑то хорошее. Это я про халявный комплект.

– А какое второе условие?

– На второй день Турнира будут бои только один на один. Любой сможет бросить вызов кому захочет. А вот на третий день, уже после жеребьевки, бои станут продолжаться только до смерти. Погибший – выбывает из Турнира.

Я кивнул.

– Право на два корабля разделят между собой кланы, занявшие первые три места. Там будет какая‑то хитрая система подсчета, определяющая процентное соотношение владения. Это не все награды. Бронзовые призеры получат пятьдесят тысяч золотых монет, двести тысяч серебра и уникальные комплекты брони.

Мое сердце забилось чаще.

Господи, на эти деньги можно столько всего построить!

Ульв продолжал читать:

– Серебряные призеры унесут в казну клана сто тысяч золотых, полмиллиона серебра, уникальные комплекты брони и питомцев.

Я дышать перестал, услыхав такие цифры и вкусные плюшки. Боюсь себе даже представить, что дадут за первое место.

– А все самое интересное достанется клану‑победителю, – говорил Ульв. – Двести тысяч золотых единорогов, миллион серебряных орлов, уникальные комплекты брони, питомцев и подарочное премиум‑здание «Обелиск». Не говоря уже о том, что каждое из призовых мест награждается бонусной Спецификацией, медалью и опытом.

И почему я не кибер‑спортсмен?!

* * *

Ульв переслал мне расписание Турнира и состязаний. И я еще раз получил возможность офигеть от масштаба предстоящего события в Утгарде.

На Турнире выступят тридцать два сильнейших клана Гипербореи. Это около пяти сотен бойцов и магов. С ними прибыли оруженосцы, кузнецы, лекари и алхимики. А Йотунбург полон фанатов, спонсоров и филантропов. Что мешает создателю мода Смерти оказаться не бойцом, а влиятельной политической фигурой? А значит, – поиск мододела затруднится до невозможности. Отыскать в городке на Арене и в самом Йотунбурге неизвестно кого…

Проще, наверное, в одиночку Турнир выиграть.

К счастью, «Волки» хоть как‑то попытались мне облегчить задание.

– Вы, – едко сказал Ульв, – конечно, невидимые и всемогущие, но, к сожалению, не всезнающие.

С такими словами он переслал мне на почту еще и скудные данные и факты по заражению модом. Адреса сайтов, подозрительные личности, совпадения и оборванные ниточки внутрикланового расследования и прочие наблюдения. Но, как Ульв сам же и признался, «Волки» обломали об этот орешек все зубы. Для того и наняли меня. Думают, может быть, хоть во время Турнира мододел сможет себя обнаружить?

Пока Ульв расписывал неудачное расследование своего клана, я задумался.

Задание казалось столь противоречивым, что никакой надежды распутать его попросту не было. Слишком много нестыковок.

К примеру, зачем кому‑то понадобилось писать и заражать смертельным модом крупнейшие Дома Утгарда. Какой в этом прок? Ну, подумаешь, смерть в полной мере ощущаешь. Но так ведь они не бойцы на Арене, а всего лишь…

«Черт! А ведь не все так просто…»

Чистая биология. Чем дольше виртуальные монархи будут оставаться в «Престолах», тем хуже станет их жизнь. Это же ясно. Расслабятся, ухудшится концентрация внимания, мышление начнет давать сбои. Где‑то ошибутся, а где‑то не полностью прокачают ситуацию.

Но самое худшее, что властелинов двух кланов заперли не просто для того, чтобы насолить.

«О чем недоговаривает Ульв? Это шантаж? Измена? Угроза войны?»

Любой из вариантов натыкался на простой аргумент, что все эти предположения хороши лишь для одного клана. Что общего может быть между двумя?! Кровных линий и обиженных родственников нет, это тебе не мадридский двор.

Спорные территории?

Вряд ли…

Скорее всего, речь идет о деньгах и власти. А мод Смерти – всего лишь кнопка, что будет нажата в нужный момент нужным человеком. Если какой‑либо из кланов не займет призового места, значит, – его ассасины убьют королей. И последует новая Утгардская война… теперь уже безо всякой пощады…

Но это еще были не самые плохие новости.

– Регистрация на Турнир завершилась вчера вечером по расписанию, – сказал Ульв, тяжело роняя слова. – И у меня для вас неприятные известия, Серый Лис.

– Меня почему‑то не удивляют такие слова, – я скривился. – Раздражают – да, но не удивляют. Могли бы уже придумать что‑нибудь особенное. К примеру, сообщить таинственным шепотом, что владеете тайной, за обладание которой многие уже расплатились жизнью. Или…

Ульв перебил:

– Гильдия теней разваливается.

Я поперхнулся:

– А вы откуда знаете?

– В составе турнирной команды клана «Иггдрасиль» есть имя некоего Бродяги. Вам он знаком?

«Неужели предатель все‑таки он?! Но… причем здесь еще и третий клан?!»

Ульв прервал мои мысли:

– Есть новость и покруче. Клан «Орден инквизиции» также выставил список бойцов. В нем фигурирует имя Лилит дю Сатор.

Вот и еще одно толстое доказательство…

– Бред! – для вида фыркнул я. Ни к чему собеседнику знать о моих проблемах.

Ульв кивнул с пониманием.

– В это трудно поверить, Серый Лис. Но я не просто так вам об этом сообщил.

– Для чего же?

Ульв отчеканил:

– Вы должны быть готовы к тому, что любой из них станет драться против вас. И я требую, Серый Лис, чтобы вы были беспощадны!

* * *

Повисла тяжелая пауза. Наконец, я поднял глаза. Сказал:

– Вы ведь не хуже меня понимаете, что происходит что‑то совершенно безумное. Не терпящее никакой логики. Факты противоречат друг другу.

Ульв отпираться не стал. Я продолжил:

– А потому я возьму на себя смелость изменить условия нашего контракта.

– Это не по правилам!

– Не волнуйтесь, ничего особого я не потребую.

Ульв уставился с подозрением:

– Что вы хотели?

Я отчеканил:

– Чтобы драться против своих товарищей и друзей без пощады, мне нужно знать имя того, кто прислал вам скриншоты с тракта.

Ульв вскинулся, но я жестом велел ему помолчать.

– Это ничего не изменит. Наоборот, даст мне новые зацепки и позволит решить кое‑какие загадки. Уверяю вас, уговор останется в силе. Даю слово, я найду мододела и явлю пред ваши светлы очи для казни.

– Лис, если я назову имя сейчас, что помешает вам работать не в полную силу? Сказать по итогам Турнира, что просто не…

– Я дал слово. Этого должно хватить. Серый Лис никогда не предавал заказчика и не нарушал обязательств даже в самых отчаянных ситуациях. Кроме того, к вашему мододелу у меня теперь есть и личные счеты.

На этот раз пауза затянулась.

Ульв даже пару раз, если мне не изменяла наблюдательность, лез в профиль. Наверное, связывался с Одноглазым Вороном для совета.

– Мы согласны, – неохотно сообщил Ульв, возвращаясь в таверну.

«Ну еще бы. Особых‑то вариантов у вас не было, ребятки».

– Только…

– Слушайте, – обрезал я раздраженно, – чего вы боитесь? Сказал же, мне самому нужно отыскать этого рассыльного «писем счастья»! И оторвать голову, чтоб неповадно было. Говорите уже!

Ульв де Варг кивнул. Его пальцы вынули из кошеля пергамент и передали мне. Пришло сообщение, что Серому Лису даровали доступ к секретному файлу.

Я развернул лист и под моим взглядом стали проступать картинки. Скриншоты писем и логи чата, дата и время, внешность и имя…

Мои пальцы сами собой сжались в кулаки. Кровь ударила в голову, а сердце обожгло холодом.

Я процедил зло:

– Как там вы сказали, Ульв? Быть беспощадным?

– Лис…

Я перебил:

– Уверяю хёвдинг, на Арене я стану бить насмерть!

Часть вторая. Турнир

Глава 1. Волки и…

Время близилось к началу торжественного открытия Турнира.

Сидя перед голографическим монитором я от души надувался горячим и сладким чаем с лимоном, заедал бутербродами, а после и шоколадными конфетами.

Спокойный, освежившийся и расслабленный горячей ванной я пялился на экран. Там шли сразу три трансляции крупнейших мировых телеканалов: японского, китайского и российского. Американцы должны включиться через несколько часов. В каждом из регионов начинался свой Турнир.

Азиатские каналы, в силу очевидных факторов (языконезнание), я приглушил. Мельком разглядывал их красочные картинки, но слушал и следил только за российским. С нашими масштабами ни одно из прочих состязаний сравниться не могло.

Сидя в виртуальной студии Первого, кинозвезды и шоумены обсуждали грядущий Турнир. Периодически давали слово приглашенной звезде, а иногда прерывались на «прямое включение». Тогда пафосные журналисты, имеющие в Утгарде особые пресс‑аккаунты, сообщали интересные подробности о подготовке к торжественной части. Вроде бы, по слухам, на сцене перед королями Гипербореи выступит отечественная дива, впервые исполнив свои хиты в виртуальности и без фонограммы.

Зрелище будет еще то…

Время от времени я поглядывал на смартфон, лежавший поодаль. Двадцать минут назад я отправил очередное эсэмэс Лилии, но ответа не было. Молчали телефоны и прочих членов Гильдии, так же, как не отвечали наемники и в социальных сетях. Такой игнор, мягко говоря, злил.

Ладно, с Лилей уже все более‑менее понятно…

Нет! Себе‑то я зачем вру?!

«Понятно» – неверное слово в моей ситуации. Ни хрена мне не понятно. На кой, скажите, черт понадобилось Лиле меня предавать? Зачем она отправилась на задание в лес вместе с нами и следила с безопасного расстояния? Зачем сделала проклятые скриншоты и слила их Одноглазому Ворону с Ульвом? Зачем выдала им весь пакет инфы по моему заданию в Йотунбурге?

Очень странная ситуация…

В студии Первого канала становилось жарче. Появились красивые куранты, педантично перенесенные из рилайфа в Утгард и отмеряющие время до открытия сезона боев. Приглашенный политик заверил, что, если в Турнире одержат победу русские, копию главных часов России презентуют в собственность клана‑триумфатора. Рейтинг политика тут же взлетел до небес. Правда, пока лишь на форуме «Престолов».

Событие Утгарда настолько всех увлекло, что даже всегда чуток глумливый патриарх отечественного кино обмолвился, будто снимет по мотивам Йотунбургского Турнира фильм‑эпопею. Только со своим особым видением: в шедевре будет альтернативная реальность, сельский бурлеск, белогвардейцы, танки под парусами, абсурдная любовь и трехчасовые разговоры «о душе».

Услышав такое, игроки буквально взорвали форум. Переведя свои минусометы в режим тотальной аннигиляции, геймеры объявили начало спецоперации под кодовым названием «Мохнатый шмель». За пятнадцать минут они опустили рейтинг этого участка передачи до таких низов, что мэтр, фыркнув в усы про то, что недалекие завистники и простолюдины его утомили, удалился из студии.

Даже я вздохнул спокойнее.

Виртуальные куранты показывали без четверти час. Пятнадцать минут до открытия.

Я отставил пустую чашку и поднялся. Мобильный телефон молчал.

Что ж, раз такие пироги…

Больше я ничего сделать не могу. Пришла пора действовать в одиночку.

– Клиент «Престолов», – скомандовал я. – Персонаж: Серый Лис.

На голографическом экране расцвела знакомая заставка…

* * *

По пути на Арену я не пытался обнаружить слежку. Бесполезно. Народу на улицах Йотунбурга было столько, что сразу вспомнился местный Рынок. О небывалой нагрузке на сервер от наплыва игроков, болельщиков и СМИ говорили периодически появляющиеся в небесах графические артефакты. К счастью, кроме этого, ничего больше не тормозило.

Я вздохнул свободней, когда вырвался из основного потока. С этой стороны Арены людей было не в пример меньше.

– Сюда зевакам нельзя! – отрезал раздраженный стражник, его ладонь угрожающе легла на рукоять меча на поясе. – Только для участников Турнира. Общий вход со стороны…

– Мое имя Серый Лис, – оборвал я, вынимая из слота артефакт смены облика. – Выступаю на стороне клана «Волки Утгарда».

Лицо стражника вытянулось, что у того коня.

– Ну, – поторопил я, – так и будешь стоять? Отпирай двери.

– А? – переспросил служивый, но тут же опомнился и заорал. – Басмач, Кримсон! Открывайте ворота! – и добавил уже нормальным голосом, обращаясь ко мне: – А я не верил, когда ваше имя встретил в списке нашей команды.

Я усмехнулся:

– И зря.

– Вы… это… не оплошайте там! Порвите всех к чертовой матери!

– Постараемся.

Деревянные ворота, наконец, распахнулись, открывая проход в полутемный коридор. Я было двинулся туда, как стражник спросил:

– А правда, что вы в одиночку армию администраторов завалили? И что у вас одного получается создавать на КВП разные аккаунты? И что несколько человек может играть за одного Лиса?

Нифига себе! Вот это новости. Видимо, не зря Лилит ревновала. Молва действительно по Гиперборее ходит обширная.

Я покачал головой:

– Враки все. Я один такой. Без твинков, помощников и прочей нелегальщины. А замок мы втроем брали. Или вчетвером. Не помню.

Опешивший бедняга даже не нашелся что сказать. Я махнул рукой и поспешил в Турнирный городок.

Дощатый тоннель был наполнен странной дрожью, словно где‑то наверху штормило. Я не сразу сообразил, что далекий рев – завывание толпы на трибунах.

Коридор повел в сторону, мне еще трижды встречались посты стражников и запертые двери. Каждый из велетов считал своим долгом меня пристально оглядеть. Я угадывал в их взглядах двойственные чувства: ревность и восхищение. Наверное, считают, что и сами справились бы, без наемников, которых во всем мире принято недолюбливать. Но и пожелать удачи в боях легенде, если без преувеличений, тоже хотелось.

Правда, сам себя легендой я не считал. Да, мы наворотили дел довольно громких. Но успех во многом был просто удачным стечением обстоятельств. Не более. Если бы нас в свое время кто‑то из гончих Дикой охоты перехватил на подступах к Пеклу – история была бы совсем иная.

Наконец, последний пропускной пункт остался позади. Теперь я шагал мимо комнат охраны, конюшен и оружейных. Даже миновал одну тюрьму.

Потом коридор окончился красивой, в струпьях ржавчины, кованой решеткой. Йотунбургский стражник бросился к зубчатому колесу, завертел, и решетка стала подниматься. За ней, там, откуда дул не по‑осеннему горячий воздух, начинался Турнирный городок.

Делая первый шаг, я ощутил, как мурашки скользнули по коже, а сердце заколотилось.

* * *

Городок для участников Турнира поражал воображение. Сотни разномастных шатров, десятки вымпелов и гербов, тысячи игроков.

Каждому клану здесь был выделен небольшой участок земли, почти везде стояли палатки травников и лекарей. Тянуло дымом от горнов кузнецов, там било железом о железо. По узким улочкам сновали воины: пешие и конные, в полном броневом облачении и в парадных камзолах. Рычали, урчали, чирикали и завывали разнокалиберные питомцы, от собак, медведей и тигров, до грифонов, пегасов и гидр.

Кое‑где уже слышался плеск женского смеха, там разливались винные реки и начинался разврат. Шлюхи Йотунбурга долго будут помнить сегодняшний день. Кто‑то из них, наверное, сможет на выручку даже купить титул.

Я все надеялся увидеть шатры «Ордена инквизиции» и «Иггдрасиля», вдруг да угляжу фигурки Лили и Бродяги, но путь к «Волкам Утгарда» пролегал мимо сплошь незнакомых кланов. Один меня даже удивил. На шатре развевался роскошный американский флаг, только вместо звезд – скрещенные мечи.

«Что на нашем сервере делают янки?» – подумал я озадаченно.

– Лис! Вот ты где.

Я обернулся на рев. Заметил широченного велета, покрытого седой шерстью. Великан опирался на булаву. Точнее, – на огромное бревно, что в самом толстом месте было в два обхвата, окованное железом и усеянное толстыми гвоздями.

Я присмотрелся. Взгляду открылся профиль:

Рагнар [59]

Полное имя и титул: Ярл Рагнар де Варг.

Должность: Сотник.

Спецификации: Оборотень (5 ур. «Ведун»);); Убийца (5 ур. «Палач»); Велет (1 ур. «Велет»).

Профессия: Воин;

Ранг: Баннерет;

Нифига себе…

Я засмотрелся на максимально развитого «Оборотня». Все спеки сейчас идут только до пятого уровня развития. И «Ведун», венец Спецификации «Оборотень», – моя давняя мечта. В бою становишься таким танком, что, наверное, никто остановить не сможет. Да еще и шаманить простенькие касты можно.

– Я решил, что ты уже передумал в мордобое участвовать, – обнажил пожелтевшие клыки Рагнар.

– Кто ж от такого откажется? – ухмыльнулся я в ответ.

Велет протянул широченную, как лопата, ладонь, тоже в проплешинах белого меха.

– Будем знакомы – Серега. Или Рагнар, как тебе удобнее.

– Серый Лис, – я пожал ладонь. – Слава.

– Кому? – с подозрением уставился Рагнар.

«О господи… и здесь политика?!»

– Мне, – отрезал я. – Зовут меня так – Вячеслав.

– А‑а‑а… – протянул велет. Легко забросил дубину на плечо и мотнул косматой башкой: – Пойдем, познакомлю с нашими бандитами.

Мы прошли в лагерь. Я насчитал девять шатров с гербами Йотунбурга (Волкоголовый бог, вписанный в круг луны). Отдельно стояли палатки лекарей и наспех сбитая из досок кузня. За хилой деревянной оградой фыркали низкорослые, но могучие кони. Страшные звери с налитыми кровью глазами.

– Я тут за главного, – рычал велет, поигрывая дубиной. – Полевой командир. Жаль, что тебя рекрутировали так поздно. Но, раз уж так вышло, постарайся хотя бы в теории изучить наши тактики, лады?

Я кивнул. Рагнар продолжал:

– Коня и комплект брони для тебя уже прислали, получишь у нашего снабженца Орлока. Кстати, тебя зачислили в дивизион номер пять.

Ага, это я знаю. Ульв прислал мне категории дивизионов. Пятый дивизион – игроки до тридцатого уровня. Четвертый – от тридцатого до тридцать пятого. Третий, соответственно, до сорокового. И так далее, по пять уровней (или по одной ступени Спецификации) на дивизион.

После пятидесятого начинались Ветеранский, Мастерский и Высший дивизионы. Последний был особенным. Туда включались бойцы от семидесятого уровня. Таких в кланах Гипербореи было единицы. И мне очень хотелось бы взглянуть на их бой.

– Вас в Пятом всего трое, – хохотнул велет. – Так что постарайтесь поцапаться как следует.

– А другие? – удивился я. – По правилам Турнира нужно, чтобы в каждой команде были представители всех дивизионов.

Рагнар кивнул:

– Правильно, кроме Ветеранов, Мастеров и Высших. Те участвуют отдельно. В финальной битве.

М‑да…

Мы подошли к шатру. Перед глазами задрожало марево, но заклятье тут же спало, когда Рагнар включил меня в состав команды.

– Заходи, гостем будешь, – начал было Рагнар, но на полуслове замолчал.

– Ничего себе вы развлекаетесь, – я присвистнул.

Шатер клана «Волки Утгарда» был завален трупами.

Глава 2. …Волкодавы

Где‑то вдалеке завывала толпа, ревела ритмичная музыка, бухали ударные. Открытие Турнира шло полным ходом. А в шатре царила загробная, в прямом смысле слова, тишина.

На земле валялись в красочных позах четверо велетов и одна худющая, как жердь, девчонка‑оборотень. Везде кровища и разгром, перевернутые столы, бардак.

– Это твои? – задал я вопрос, не требующий ответа.

И Рагнар не ответил.

Седой велет бросился к товарищам, застыл, не доходя пары шагов. Его фигура неуловимо обмякла, как обычно бывает, когда игроки влезают в меню.

Видимо, пытался связаться с соклановцами через личку, ибо кровь на глазах стала таять. Первой пошевелилась девчонка.

Я беззастенчиво разглядывал ее фигурку. Точеная, худенькая, белокожая, с сероватым пушком и серебристыми пластинками брони на самых соблазнительным местах. А, когда увидел, что девчонка с янтарными лазами еще и такого же, как и я, уровня, симпатии возросли.

– Ядвига! – вскричал Рагнар. – Что здесь творится, мать вашу за ногу!

Ядвига помотала головой, отчего смешно разметались ее тоненькие косички. Сказала удрученно:

– Раг, на нас, кажется, напали…

– Это я и без тебя вижу! Кто это посмел сделать во время Турнира?!

Девчонка ядовито скривилась:

– Они как‑то не представились.

– Имена? Расы? Внешность? Оружие и особые приметы?

Закряхтев, стали подниматься и другие йотуны. С удивлением оглядывались, стыдливо опускали глаза, когда вспоминали о произошедшем.

– Одеты, как наши стражники, – принялась вспоминать Ядвига, – только, если они стражники, я – внебрачная дочь Папы римского. Особые приметы…

– Молча дрались, – мрачно уронил горбатый велет с ником Веласкес. – Магией сперва заарканили. Потом…

Рагнар зарычал люто:

– Вы тут на пикнике, вашу мать, что ли?! Как дети! Не стыдно, нубы? Вас, лучших поединщиков Йотунбурга перерезали в собственной палатке! На Турнире! Да я вас за такое на хрен из клана выгоню, придурки!

Третий велет, Командор, заикнулся было:

– Рагнар…

– Молчать, сукины дети! Герои, блин блинский! Клоуны в шерсти. Да вы на овчарок похожи, а не на велетов! Веласкес, что б у тебя блохи завелись, ты же маг, ядреный ворот! Какой на хрен магией они тебя заарканили?

Горбун опустил голову. Ядвига вступилась:

– Да мы просто не ожидали…

– Да я вас просто на куски порву!! – взревел Рагнар.

Кажется, пришла пора и мне пару слов уронить.

– Веласкес, – вышел я к Рагнару, – почему ты не смог путы сбросить?

Велет огрызнулся:

– Тебе‑то оно на кой?

– Отвечай, рифмоплет бездарный! – зарычал Рагнар.

– Не знаю, – рявкнул Веласкес. Его кулаки сжались, послышался тяжелый скрип. – Я такого заклинания никогда не видел…

– Должности боевого мага в нашем клане ты больше никогда не увидишь, мешок с…

– Меня они так же достали, – кивнул я. – Тот же самый стиль.

Рагнар подавился ругательствами. На мне скрестились недоверчивые взгляды.

Я пожал плечами:

– Кто‑то подослал ко мне убийц. Киллеры из них так себе, но вооружены они были по высшему разряду. Меня достали дротиком с уникальным ядом.

Рагнар недоверчиво дернул щекой:

– Гонишь!

– Перегоняю! Слушай, что тебе говорят, – отрезал я. – Орлы твои не виноваты. На вас, парни, серьезные ребята ополчились. Те, для кого потратить уникальный яд и такое же заклинание – не проблема. И, боюсь, пока это были лишь акции, чтобы запугать. Скоро за нас возьмутся со всей строгостью.

* * *

Северные великаны озадаченно переглядывались. Рагнар сосредоточенно ругался вполголоса, терпеливо подбирая ругательства позаковырестей. Ядвига ревниво стреляла глазками.

Кажется, мне не просто будет влиться в этот тесный коллективчик. Видимо, их боевая группа давно спаяна и фанов, и дружбой, что важней. Привыкли ребята быть первыми, гордиться медалями и почестями. А тут, вот незадача, прямо на глазах приглашенного наемника (фи!) пришлось поваляться в самых некуртуазных позах. Причем, что характерно, разделались с велетами шустро, плевав с высокой колокольни на уровни и регалии.

Ядвига и Веласкес, горбатый маг – мои ровесники, двадцать девятого уровня. Командор с Седриком тридцать пятого. Самый старший, не считая Рагнара, и самый молчаливый, – Хаггард, сорок второго левела. И ни один ничего не смог сделать…

Чудеса!

Вернув столы в привычное положение, ребята расставили стулья, расселись, все еще стараясь не встречаться взглядами. Рагнар повелел спокойно и обстоятельно повторить рассказ о нападении.

Впрочем, ничего нового мы не узнали.

Ворвались в шатер то ли шестеро, то ли семеро. Ничего необычного в снаряге «стражников» никто не заметил. Да и не до того было. Маг кастанул ворожбу, ребята и повалились. А мнимые стражники, не теряя времени на положенные этикетом разговоры, покрошили беспомощных, аки дети, бойцов за полминуты.

Рагнар слушал, и не отнимал от лица когтистую лапищу. Почему‑то велет, старательно изображающий фэйспалм, вызывал у меня нервный смех. Ну, ей‑богу, словно пекинес в цилиндре!

Но кое‑что из услышанного я все‑таки на вооружение взял.

К примеру то, что убийцы шастали в облике стражников. Самый, черт побери, лучший способ маскировки, когда оных в городе больше, чем в Зимбабве негров. Как это мне раньше в голову‑то не пришло? Сам, понимаете ли, кулончик премиумный купил, внешность менять научился, а ситуацию не прокачал.

«Вот, значит, как за мной следили, – с тоской подумал я. – А я, болван, только головой крутил, засады устраивал. А достаточно было им патрулем прикинуться, чтобы безбоязненно за мной по всем помойкам шляться…»

– Черт, – выразил свое отношение к ситуации Рагнар. – Ведь сейчас весь город в патрулях.

– Откуда их столько? – спросил я.

– Для охраны Турнира набирали всех подряд, – махнул рукой седой велет. – И своих набирали, кто хочет золота подзаработать, и варягов.

М‑да…

Положение осложняется. Ведь враги могут и не кулоном‑то прикрываться, а самым что ни на есть настоящим разрешением на ношение плаща из медвежьей шкуры. И как их тогда вычислить?

– Разве стража и здесь может ходить? – спросил я. – Турнирный городок ведь…

– И здесь, – кивнул Рагнар. – Не все, по пропускам особым, вроде доверенных, но – могут.

Как же плохо.

– Кому вы так насолили, други? – задал я риторический вопрос. – И что теперь делать?

Ядвига отозвалась едко:

– Мы волки. И будем делать то, что надо. Пусть они только попробуют еще раз сунуться!

Велеты одобрительно загудели.

Я усмехнулся нехорошо:

– Вы‑то, может быть, и волки. Но, как показывает практика, на каждого волка свой находится волкодав.

Глава 3. Сезон убийств

В личку стукнулось сообщение:

«Готовьтесь, Серый Лис! На Арене песни и пляски заканчиваются. Скоро начнется жеребьевка. Одевайте „концертные костюмы“ и дуйте пред наши светлы очи.

Ульв де Варг»

Я прочел месседж вслух. Не стоило сразу начинать командовать. Предоставлю это пока Рагнару и Ульву, так сказать, воззвавшему. Представители зондер‑команды «Волков Утгарда» на меня и так уже косились отнюдь не с дружелюбием и симпатией. Никто не любит, когда чужаки становятся свидетелями их позора. Особенно, когда этот чужак распиаренный, а терпящие позор – привыкшие к своей исключительности топы.

Рагнар склонил морду набок, глаза на миг подернуло паволокой:

– Хм. У нас есть пятнадцать минут. Хорошо, выдергиваю из рилайфа остальную банду. А вы, – Рагнар показал бойцам клыки, – марш в оружейную!

Мы было двинулись к выходу из шатра, но меня остановил окрик:

– Серый Лис!

Я обернулся.

– Раз такая ерунда уже случилась… бойцы, мать их за душу… на Арене вперед не лезь. Слушай меня внимательно, в бою команды повторять не буду.

Я кивнул и пристроился в арьергард бойцам, не желая лишний раз мозолить глаза.

Мы вышли из общего шатра, двинулись вглубь лагеря «Волков Утгарда». Я делал зарубки в памяти, отмечая палатки лекаря и вёльвы. На огороженном участке скучал кузнец, от его горна шел жар.

Оружейная оказалась в самом конце, за конюшней, где лагерь примыкал к стенам Турнирного городка. Я шмыгнул внутрь.

Молчаливые бойцы Рагнара разбрелись, отпирая личные ящики. Я обвел взглядом сундуки, над одним всплыл мой ник.

Пароль от меня требовать не стали, крышка откинулась сама.

Инвентарь:

Комплект «Королевский рыцарь» х 1;

Комплект «Королевский стрелок» х 1;

Премиум‑набор «Лекарь» х 3;

Премиум‑набор «Алхимик» х 3;

Премиум‑набор «Маг» х3;

Финансы: серебряные орлы х 1000;

Финансы: золотые единороги х 100.

Та‑ак…

Я вызвал окно подсказки, быстро пролистал.

Значит, «Королевский рыцарь» – комплект для ближних боев. Доспехи, щит, меч. «Королевский стрелок» – облегченный доспех с мизерикордией и арбалетом. «Лекарь»: набор бутылей восстановления на любой вкус, как и средств от ядов в «Алхимике», а в «Маге» – спелл‑пойзен. Насколько я понимаю, премиум‑наборы не для использования на Арене. Там любые абилки запрещены: только суровая нордическая магия Спецификаций и старое доброе железо. Значит, как и деньги, они для растраты во время вылазок по поиску мододела.

Напяливая доспех, я обратил внимание, что мои уровневые показатели исчезли. Вспомнилось, что весь накопленный опыт в боях Турнира вывалят позже, по окончанию соревнования. Негоже прыгать по дивизионам, возвышаясь после каждого боя. Нужно пройти для начала все заявленные битвы. А потом из банка опыта его отдадут весь, до последней заработанной единицы. После зачислят в другой дивизион и – по новой.

«Возможно, – размечтался я, – в конце Турнира именно я буду выступать в Высшем дивизионе».

Хотя это трудно было назвать даже надеждой. Чтобы добраться до семидесятого уровня, мне, по меньшей мере, нужно в одиночку перебить всех бойцов кланов противника.

Броневой комплект складно и красиво разметался по слотам, меняя мои показатели. Такие комплекты, с приставкой «Королевский …», в «Престолах» используются исключительно для кибер‑спорта. Они не дают никаких процентных бонусов, сугубо стандартные, как кирпичи, значения. При этом броня, щит и меч занимают все свободное пространство. Никаких амулетов, абилок, пергаментов и прочих хитростей не положено. Все должно быть по‑честному.

В меню профиля я оглядел скин своего персонажа.

Серый Лис был облачен в стандартный серо‑стальной доспех, глухой шлем с решетчатым забралом. На левой стороне панциря красовалась эмблема корпорации «Sky Digital», а на плаще поединщика был вышит герб представляемого клана: Волкоголовый бог, вписанный в круг луны.

«Меняем облики постоянно, – подумал я грустно. – То один Дом представляем, то другой. И все же, невидимые, а оттого и всемогущие… хочется надеяться»

У сундуков уже нетерпеливо бряцали железом облаченные в броню «Волки Утгарда». Теперь узнавать ребят я мог лишь по никам над плюмажем.

Командор процедил:

– Налюбовался, наемник? Можем идти?

Я быстро глядел остальных бойцов, захлопнул сундук и сказал громко:

– Для короткой беседы еще пара минут у нас есть.

– И че ты скажешь?

Да уж, раздражены парни. Нехорошо в таком настроении на жеребьевку переть.

– Скажу, что вы сейчас действуете в точности так, как того от вас ожидают.

Ядвига вскинулась:

– Только не надо умничать, наемник! Здесь твой авторитет – на хрен никому не нужен, понятно?

И вновь я лишь миролюбиво кивнул.

– Я вообще понятливый, девочка. Только включите на минуту мозги, бравые космодесантники.

– Слышь… – начала было Ядвига.

Я отрезал:

– Во‑первых, мне известно, сколько и почему вы маялись бездельем в шатре Турнирного городка, а не глазели на открытие по телеку в рилайфе. Усекли?

Ага, ребята насторожились, когда я намекнул на мод Смерти. Я продолжал:

– Во‑вторых, то же известно и врагу. Более того, сей печальный факт он использует себе на пользу. Знает, как вы остро ощущаете боль. Скажи, Веласкес, ведь покрошили вас в шатре не сразу, так? – велет дернулся, но возражать не стал. – Это Рагнару можно сказать, что порешили вас за минуту. Чтобы не бесился лишний раз. Но, признайтесь, мучили вас не то чтобы долго, но со знанием дела. Какое из многочисленного оружия Утгарда режет больнее?

Секунду в оружейной стояла тишина, потом Веласкес буркнул, роняя тяжелый, как боевой молот, взгляд:

– Греческий огонь.

Ядвигу передернуло.

Вот оно в чем дело! Доисторический огнемет с алхимической смесью. То‑то я заметил подпалины на их шкуре, а ведь думал, что это – последствия магии.

– Сочувствую, – сказал я честно. – И тем не менее. Вы должны понимать, что это лишь начало. Враг хочет вас истощить – это раз. И запугать хорошо ощущаемой болью – это два. Так, чтобы вы не только от усталости тупили, но и на Арене от любой раны шарахались, забывая о тактике. Понятно?

Бойцы слушали молча. И я припечатал:

– А потому, вы должны быть готовы. Не думать о том, какими словами вас Рагнар обругал, а искать в толпе внимательные взгляды, подмечать подозрительных врагов и запоминать мелочи! Не рассеивайте внимание попусту. Иначе вам не дойти и до второго тура, яволь, мон команданте?

О, как! Воздействие мгновенное. Прямо на глазах раздвигаются плечи и смыкаются бронированные кулаки! Сразу видно, что ребята приободрились. Глядят соколом!

Теперь нельзя упускать момент. И я завершил пламенную речь призывом:

– Так что, господа Чубакки, давайте завалим всех на Арене, а потом найдем хренова мододела и поломаем ему все шаловливые пальчики!

– И зубы выбьем! – кровожадно вставил Веласкес.

– И кишки выпустим! – сверкнул глазами Седрик.

– И ятра оторвем, – хищно осклабилась Ядвига.

– И ему же их скормим! – поддержал Командор азартно.

– И… – начал было молчаливый Хаггард. – Ну…

Он застеснялся от скрестившихся на нем взглядов. Выдавил смущенно:

– Это… в самом деле… пойдемте драться, что ли?

Шли к выходу дружной звенящей колонной, готовые порвать врага, как Тузик грелку. Только Ядвига, проходя мимо, обронила едко:

– Ты мне все равно не нравишься, шкура продажная.

– Да ради бога, – я усмехнулся легкомысленно.

Хотя, надо признать, мурашки по спине побежали. Слишком уж ревела вдали толпа, жаждущая крови.

* * *

От клана «Волки Утгарда» выступало всего пятнадцать человек. По три в каждом из пяти дивизионов. Сколько будут сражаться в трех топовых дивизионах, я не знал. Имена этих ферзей пока оставили в тайне.

Мельком я оглядел отряд, но, кроме ников, особо подробностей разглядеть не получилось из‑за однообразных доспехов. Единственное, что было общего у всех, кроме меня – раса Велеты.

Потом стало не до любопытства.

Ритмичной поступи легионеров двадцать первого века вторили зрители, отбивая сапогами маршировочный такт. От резонанса закипала кровь, а сердце, после адреналиновой инъекции, люто грохотало. Тяжелое, мрачное и примитивное, но от того не менее диковатое и заводное Rammstein «Links 2 3 4» взорвало Арену.

– …Тридцать два сильнейших клана Гипербореи! – ревели трубы герольдов. – Пять сотен бойцов и магов! Мечи, трезубцы, посохи и магия! Такого события еще не знал Утгард!

Озноб пробирал до костей. Мы шли по темному коридору туда, где жег глаза ярко‑желтый песок. Даже ехидная Ядвига притихла, инстинктивно втягивая голову в плечи.

– Вас ждет незабываемое зрелище, бастарды и милорды! Пятьсот гладиаторов явились сюда, чтобы умереть на ваших глазах. Так пусть же их гибель возвеселит вас!

Рев толпы перекрыл даже запилы престарелых уже немцев.

– Вперед! – гавкнул по клановой связи Рагнар.

И первым перешел на бег. За ним, громыхая доспехами, потянулись и мы. Бег трусцой только разогревал мышцы, адреналин требовал выхода. Я с удивлением чувствовал, как горло перехватывает жажда боя. Так наливаются кровью глаза у бультерьера при виде соперника в загоне для собачьих боев.

Рев толпы оглушил. Мы вырвались из тьмы коридора на залитый солнцем песок Арены. Побежали мимо железной ограды прямо к центру ристалища. За нашими спинами неслышно в рокоте тяжелого металла клацнули ворота, отрезая пути к отступлению.

По обе стороны громыхали броней бойцы кланов‑соперников. Я косился, пытаясь усмотреть Лилит и Бродягу. Но «Ордена инквизиции» и «Иггдрасиль» вообще не было видно. Наверное, они где‑то на другом конце Арены.

– Сейчас сильнейшие воины кланов продемонстрирую вам свое умение! А боги укажут, кто и кому в завтрашних битвах станет вспарывать брюхо!

Бег замедлился. Центр Арены перекрыт еще одной решеткой. Мы, словно крысы, оказались заперты в решетчатом коридоре.

– Делайте ставки! Неужели крутые поединщики погибнут во время жеребьевки? Вот смеху‑то будет?!

«Если хоть один сдохнет, – пообещал Рагнар мрачно, – к вечеру уже будет вне клана!»

– Но для начала… Идущие на смерть, приветствуйте нас!

Рагнар остановился, крутанулся на каблуках. Его рука рванула меч из ножен. Мы в точности повторили маневр, вскидывая клинки. По обе стороны от нас лязгнула сталь.

Наверное, ошеломительное это зрелище – пятьсот железных шипов, на которых отражается солнце. По крайней мере, толпа отозвалась чудовищным визгом. В каждом сердце сейчас просыпался кровожадный зверь.

– Да начнется Турнир! – завопил герольд. – И пусть боги удовлетворятся красной жертвой сезона убийств!

Невидимый глашатай набрал в легкие побольше воздуха и заверещал:

– Тварей! Тварей на Арену!

Я оглянулся.

В центре Арены осыпался песок в разверзшуюся дыру. А из нее медленно поднималась огромная клетка с Тварями…

Глава 4. Жребий пал…

«Внимание! – хлестнул голос Рагнара. – Сейчас каждому клану достанется своя Тварь. Не дергайтесь особо, когда попрет на нас».

Не дергаться?!

Безумные чудовища в клетке напоминали плоды адского эксперимента на тему, какое количество шипов, рогов и клыков сможет выдержать слон. Твари просто огромные, краснокожие, достигали в высоту метров пяти, а то и больше. Под тугой шкурой перекатывались могучие мышцы, глаза пылали синим. Огромные ноздри с шумом втягивали воздух, а выдували тугие струи, разбрасывая плети желтой слизи. Одна из таких плюхнулась неподалеку на песок, я с отвращением заметил в соплях мельчайших копошащихся червей.

«Делимся на пары, – командовал Рагнар. – Расстояние между парами – десять метров. В самом конце, ближе к зрительским помостам, держатся стрелки. Как Тварь попрет – первая пара перекидывается и заходит за спину. Стрелки открывают огонь. Оборотни бьют в спину. Всем ясно?»

Яснее некуда…

Клетка с монстрами уже почти полностью выползла из‑под Арены. Чудовища учуяли врагов, нервничали от воя толпы и бросались на толстые, в руку толщиной, прутья. Те, к моему удивлению, выдерживали с трудом. Гнулись, аки бамбуковые.

Клетка поднялась уже над уровнем Арены. Что‑то заскрипело и тюрьма стала вращаться.

«Сейчас начнется, – сказал Рагнар. – О готовности доложить!»

И каждый «Волк» гаркнул браво, отзываясь.

Когда пришла пора мне назвать свой ник, клетка внезапно остановилась и ее борта опали. Рев Тварей ожег нервы, многотонные монстры бросились каждый в свой решетчатый тоннель.

«Началось!»

Я в паре с Ядвигой стоял ближе всего. И, признаться, на миг оторопел, когда навстречу бросилась махина размером с дом, состоящая целиком из мускулов и рогов. От топота смеси крокодила и трицератопса заходила ходуном земля…

«Первые – начали!»

Ядвига опередила меня на мгновение, помчалась к Твари. Я припустил следом. На тупой морде чудовища ровным счетом ничего не отразилось. Безумные глаза полны ненависти. Громадная пасть стала раскрываться, обнажились смазанные желтоватой слюной клыки.

Ядвига распласталась в прыжке, тут же и я изо всех сил оттолкнулся ногами. Когда падал грудью на землю, воздух уже пропитался вонью чудовища. До столкновения оставалось меньше секунды.

Время замедлилось. Мое тело корежило, меняя, вместе с доспехами. Еще не обратившись до конца, я уже пытался вскочить. В облике лиса Тварь показалась танком Maus против трехколесного велосипеда.

От рева чудовища мне в грудь ударило воздушной волной, забили плети слюны. Краем глаза я видел, как обернувшаяся белоснежной волчицей Ядвига прыснула к решетке и прошмыгнула под лапой чудовища прямо в тот миг, когда оно совершало очередной шаг. На секунду мне показалось, что пушистый хвост девчонки все‑таки останется под пятой Твари, но – пронесло.

Все это я отметил отрешенно, уже сам скача по песку на упругих звериных лапах.

Тварь, будто в замедленной съемке, еще провожала тупым взглядом юркую волчицу, когда с другой стороны черкнула рыжая молния. Монстр хотел было обернуться, сбиваясь с шага, но уже и сам набрал приличную скорость, не успевал. И тогда он совершил единственный возможный в такой ситуации маневр – тупо ударился боком в решетку.

К счастью, я смог это предугадать. Круто изменил направление и прыгнул между его лап. Сбоку и сзади загрохотало, решетка опасно прогнулась, но выдержала. А потом я вдруг вырвался на свободное пространство.

На песке уже корежило трансформацией Ядвигу, возвращая к человеческому облику.

«Вторая пара!»

Я брякнулся мордой о песок, вскочил, одновременно выдирая из ножен меч и отфыркиваясь от набившегося через личину мусора. И вновь Ядвига опережала меня. Девчонка уже кинулась обратно, визжа как‑то по‑особенному и размахивая клинком.

Второй паре пришлось тяжелей, чем нам. Тварь уже прилично сбросила скорость и опомнилась. А потому, перед тем, как ребята шмыгнули мимо, неожиданно загребла обеими лапами сразу. Я думал, что поймает, но из поднятой тучи песка мимо нас промчались два волка. Готов поклясться, глаза оборотней были по пять копеек!

«Третья пара! Готовьтесь!»

Чудовище уже не бежало. Тварь рычала, забрызгивая Арену слюнями. Двигалась к остальным «Волкам» тяжелым шагом, остервенело лупя когтистыми лапами.

В беге я опередил Ядвигу и на спину Твари взлетел первым. Одной рукой ухватился за гребень, рубанул мечом. Бил словно по граниту, пальцы онемели, а клинок пружинисто отскочил. Тварь даже не заметила.

– Между пластин, наемник! – взвизгнула Ядвига, оседлав монстра. – Находчивее надо быть!

Ах ты ж чертовка!

Я выждал секунду, приноравливаясь к ходьбе Твари. Прицелился, выбирая место между двигающихся пластин. Выбросил руку.

Меч легко вошел в мягкое, словно под панцирем было нежное тело какой‑нибудь креветки.

Тварь взревела и внезапно встала на дыбы. Броневые пластины в спазме сошлись, как клещи, переломили меч. Монстр затряс головой. Ядвига вскрикнула, когда ее сшибло длинными бивнями, украшающими затылок твари. Только полыхнули цифры Здоровья. Я успел пригнуться, но спину монстра тоже пришлось покинуть.

– Твою… – воскликнул я ошалело.

В руке осталась гарда с жалким огрызком клинка.

К счастью, чудовище не стало оборачиваться и приниматься за наглых двуногих. С противоположной стороны очень неприятно били арбалетчики и еще оставалось шесть пар мечников.

– Ты в порядке? – спросил я, вздергивая Ядвигу.

– Пошел к черту! – ощерилась девчонка. – Я не кисейная барышня! О себе позаботься.

Ну и ладно.

«Волчица» запрыгала по песку, вновь оседлала монстра. Подумав, я последовал ее примеру. Обломок меча пришлось отшвырнуть. Обидно, конечно, что в первом же бою железки лишился, но ничего не попишешь.

Тварь по шагу, но теснила бойцов Рагнара. Те сменили тактику. Обратились в волков и делали вид, что вот‑вот собираются прошмыгнуть за спину Твари, но, едва та била лапами, отпрыгивали назад. А стрелки не забывали осыпать монстра градом болтов. Правда, не слишком результативно. Выбили урона всего‑то на тысячу. Остальные залпы останавливала броня. Да и сама тварь демонстрировала умение заправского ниндзя – охренев от бешенства, ловила пастью и жрала на лету болты.

«Эх, – пронеслось у меня в голове, – сюда бы мой арбалет и с десяток алхимических болтов…»

Зато маги не зевали. В каждой из троек «Волков Утгарда» был свой чародей. И теперь эти пятеро, сплетали что‑то сообща, как масоны мировой заговор. Их фигуры сплошь в ажурной паутине магических энергий.

Словно по полосе препятствий, я вскарабкался на спину монстру, цепляясь за шипы и гребни. Ядвига бить понапрасну не спешила. Выбирала место, чтобы в этот раз не попасть под раздачу бивней и нанести максимальный урон. Я следовать ее примеру не стал. Полез к голове.

– Ты куда? – крикнула Ядвига. – Он же тебя сбросит и растопчет!

– Подавится… – не в тему огрызнулся я.

Дважды я едва не падал, когда Тварь вертелась на месте, пытаясь придавить юрких оборотней под ногами. Наконец, мои пальцы сжали бивни на затылке, я присел, пролезая под ними.

Ага! Так и есть. В силу очевидных причин ее шею броня не прикрывала. Кожа, правда, была даже на вид толстенной и дубленной.

Усевшись, я сорвал со спины щит, приставил к шее Твари острым концом. Потом двумя руками ухватился за бивни и поджал колени. Дождался, пока монстр крутанет башкой, натягивая кожу, и со всех сил ударил по щиту пятками.

Критический удар!

(11/12)

Ага, вот и пригодилось благословение Оракула. Жаль, не могу я похвастаться стопроцентной уверенностью, что этот бой – наисложнейший в Турнире. А одну «удачу» уже истратил.

Тварь со стоном запрокинула башку. Меня, будто клеткой, накрыло рядами бивней. Придавило так, что перевести дух не мог. Под ногами стало скользко, потекла зловонная кровь.

К счастью, действовали мы командой. Оба оборотня, заметив паузу, тут же атаковали брюхо Твари, а стрелки сосредоточились на открытом горле.

Монстр взревел в бешенстве, остервенело бросился на волколаков. Один успел уклониться, зато второму не повезло. Из‑под когтистых лап Твари брызнула кровь, волк вскрикнул задушено.

«Один попался…»

Ряды бивней приподнялись, давая возможность вдохнуть. Я прицелился и лягнулся повторно. Скривился от боли, когда вывернул стопу (от крови стало скользко). Но удар на этот раз не просто прорезал кожу, но вогнал щит в плоть Твари сантиметров на двадцать.

Критический удар!

(10/12)

Черт! Я так все везение растеряю!

Не знаю, что уж там я перебил чудовищу, может, последнюю извилину, но теперь Тварь натурально остервенела. Заметалась так, что я ощутил себя ковбоем на родео.

Не успел я обрадоваться, что меня от лебединого полета с шеи монстра хранит решетка бивней, как Тварь стала бодать ограждение Арены. Удар был покруче лобового столкновения легковушки с КамАЗом на скоростном шоссе. Я больно стукнулся головой, почувствовал, как заскользили ноги, меня потащило куда‑то в сторону. Не успел вовремя зацепиться, как настиг второй удар. Словно куклу, меня швырнуло на щит, буграми шейных мышц сдавило. Я задушено захрипел, как в кольцах анаконды.

– Лис!

Я скосил глаза. Ядвига быстро карабкалась по спине Твари.

– Меч! – прохрипел я. – Дай свой меч!

Девчонка кивнула, потащила меч из ножен.

Третий удар лбом в ограждение застиг Ядвигу врасплох. Она с криком куда‑то улетела.

Блин!

Придется выбираться самому. Но не получалось даже толком удариться, чтобы поменять облик. Я реально застрял!

– Наемник!

Ага, это лезет Командор, один из «Волков» второй прорвавшейся за спину Твари пары.

– Дай мне свой меч! – заорал я. – Давай же!

Командор подполз, с трудом удерживаясь на спине беснующегося монстра. Одной рукой потащил меч из ножен, перехватил и подал мне рукоятью вперед. Я вытянул руку, ощутил пальцами обтянутую кожаными жгутами рукоять. Но тут монстр завертел башкой, словно отворачивая морду от мух…

Надо полагать, за сбитие наземь Командора стоит благодарить стрелков.

И в тот же миг давление ослабло. Тварь опустила башку, а я, не ожидая такого подарка, с криком вылетел из ловушки, выпустив меч Командора. Грохнулся на песок знатно, о личину шлема расшиб нос, аж искры из глаз посыпались.

Ничего не видя, быстро‑быстро пополз в сторону. В ушах громыхали крики с трибун, рев чудовища.

«Теперь все вместе!»

Я поднял взгляд.

Оказывается, маги, наконец, чегой‑то наворотили. Искрящаяся золотым сетка опутала морду Твари, потянула за такой же призрачно‑золотой поводок к земле. Монстр, упираясь всеми четырьмя лапами, пытался безуспешно бороться. Мне это напомнило антилопу у реки, угодившую в пасть крокодила.

Рагнар с бойцами подскочил, засверкали мечи. От Твари посыпались цифры Здоровья. Я еще подняться и толком очухаться не успел, когда монстр завыл жалобно и обессиленно брякнулся на песок, подняв тучу пыли.

Парни тут же окружили здоровенную, размером с автомобиль, голову, замолотили клинками.

«Сцена будто из учебников истории, – подумал я отрешенно. – Племя питекантропов валит мамонта».

Тварь запрокинула израненную башку и завыла.

Противник повержен!

Четырнадцать глоток испустили дружный победный рев.

Я ограничился победным хрипом. Легкие от падения отбил знатно, до сих пор дышать могу через раз.

Огромная туша Твари вдруг стала таять, пошла пузырями. Бойцы Рагнара отшатнулись от ядовитого зеленого облака. И через секунду от Твари осталось лишь тухло булькающее озерцо.

Рагнар отважно шагнул в его воды, наклонился. Когда полевой командир «Волков Утгарда» распрямился, в его кулаке белела гемма.

Жеребьевка окончена.

Ваша команда допущена к Турниру!

Первый противник: клан «Самураи Белой башни».

Народ на трибунах вскочил. Кто‑то ликовал, другие ругались и пытались сбежать, видимо, просадив деньги на ставках. От рева толпы не было слышно даже собственных мыслей. По обе стороны ограды еще ревело и звякало, другие команды быстро приканчивали своих Тварей, добывая жребий. Но все мое внимание было приковано к зрительскому залу. Там, единственный из зевак, кто остался сидеть, лениво аплодировал Серый Лис де Ренар…

Глава 5. Явление кукловода

Уходили мы с Арены под рокот аплодисментов и одобрительные крики. Хотя, не всем наш бой пришелся по вкусу. Какой‑то ворошиловский стрелок запулил в Ядвигу яблоком. К счастью, промазал, и плод звучно разбился у ее ног.

– Я с тебя шкуру сдеру! – процедила Ядвига, ища глазами хулигана.

Рагнар хохотнул и по‑товарищески хлопнул девчонку по плечу:

– Не парься. К примеру, в Древней Греции бросок яблоком в человека означал предложение брака. Вдруг это твой поклонник?

– У нас и сейчас те же обычаи, – поддакнул горбатый маг Веласкес. – Только яблоко дарят все больше надкушенное.

Ядвига добродушно пожелала обоим острякам пойти утопиться.

– Ну что, Серый Лис? – спросил Рагнар, когда мы топали по коридору под трибунами. – Нормально? Готов к подвигам?

– Всегда, как говорится.

Приблизившись, полевой командир шепнул:

– Заметил что‑нибудь подозрительное?

Я соврал с самым честным видом:

– Пока нет. Надо работать.

Велет кивнул. Сказал серьезно:

– Делай все, что надо. Если понадобится помощь – только скажи. У нас впереди много поединков, и понадобятся все силы. Ты бы знал, как это мерзко – просыпаться в Утгарде.

Я спросил с интересом:

– Серьезно? Я как‑то пробовал спать в виртуальности. Ничего необычного.

Велет фыркнул:

– Это если один раз вздремнуть.

– Ну, а вы что чувствуете?

– Нейрообруч не позволяет мозгам расслабиться даже во сне. Ну не приспособлен он к такому. И, мало того, что не высыпаешься, так еще и ощущение, будто не сны смотрел, а побывал на самом скучном кино. Только вместо действия, восемь часов подряд твою спальню показывают.

М‑да…

Не лучший способ отдохнуть.

– Ладно, – я сменил тему. – Что дальше по плану?

– Ну, вообще‑то мы хотели пройтись еще раз по всем тактикам, просмотреть стримы противника и найти слабые места, но… ты же понимаешь, Лис, у тебя свой квест. Так что можешь заниматься заговорами и разведками.

Я кивнул. Очень хорошо.

Мне почему‑то казалось, что демонстрация моего облика на Арене – призыв к более тесному общению. Мододел то или нет, но поболтать с ним точно не помешает.

* * *

В оружейной я сбросил доспех в личный ящик, и, пока бойцы друг друга хлопали по спинам и ядовито шутили, выскользнул наружу.

«Безликий» меняет Вашу внешность!

Насвистывая, в облике кузнеца из соседнего клана, я двинулся к выходу из Турнирного городка. Не забывая, конечно, с любопытством глазеть по сторонам. Старался подмечать каждую странность, но… быстро понял, что «виртуальность» и «странность» – синонимы.

Вот, к примеру, разве не странная парочка? Высоченный и худой эльф петушком крутился вокруг гномихи. Девица, надо сказать, особенная даже для гнома: метр‑на‑метро, дебелая, толстоногая. А эльф изо всех сил выделывался, подлизывался. И выглядели эти ухаживания так забавно, что иначе, как гномосексуализмом называть я это не мог.

На Арене, между тем, началось соревнование вольных бойцов. Первыми герольд вызвал стрелков.

«Даша!» – вспомнил я.

Черт!

Вот отличная возможность переговорить хоть с кем‑то из клана. К тому же, Дашка наверняка должна что‑нибудь знать о Лилиных делах. И не в характере Даши кочевряжиться и врать. Так что нужно использовать эту возможность в полной мере.

Стражники пропустили меня без особых проблем. Один только крикнул недовольно:

– Не шляйся особо! Тут режимный объект. Если до десяти вечера по Москве не вернешься – будешь ночевать на улице.

Я нагло отмахнулся и бегом припустил к парадному входу в ложи.

Улицы Йотунбурга были непривычно пустынны. Со стороны Арены всплесками доносился рев толпы, напряженная тишина, и вновь крики. За пару минут я оббежал великанский амфитеатр и поспешил к главному входу.

– Куда?! – бросились наперерез стражники. – Регистрация! Билет!

А, чертовы игры… забыл!

На секунду меня посетила шальная мысль разбросать виртуальных копов, но я только поднял руки и отступил. Не поможет это. Лишь хуже сделает. Придется дожидаться Дашку «на улице».

– Эй, гвардейцы короля, – окрикнул я стражников, – а где тут ход для вольных участников Турнира?

– Которых? – нехотя откликнулся один из носителей медвежьего плаща.

– Которые сейчас выступают.

Стражник мотнул головой. Я поблагодарил и двинулся в указанном направлении. Буду ждать Дашку там. Пока шел, влез в профиль и накорябал писульку Ульву:

«Нужна регистрация и бессрочный пропуск в зрительский зал Арены».

Через полминуты прилетела ворчливая ответка, мол, опомнился. Но доступ мне все же пообещали. Как пояснил хёвдинг «Волков Утгарда» – отберут у кого‑то из членов королевской фамилии. Я даже загордился, вон какая важная персона.

Купив у лоточницы теплого пива и пакет соленых орехов, я уселся прямо на землю. Облокотившись на ограждение Арены, стал убивать время и размышлять.

Стальные Ятра, сиречь, малявка Даша, взяла у Лили отпуск аккурат после нашего разбоя на тракте. В девчонке заговорил азарт и жажда самореализации. Гильдии теней для снайпера стало мало, восхотелось еще и народной славы. Пускай, это дело годное. Больше топов в Гильдии – выше гонорары.

«Может, – подумал я, грызя орехи, – послать Лилю к чертовой матери? В печенках сидят уже ее заговоры и интриги. Да и прощать такой фигни, как предательство, нельзя. То есть, конечно, по‑человечески простить можно, но общих дел больше иметь точно не надо».

А что? Дельная мысль. Организовать собственное наемное войско. Для начала попиариться на славе Гильдии, заплатить рекламщикам, пусть прополоскают, как следует, имя Серого Лиса и его новой конторы. Глядишь, народ и потянется. Стану сам себе главой.

Ну, или, на худой конец, можно гайдуком в любой из кланов устроиться. Тоже деньги. Хоть и не так интересно, зато стабильно.

На Арене продолжали пульсировать крики. Минут за пять я прикончил кружку пива, пришлось покупать еще две. Заказал безалкогольного, чтобы перса не слишком вело. А то знаю я их моды.

Пропуск на Арену пришел как раз в тот момент, когда я услышал далекий голос герольда. Кажется, там объявляли победителя в соревновании стрелков. К сожалению, ник триумфатора расслышать не удалось. На всякий случай я скрестил пальцы за Дашку.

Наконец, ворота распахнулись и мимо стражников потек ручеек снайперов. Большинство стрелков шло разгоряченное, матерящееся, с активной жестикуляцией. Я только усмехнулся.

«Дашку хрен обыграешь!»

Только подумал – в воротах появилась стройная фигурка эльфа Стальные Ятра. Сквернослов шел вальяжно, с надменно поджатыми губками и холодными глазами. Глядя издалека, я в очередной раз удивился, как мог сразу не увидеть истинного «водителя» эльфа. Подростковая нескладность и общее поведение буквально кричат о возрасте игрока, а некоторая «мужская» показушность и проглядывающаяся женственность обмануть могут разве что слепого.

– Эй, хрен с бугра!

Я оглянулся на голос.

Компания мужчин в одинаковых черных накидках перегородили путь эльфа. За плечами людей висели тисовые луки и колчаны.

«Неудачливые претенденты на победу?»

Я неторопливо двинулся к Даше. Издали услышал ее ломкий голосок:

– Че надо, свинорылый? Маму потерял? Так я ее видел в трактире «Два оленя». Еще хрюкала. Но ты поторопись, сегодня в меню шкварки.

Вредному эльфу ответили коротко и по существу, но Дашку это только рассмешило.

– Иди уже, мальчик, не ной.

И добавила что‑то фантастически трехэтажное. Да такое яркое, что мужики, после секундного замешательства, бросились в бой.

Дашка отскочила, грамотно уходя под защиту городской стражи. Но быстро собирающаяся толпа попросту не дала ей этого сделать. Эльф очутился в кольце, один против шестерых снайперов. Сразу послышались одобрительные крики, толпа стала гуще.

Я перешел на бег, чувствуя знакомый боевой азарт. Врезался в толпу зевак, подбадривающих нападающих. У меня закралось совершенно здоровое сомнение в невиновности Даши. Что она могла такого на Арене сделать, что на нее ополчились даже зрители?

Но думать было уже некогда.

Бесцеремонно расталкивая зевак, а кое‑где и помогая себе кулаками, я прорвался в круг.

Дашку обступили со всех сторон и методично колотили кулаками. Как снайперу, конечно, малявке равных нет, но драться‑то и не всякий парень умеет. Что тут говорить о девчонке?

Зрелище меня попросту взбесило: на одного девчонку‑подростка – шестеро мужиков?!

Кровь бросилась мне в голову. Сердце заколотилось, дыхание сперло.

– Ты куда прешь, козел? – вякнул было один из зрителей.

Не глядя, я ткнул кулаком ему по зубам. В руках тут же очутились мечи.

Вы желаете присоединиться к бою?

Кавабанга!

Боевой режим!

– Что?..

Ближайших ко мне снайпер, которому не нашлось места, и теперь он бегал вокруг кучи малы, пытаясь подарить Дашке и свой пинок, обернулся. Я с рычанием налетел, рубанул гардой в челюсть, тут же, сорвав дистанцию, добавил коленом в пах. Зараза еще не успела брякнуться наземь, когда я, уже не глядя, пырнул коротким клинком. Мельком отметил лишь сообщение об успешной атаке и крите.

Следующего «мстителя» я спокойно и без угрызений совести порубал в капусту. Тот, стоя спиной ко мне, наверное, даже не понял, что произошло.

Тут забияки стали оборачиваться. В глазах шакалья радость сменилась растерянностью. А у третьего еще и нос стал набекрень, потекла кровавая юшка.

– Ты кто, твою мать?!

Кажется, снайпер только хотел это спросить. Не уверен точно. В горячке боя ток времени стал иным. В любом случае, ему я ответил прямым ударом сапога в грудь. Крутанулся, выписывая саблями диагональ. Свист рассекаемого сталью воздуха сменился диким воплем мужика, чьи руки, укоротившись по плечи, вдруг упали на землю.

Последний стрелок сориентировался верно, бросился наутек. Но тут же столкнулся с давешней Дашиной проблемой. Толпа с хохотом пихнула его обратно в круг. Так, что на мои клинки он налетел сам. Я только злорадно двинул мечами, проворачивая в ране и разводя в стороны. Мужик завопил от боли. А, когда у него остался минимум Здоровья, ударом меча перерубил его лук.

– Бросить оружие! – рявкнул я. – Полиция Майями.

– Да кто ты такой?! – истерично прогундосил тип со сломанным носом.

Вместо ответа я вынул из слота кулон «Безликий».

– Серый Лис?! – вылупилась Даша.

Крики стихли. В толпе пронесся шепоток.

– Вы посмели тронуть наемника Гильдии теней, – отчеканил я, грозно поводя мечами. – За это полагается смерть и травля… Играть сможете только в Лимбе! Если не сдадитесь.

Больше спорить и выяснять отношения никто не стал. Ошеломленные напором, трое раненных стрелков легко повелись на мой треп о «травле» и швырнули луки в пыль.

То, что мне и нужно было!

Вы желаете принять капитуляцию врага?

Ага, щаз!

Снайперы вздрогнули одновременно, когда вместо пощады выскочило сообщение, что я готов взять их двойников рабами.

– Ну? – сквозь зубы подбодрил я. – С чем‑то не согласны?

Выбор у бедняг невелик: либо подыхать и все равно становиться рабами, либо уйти с позором, но еще и с серебром.

Поздравляем!

Враги повержены!

По результатам боя Вы получаете … единиц опыта и 3 рабов.

Эх, чертов Турнир. Не видно, сколько заработал…

Одним движением я закрыл шильду системного сообщения, предварительно направив новых рабов в Поместье теней.

Толпа зааплодировала.

– Козлы, – поблагодарил я в ответ. – Хоть бы кто‑нибудь помог слабому.

– В штанах у тебя слабый, – огрызнулась Дашка, с кряхтением поднимаясь. – Кто тебя вообще звал, терминатор фигов? Сам бы справился!

– Вот он и на Арене так, – наябедничал обидчиво один из зевак. – Достал просто: судей обматерил, зрителей, других участников…

С ответом я не нашелся. Даша такая, она и дьявола заставит покраснеть…

* * *

– Умеешь ты завоевывать зрительские симпатии, – сказал я.

Толпа рассосалась понемногу. Явились нахохлившиеся стражники, хотели было всех повязать за драку, влепить штрафы, но я важно, как депутат гаишнику, продемонстрировал высшее разрешение от Ульва на особый статус. От нас тут же отстали. Чего нельзя сказать про зачинщиков драки – их куда‑то увели.

– Я не пятак, чтобы всем нравится, – нагло пропищала Даша.

Мы бродили по улочкам, понемногу отдаляясь от Арены.

– Это уж точно, не пятак. Хамка малолетняя.

– Ой ли? Когда на кого‑то указываешь пальцем, знай, что в этот момент три из них глядят на тебя.

– Где ты понабралась этой пошлятины?

– Не умничай, Рыжик, – отмахнулась Даша. – И так настроение хреновое, а тут еще ты с нравоучениями.

Я спросил запоздало:

– А что с настроением? Как соревнования прошли?

Стальные Ятра отвернулся, почесал длинное острое ухо, буркнул:

– Второе место заняла. А должна была – первое.

– Что так?

– Штрафные баллы влепили.

– Наверное, – хмыкнул я, – несправедливые судьи попались? Не оценили богатства твоего словарного запаса?

– Сейчас нарвешься!

Провоцировать девочку и дальше я не стал. Где‑то слышал, что подростки все поголовно легкоранимые и обидчивые. Сказал миролюбиво:

– Слушай, ну ведь и второе место – круто. Сама подумай, тебе четырнадцать лет, а ты влегкую переплюнула всех остальных. Ну и, конечно, урок тебе на будущее – матюгаться круто только в средних классах школы, да и то не всегда. Люди постарше, если это не тупые гопники, стараются говорить…

Я осекся, нарвавшись на взгляд Даши. Ничего хорошего он не обещал. Я приобнял ее, потрепал по голове:

– Извини. В следующем году первое место точно займешь. И все равно поздравляю, снайпер! Хвастайся, что подарили?

– Да ничего особенного, ерунду.

– Не скромничай.

– Если надо – сам найдешь, – махнула рукой Даша. – На сайте есть вся информация о призах. Гугл есть – ума не надо.

Хоть я больше внимания уделял не беседе, а попыткам выявить «хвост», все равно обиделся:

– Ну что ты за человек такой? Вечно хамишь.

– Да ладно тебе! – фыркнула Даша. – Посмейся и забудь. Знаешь, что минута смеха продлевает жизнь на пять минут?

Я скривился:

– Может и сократить. Смотря над кем смеешься.

Даша с удивлением призналась:

– Черт… а вот об этом я как‑то не думала.

Некоторое время мы шли молча. Наконец, Даша спросила:

– Слушай, а ты‑то что тут делаешь? Да еще в чужом облике?

Я перестал глазеть по сторонам. Кажется, преследования все‑таки не было.

Остановившись, перехватил взгляд Даши и признался:

– Беда у нас, малявка.

* * *

Выслушав мой крайне скупой на детали рассказ, Даша осведомилась:

– М‑да… Ты уже написал завещание?

– Неужели все так плохо?

– Ну, я не вижу никакого выхода. Мне кажется, что тебе ситуацию надо сливать.

Я фыркнул:

– Тогда я лучше позабочусь о завещании. Когда я умру, прошу отформатировать моего персонажа и прах по байтам развеять по порносайтам.

Дашка хихикнула:

– Я так и знала, что с тобой что‑то не так. Недаром же с Лилькой постоянно ссоритесь.

Ах ты ж…

– Прости, – неискренне извинилась вредина, – это я любя.

– Да уж, каких только грязных слов мы не произносим от чистого сердца. Ладно, слушай сюда. Ты сможешь ко мне заехать? Надо переговорить. Лично.

Дашка хитро улыбнулась:

– Будешь меня соблазнять?

– Я?! – от возмущения у меня пропал дар речи.

– А что? Мне уже почти пятнадцать.

– Я в твои пятнадцать лет еще…

– Да знаю, – отмахнулась малявка, – вы в старину все немного отсталыми были, не развитыми.

Я фыркнул:

– Ты бы еще сказала: недоразвитыми.

Даша призналась:

– Ну, вообще‑то я так и хотела сказать, но ведь ты у нас такой обидчивый и ранимый, как художник. Слушай, Рыжик, а ты рисовать умеешь?

Я сказал спокойно:

– Еще минута, и я тебя точно убью.

– Ну, минута – тоже время. Можно многое успеть сказать.

Чуя, что победы в словестном фехтовании мне не одержать, я сдался и продиктовал свой адрес в рилайфе. Даша пообещала заехать завтра с утра.

– А сейчас мне пора. Веришь, Рыжик, дел по горло.

На том и распрощались.

* * *

Обратно возвращался я в своем настоящем облике. Но ловля на живца не принесла никакой пользы. «Хвоста» и новых ассасинов не появлялось.

В трактире «Охотничья луна» было все так же многолюдно, шумно и воняло брагой. И все‑таки хозяйка умудрилась увидеть в толпе именно меня. Перехватила у лестницы, шепнула рассеяно:

– Серый Лис, просили передать лично, безо всяких писем и почты.

Я насторожился. Хозяйка, морща лобик, процитировала:

– Слава, дерись против всех.

Я спросил быстро:

– Кто это сказал?

– Какая‑то вампирша красноволосая, – пожала плечами женщина. – Заходила где‑то с час назад. Кажется, зовут то ли Лилипут, то ли…

– Лилит?!

– Наверное.

Я кивнул, посчитав, что разговор окончен. Шагнул на лестницу, когда услышал:

– Кстати, там в вашей комнате друг дожидается.

Спину пощекотал холодок. Я спросил с подозрением:

– Какой‑такой друг?

– Ну, напарник ваш – Серый Лис. И как вы только умудряетесь одинаковые ники регистрировать?

Дальше я не слушал. Пальцы сами потянулись к мечам.

«Значит, – пронеслось у меня в голове, – волкодав сам пришел в гости…»

Глава 6. Волкодав и его свита

На втором этаже гостиницы было тихо и мрачно. Огоньки лампад горели в недвижимом воздухе ровно, распространяя аромат сушеных трав и жира. В успокаивающей раковине черного доспеха я двигался мягко, соблюдая все условия режима маскировки. Через щель шлема виднелся залитый тенью коридор, запертые двери комнат. Нигде не было даже намека на засаду или взлом. Чертовски филигранная работа!

Я остановился возле двери своей комнатушки, прислушался.

Тишина.

Черт!

Вздохнув тихонько, я решился. Одним движением провернул ручку, толкнул дверь и направил в проем заряженный арбалет…

– Я вас ждал, Серый Лис. Не думал, что от Арены вам так долго добираться. Или задержались на пьянке с новыми друзьями?

Позвоночник облизал ледяной ветерок.

Прислонившись к стене, на моем личном ящике сидел велет. Высокий, широкоплечий. Мышцы видны даже из‑под брони: бугрящиеся, крутые, как облизанные водою камни. Толстые, словно бревна, руки перехвачены зачерненными железными полосами в рубцах и царапинах. Мощные ноги напоминали подножье столетнего дуба. Лицо скрыто простой и грубой маской из лоскутов чужих лиц. Настоящими были только глаза – колючие и темные. Глаза опасного зверя.

Наконец, первое онемение прошло. Я взял себя в руки.

– Кто ты, добрый молодец?

Велет усмехнулся. Выглядело это жутко: десятки изорванных в клочья лиц вдруг исказились, будто от боли.

– Сейчас уже мое имя ничего не значит. Так что давайте оставим эти ритуалы. У меня вопрос: сколько стоят ваши услуги?

Голос у него совсем не такой, как глаза. Мягкий, цветущий правильными интонациями. Что задевало вдвойне – спрашивал он с презрением. И я мгновенно ощетинился:

– Об услугах спрашивай гулящих девок, детище Франкенштейна. А я – работаю. Еще раз спрашиваю: кто такой?

Незнакомец отлепился от стены, поднялся и поправил одним движением шерстяной плащ. Я только сейчас сообразил, что велет в облике городских стражников. Только лицо «свое». Если, конечно, это его лицо.

– Уберите арбалет. Я не хочу с вами драться, наемник. Я всего лишь жажду справедливости.

– Назовись, – приказал я упрямо, но арбалет все же разрядил. – В темную не играю. Да и порядочным людям нечего скрывать.

– Я и не скрываю. Просто не желаю раньше времени афишировать свое возвращение. Не люблю, знаете ли, людей напрягать.

– Возвращение? Мы знакомы?

Велет хохотнул страшно. Каждое из его лиц исказило страданием. Только глаза не смеялись.

– К сожалению, нет. Хотя я давно слышал о вас. Но все это – лирика, на которую жаль тратить и мое, и ваше время. Предлагаю перейти к сути.

Я промолчал.

– Тысячу золотых единорогов, – сказал велет. – И вы в Турнире выступаете на моей стороне.

Заметив ухмылку на моем лице, велет поморщился:

– Это не станет преступлением, Серый Лис. Ваши наниматели – преступники и подлецы.

– Открой профиль и расскажи все толком, – отрезал я. – Мне нужна правда.

– Серый Лис…

– Имя!

В глазах его мелькнуло темное, страшное. Сомнений не оставалось – такой пойдет до конца и станет действовать любыми методами.

– Ты же наемник, – прошипел велет. – Ты должен знать цену деньгам, любить их звон. А ведешь себя, будто верный пес!

Я подумал над тем, как правильнее бы ответить насчет цен и псов, но русская душа возобладала. Потому ответ был в Дашином стиле, сплошь из смачных многоточий.

– Зря… – велет сощурился нехорошо. Маска из обрывков лиц пошла волнами: лица кривились и скалились, кричали и искажались гневом. – А ведь ты даже не понимаешь, во что ввязался. Думаешь, все из‑за двух чахлых кораблей? Из‑за турнирных призов? К черту их! К черту призы и золото админов! К черту всю эту белиберду. Серый Лис, я предупреждаю в последний раз, – переходи на мою сторону. Те, кому ты сейчас служишь – обречены на поражение. Против меня они ничего не смогут сделать!

Мне ничего не оставалось, как пожать плечами:

– На какую «твою сторону»? Я тебя в первый раз вижу, а ты уже требуешь…

Велет порывисто шагнул ко мне, я отошел в сторону, принимая боевую позицию, но Франкенштейн развернулся и зашагал по коридору. Я услышал брошенное:

– Пойдем, покажу. Знаю, ты оценишь.

Подумав, я все‑таки двинулся следом. Мы, наемники, народ любопытный. Почему не посмотреть, когда интересное показывают?

Шел, а сам думал:

«Кто же это у нас в Утгарде такой богатей? Турнирные плюшки не интересуют, а простому наемнику тысячу золотых монет предлагает. Не очень‑то верится, что это просто я один такой особенный. Уровень пока не тот, армии нет, поддержки политической. Значит, где‑то тут есть заковырка…»

Мы вышли к лестнице. Мысли прервались, когда слух не различил потребную моменту свалку голосов.

В мрачной тишине скрипели в такт шагам ступени.

– Смотрите, Серый Лис, – уронил велет, обводя рукой. – Разве вас это не впечатляет?

Честно говоря, впечатляло. Потому я промолчал.

Таверна «Охотничья луна» была заполнена народом до отвала. Но никто не дрался, не пил, не орал. Нигде не было видно ни хозяйки, ни служанок. Словно одни декорации сменили в антракте другими.

Теперь за пустыми столами сидели в мрачном ожидании воины в одинаковых черных одеждах с меховыми плащами. Человек сорок, если не больше. Армия черных воронов…

«Это что нужно сделать, чтобы взломать защиту таверны среди белого дня? – лихорадочно думал я. – Где Хранитель? Куда смотрит стража? Черт! Что здесь творится?»

Хотя, если вспомнить возможности этого волкодава, ничего удивительного нет. Уникальный яд для меня, уникальное заклинание, спеленавшее топов клана «Волки Утгарда». Теперь вот – демонстрация мини‑армии. Ведь они могли не взламывать, не захватывать, а тупо забить своими бойцами зал…

– Ну что, Серый Лис? – спросил велет торжествующе. – Убедились в моей власти? Никто и ничто перед нами не устоит. Волкоголовый бог и его прихвостни «Волки Утгарда» – обречены!

В этом я не был уверен. Зато все больше крепла вера в то, что Йотунбург ждет драка, в сравнении с которой Турнир – ерунда.

– Ну, что вы теперь скажете? – нетерпеливо спросил велет.

Я прокашлялся:

– Эм… А можно я подумаю пару часов?

Велет покачал головой:

– А у вас уже нет выбора. Слишком много, как говорится, увидели. И ответ мне нужен сейчас. Да или нет?

За спиной скрипнуло. Я оглянул на звук.

Из комнат постояльцев выходили бойцы Волкодава, отрезая мне все пути к отступлению.

«Ну вот, – подумал я тоскливо, – опять драться…»

* * *

Обстановка быстро накалялась. От волкодава пер запах агрессии и нетерпения. Пришлось мне развести руками:

– Увы, господин хороший, дать ответ вот так сразу – не могу.

– Разве я не сообщил достаточно? – теряя терпение, прорычал Волкодав. – Одноглазый Ворон и его шестерки, клан «Орден инквизиции» и «Иггдрасиль» – все они подлецы и обманщики! Все они заслуживают смерти!

– Мне нужны доказательства, – я гнул свое. – Верить не слово – не в моих привычках.

– Играете с огнем! – хлестнул окрик Волкодава. – Я ведь могу сделать вам так больно, как никогда еще не было!

О чем это он?

Уж не о моде Смерти? Но причем тут я?

– Потерплю, – я улыбнулся самой простецкой улыбкой, на которую был способен.

– Не вытерпишь! – процедил волкодав. – В моей власти не только заставить тебя страдать ежеминутно, но и стереть с лица земли твои земли! Думаешь, я не знаю про Поместье теней? Одно слово – и к нему двинется вся моя армия. А это, уж поверь, далеко не два человека!

Хм… не нравится мне этот разговор все больше…

– Так что ты решил?!

Я ответил спокойно, внутренне подобравшись:

– Мне мама всегда говорила, что постоянство в своих решениях – хорошая черта для мужчины. Выкладывай информацию, вот тогда и поговорим.

Мне показалось, что в зловещем омуте глаз волкодава засверкали мечи. Голос наполнился сталью:

– Значит, такова воля судьбы. Сегодня и для тебя начнется апокалипсис, Серый Лис… – и бросил, уже обращаясь к бойцам: – Убейте его.

Я прыгнул.

Пытаться убить волкодава не стал. И дураку понятно, что он готов к этому, да и уровень, наверняка, позволяет пару минут пободаться. А за это время бойцы меня порубят в капусту.

Нет, лучше, как учат древние стратеги, силу врага обратить в слабость.

Перехватить меня они попытались сразу все. Естественно, возникла давка. Бойцы только мешали друг другу.

Я спрыгнул с лестницы, брякнулся на дощатый пол. Взлетел в новом прыжке уже лисом. Быстро‑быстро заработал лапами, виляя между ногами. Увернулся от меча, скользнул под скамьей, бросился под стол.

«Только бы до двери добраться. А на улице они точно меня хрен достанут!»

За спиной и сзади грохотало. Я сообразил, что стали переворачивать столы, рубят скамьи. Понятливые ребята. Опасные враги.

Ой!

Перед самым моим носом сверкнуло. Я едва успел затормозить. Секира проломила пол, я прыгнул в сторону, отчаянно скользя. Какой‑то гад успел пнуть сапогом, в отместку я тяпнул другого за ляжку. Сверху заревело, зазвенели мечи.

Следующий мой маневр едва не стал последним. Я вылетел из‑под стола, врезался в ноги бойцам волкодава. Успел удивиться, что нигде нет свободного пространства, комар носа не подточит! Потом, увернувшись от удара, уже на одних инстинктах прыгнул в сторону и обратно под стол.

– Убейте его! Что стоите, дуболомы! Прикончите ублюдка!

Оборотническая магия в очередной раз сломала скелет, превращая в человека. Я рванул из кошеля на поясе дымовые шашки. Швырнул горстью, как крестьянин‑сеятель, в стороны. Засверкало, повалил густой дым, кисло запахло порохом. Не останавливаясь, выбрал наугад «стражника».

Безликий меняет Вашу внешность!

Упершись руками и ногами в пол, вскочил, опрокидывая стол. Заорал дурным голосом, срывая связки:

– Вашу мать! Туда, туда побежал! Лови гада!

Да уж, стадное мышление – серьезная вещь.

Черное воинство волкодава одновременно повернуло головы, бросилось, давя друг друга, в указанном направлении. Я тут же сорвал с пояса арбалет, зарядил алхимическим болтом. При этом не переставал орать:

– Да вон же, кретины, хвост его мелькает!

Конечно, так долго продолжаться не могло. Но пару секунд я все‑таки выгадал. Пульнул в сторону лестницы, перезарядил.

В замкнутом помещении громыхнуло знатно. Ревущее пламя облизало потолок, сухой жар ударил в лицо, полетели ошметки дерева. Тут же заголосили загоревшиеся бойцы, внося и свою лепту в общую панику и бестолковость.

– Да вот же он! – чуть ли не завизжал волкодав, безошибочно указывая на меня. – Он облики меняет, дурни! Мочи его!

Второй болт я отправил в направлении дверей. Там взорвалось. Красиво разлетелись обрывки тел с дымком и искрами. Алхимическое пламя перекинулось на стены и двери.

Все! Теперь медлить нельзя!

Я отшвырнул арбалет. Все равно оружие премиумное и появится после перезагрузки в моем Инвентаре, а складывать и вешать на пояс уже не успеваю. Бросился под ноги озверевших воинов. Те, ожидая вновь увидеть лиса, присели. Я тут же сменил направление, как по ступеням взбежал по полусогнутым телам, прыгнул, не прекращая метать дымовые шашки.

В живот ударилось что‑то твердое, я свалился, кажется, попутно свернув кому‑то шею. По мне тут же бесцеремонно забили сапогами. К счастью, в дыму ничего не разобрать. Это, скорее, бежали, а не лупили целенаправленно.

Уже не поднимаясь, я пополз на четвереньках в направлении двери. Мечи не вынимал. С ними только завязнешь в бою, а значит – быстро помрешь.

Черный дым подсветило пламя, я различил очертания двери. Теперь нужен последний рывок, чтобы…

– Вот он!

И тут же мне в спину ударило что‑то тяжелое, кости хрустнули. Перед глазами помутилось от боли, я застонал.

«Вперед! Не останавливайся!»

Я попытался крутануться, уходя из‑под атаки. Но удары посыпались с ужасающей частотой. Даже боль теперь ощущал не в полной мере – столько их было.

Мое Здоровье чудовищно быстро устремилось к нулю. Одно критическое повреждение сменялось другим. Безумным по силе ударом мне отсекли правую руку, потоком хлынула кровь. Кто‑то вцепился в мои ноги, рванул, оттаскивая. И объятая пламенем дверь исчезла в дыму.

Сжимая зубы от боли, я перевернулся на спину. Пальцами левой руки зашарил по поясу. Где‑то там «золотой» эликсир…

Мелькнуло копье, я услышал чавкающий хруст. Руку и живот пронзила молниеносная боль. Теперь я не мог пошевелиться. Новый крит и кровотечение сообщили мне, что надежды выбраться уже точно нет. Не поможет даже экстремальное обращение в оборотня. Теперь еще и магия сдерживала меня…

Перед глазами багровое марево пульсировало, по телу растекалась боль.

Ко мне приблизился волкодав. В руке шипастый кистень, десятки лиц на его маске выражали одинаковый сатанинский триумф.

Волкодав уронил презрительно:

– Ты глуп, Серый Лис. Теперь ты лишишься всего!

Звякнула цепочка, кистень описал дугу и с хрустом проломил мой череп…

Глава 7. Вирусная угроза обнаружена!

Холодный ветерок ожег лицо. Я выдохнул облачко пара.

Сердце еще безудержно колотилось, кровь кипела. Но вокруг уже был непроглядный мрак Лимба. Его черная вода, курящийся дымок и подернутые инеем островки без единой травинки навевали мрачное умиротворение.

Я вытянул руки перед собой, убедился, что все на месте. Закрыл глаза и перевел дух, гася адреналиновую дрожь.

Иногда здешняя реалистичность заставляет безоговорочно верить в происходящее. Так, что и по ночам приключения снятся…

Я открыл глаза. Отстегнул личину, стащил шлем и взъерошил волосы.

Вот так встретился с волкодавом. Ничего не скажешь. Самый мой быстрый бой.

Я сплюнул, задумался.

Кто же он, черт возьми? Мы с ним незнакомы, это точно. У меня хорошая память на голоса и манеру поведения. А если не встречались, что тогда может объединять все его цели?

Несколько минут я вспоминал все слухи и горячие темы на форуме. Но, вроде бы, ничего такого не происходило. Слухи все больше были тухлыми, а темы на форуме открывались исключительно для гайдов, престолопедий и обсуждений патчей.

Хорошо, тогда следующий вопрос: как могла Гильдия теней угодить в такой переплет?

Вспомнились слова волкодава:

«Я ведь могу сделать так больно, как никогда еще не было…»

Странная фраза. Угрожает разборкой в рилайфе или…

Часы в профиле сообщали, что свободного времени у меня еще дофига, а вот из Лимба выбраться смогу только через час, с оглядкой на то количество критов, что я умудрился схлопотать в таверне. Куча переломов, отсечение руки, кровотечений и прочих гематом по мелочи.

И пусть.

– Выход в рилайф!

* * *

Сдернув нейрообруч, я вылез из кресла. Прошлепал на кухню, поставил чайник.

Из головы не шли слова о боли. Такое ощущение, будто волкодав на сто процентов уверен, что я в одной лодке с Ульвом и компанией. С чего бы это?

На часах была половина пятого вечера.

«В принципе, – подумал я, заваривая чай, – можно и в Ренар смотаться. Наверняка там что‑нибудь достроилось».

Подумал, и тут же забыл. Мысли то и дело возвращались к словам о боли. Почему волкодав уверен, что мой КВП под воздействием мода Смерти? Это же очевидно, только так можно объяснить его слова.

С чашкой горячего чаю в руке я вернулся в спальню. Жестом свернул клиент «Престолов» и вызвал окошко почтового клиента. Подумав, запустил еще и усиленный режим антивируса, предупредив, чтобы без моего ведома – ни байта не загружал.

Из входящих сообщений была лишь привычная новостная рассылка: зазывалка на распродажу на игровой бирже, форумные рассылки да письмо от сокурсника. Тот жаловался, что с дипломом у него проблемы и…

Не дочитывая, закрыл. Сразу полез в папку «спам». Но и там ничего подозрительного не оказалось.

Откуда же я мог заразиться?

Настала очередь архива Ульва. Но, вчитавшись, я лишь презрительно фыркнул. Это даже не крохи информации, а черти что! Сплошные догадки и предположения.

Ни один из зараженных клановцев не мог точно назвать причину и источник вируса. Да, многие «Волки Утгарда» скачивали моды с одного сайта, но хватало и тех, кто там никогда не был. А у «Ордена инквизиции», как и подобает крутейшему клану, вообще был собственный мододел, создающий уникальный и сверхинформативный софт для элиты.

Короче, ничего общего у жертв не было, это точно.

А значит…

Тупик. Любые мои предположения и версии легко рассыпались под давлением малейшего довода. У меня даже мотива пока не было. Что ж за наказание?

Устав плутать в догадках, я поневоле вспомнил Лилию.

Действительно ли она заходила в «Охотничью луну»?

«Дерись против всех».

Типа, не верь никому? Это и дураку понятно. Но, если Лилька все же выходит на контакт, почему не берет трубку и не отвечает в почте?

Бессвязный бред какой‑то! Заговорщики хреновы!

На миг закралось очень соблазнительное желание взять, и все забыть. Обнулить персонажа, его историю, сменить ник и внешность. И начать играть заново, уже не ввязываясь в деловые интриги. Никогда бы раньше не подумал, что закулисье киберспорта такое мерзкое. Не хуже самой коррумпированной политики…

Шелестя страницами, я просматривал в блокноте контакты, логины и пароли. Форумы, кошельки, скайпы и прочее. И ни одна надпись мне пока не подсказывала ничего путного.

Стоп!

У меня даже сердце забилось чаще от внезапной догадки.

Первая почта Серого Лиса! Регистрировал как раз под покупку акка у Артема. Это потом, после завершения бета‑теста и выхода «Престолов» на общий сервак я почту поменял. А это значит…

«Точно! Как я раньше не понял!»

Взволнованно я вбил в положенные строчки логин и пароль.

Ведь я почему оформил новый почтовый ящик? Потому, что после интриг трио Суггестор‑Серый Лис‑Месмерит на почту, указанную в профиле, стали слать письма все подряд. По четыреста конвертиков за сутки! Естественно, такое мне нафиг не нужно было…

Воспоминания оборвал резкий гудок антивируса:

«Внимание! Обнаружена вирусная угроза!»

* * *

Голографический экран трижды мигнул красным. Несколько раз пиликнуло, выбрасывая флажки заблокированных процессов. Умный антивирус даже указал название зараженного файла.

– Вот так… – пробормотал я.

Указанный файл прислала мне на почту Лилит.

Осторожно, как сапер, я дал команду поместить файл в карантин. Отсек от него все порты, запретил принимать любые команды, выставил гриф «вирусная угроза». Надеюсь, теперь вирус даже под маской администраторских прав не сможет самораспаковаться.

Что ж, теперь можно обратить внимание и на детали.

Я открыл письмо Лили. Непривычно короткое, в пару строк, оно сообщало, будто Болотная ведьма модифицировала крутую программу своими силами и теперь предлагала «установить клевый мод». Только, сокрушалась «Лилит», названия ему еще не придумала.

– Дайте‑ка я попробую придумать, – пробормотал я. – мод Смерти – подойдет?

На секунду я задумался. Купился я бы на такое? Стал бы устанавливать?

Наверное, – да.

Я прочел адрес отправителя, педантично сверил с контакт‑листом. Все верно. Отправлено с «престольной» почты‑акка Лилит. Сутки назад. Примерно в то же время, когда и всем остальным.

Чувствуя, как меня начинает бить озноб, я вскочил.

Хотелось кричать, действовать быстро и решительно, но пришлось взять себя в руки. Я улегся на скамью, попытался очистить голову и покачал пресс. На пятом десятке все же не выдержал и вернулся за КВП.

Итак, начнем интеллектуальную викторину.

Первый вопрос.

Почему прислали письмо на старую почту, которой не пользуюсь уже три века? Ведь Лиля знала мое новое мыло!

Ответ очевиден: это не Лиля! Не Лиля, е‑мое!

Контроль над ее контактами в «Престолах» получил кто‑то другой, но вот к рабочей почте не подобрались!

Честно говоря, от этой мысли я ощутил облегчение. Ну не хотелось мне верить, что всему виной была Лилька! Не в ее характере затевать предательство.

Тогда, господа, вопрос под нумером цвай.

Лиля входит в число зараженных модом?

Подумав, я решил, что, скорее всего, – да. Это объясняет тот факт, что она не выходит на связь в личке (письма на самом деле идут не Болотной ведьме) и в рилайфе (выйти‑то из «Престолов» не может!).

Я опять разволновался. На этот раз триггером послужила мысль, что Лиля сидит себе сейчас в полном одиночестве, в огромной своей хай‑тековской квартире и никак не может отправить сигнал «SOS». Никто ее не слышит, а она не в силах покинуть виртуальную темницу.

Первым порывом стало: бежать! Немедленно вызывать МЧС, ломать дверь к чертовой матери и вызволять девчонку.

Потом одумался.

Лилька – взрослая девочка. Сама может понять, когда стоит остановиться. И тот факт, что она преспокойно тусуется в «Престолах», не верещит на каждом углу о своем заточении и даже легко наведывается в гости, передавая устные послания – говорит сам за себя. Лиля (пока) в такой моей помощи не нуждается.

Я задумался, гипнотизируя чашку с остывшим чаем на столе.

«Дерись против всех».

Она думает, что и я в клетке мода Смерти. Дерись против всех, борись только за себя. Кому‑то должно повезти. Вот, наверное, что она хотела сказать. А сама, как и Бродяга, приняла сторону одного из зараженных клана.

Странная триада: «Волки Утгарда», «Орден инквизиции», «Иггдрасиль». И Гильдия теней на острие борьбы…

– Та‑а‑ак… – протянул я, почесывая затылок. – С этим, вроде бы, ясно.

Теперь вернемся к первоисточнику.

Создатель мода Смерти – кто он?

После некоторых раздумий я пришел к выводу, что его личность можно отследить только, если обнаружить (как там говорят в фильмах про зомби‑апокалипсис?) нулевого пациента.

Нужен тот, кто заразился первым! От него, по цепочке контактного листа, потом стали лететь вирусы остальным. Предлог один: «клевый мод, установи, не пожалеешь»!

– Но как найти нулевого пациента? – подумал я вслух. – Мне нужен доступ к аккам всех зараженных – раз; восстановить хронологию рассылки – два. Только так можно вычислить первого отправителя.

Только так можно выяснить и кое‑что другое. К примеру, по глупости первый заразился, или ему прислал месседж настоящий адресат. Тот самый мододел и волкодав. Иными словами: предатель один из своих, или…

Мне кажется, кое‑какие мысли стали наклевываться, но тут ожил КВП.

Окошко почтового клиента свернулось, появилась заставка «Престолов». КВП произнес, дублируя сообщение на браслет:

– Внимание! Важное уведомление.

Я сказал резко:

– Блин!

– Команда не распоз…

– Прочесть уведомление!

– Вывожу на экран.

Голографический экран секунду мерцал, ожидая соединения с Сетью, потом под моим взглядом развернулась шильда:

«Внимание!

Близится Ваш первый бой за целостность феодального угодья.

Трое странников, попросившие приюта в урочище Ренар, оказались разведчиками. Они сообщают, что к угодью движется враждебная армия!

(Чтобы и дальше использовать разведчиков, активируйте „золотую“ услугу „Ночной дозор“)».

Только перечитав сообщение, я осознал весь его смысл.

Ренар идут завоевывать! Елки‑палки…

– Погружение в «Престолы»! – рявкнул я, забыв обо всем на свете. – Персонаж: Серый Лис! Точка доступа: Поместье теней, урочище Ренар.

Схватив нейрообруч, я развалился в кресле.

На краю стола осталась сиротливо стоять чашка с холодным чаем…

Глава 8. Нашествие

Родная деревня встретила валом сообщений.

В первом «обрадовали» о явлении трех НПСов, что выразили желание жить теперь в привлекательном Ренаре. Они же и сообщили об угрозе.

Понятно. Эти разведчики – обязательное и стандартное явление в «Престолах». Подобное предупреждение о войске врага можно использовать всегда, но придется донатить. А в первый раз услуга оповещения дается бесплатно. Что ж, вовремя, что ни говори!

До подхода вражеской армии: 02 часа 36 минут.

Не густо, почти нет времени на подготовку.

Я щелкнул по иконке расширенного сообщения:

Разведчикам удалось обнаружить четыреста (400) крестоносцев, около тридцати (30) снайперов, двух (2) осадных орудий и пятерых (5) магов. С ними двигался и обоз обеспечения.

Проклятый волкодав! Умеет держать обещания. Против одного Ренара этого вполне достаточно. Крестоносцы – опытные воины. По НПСному рангу – шестерки с первой спекой. Снайперы – стрелки от десятого до двадцатого уровня. Маги – тоже от десятого.

Короче, сил вполне хватит, чтобы сжечь Ренар, разграбить Сатор и осадить Монастырь смерти. Последний, правда, взять НПСами не удастся, но от того не легче.

Едва я закрыл сообщение, выскочила новая шильда:

У Вас начато строительство некоторых зданий: Каменоломня; Насыпной холм.

В условиях напряженной военной обстановки, Вы можете отложить завершение постройки. В случае отказа, скорость постройки увеличится в 1,5 раза. При этом прочность готового сооружения будет составлять 75 %.

Секунду я пытался понять, что изменилось в меню строительства. Даже перечитал сообщение. И только тогда понял, что в моем ведомстве оказалось строительство Поместья теней. Раньше я отвечал только за развитие Ренара и отсылал Лиле налоги, а теперь вот – Насыпной холм еще, оказывается, строю. С чего бы?

Оказалось странное: Бродяга и Лилит передали мне права на управление ресурсами и гарнизоном Поместья.

Секунду я размышлял, прикидывал, сомневался… Потом плюнул и весело произнес:

– Ну, волкодав, мы еще поборемся!

* * *

Тратить золото из казны Поместья теней оказалось весело. Я и не знал, что Болотная ведьма успела накопить в наемничьих подвалах почти двадцать пять тысяч золотых единорогов.

Первым делом я оценил стройки Поместья в общем.

В Монастыре смерти расширялись тренировочные площадки. Эти я ускорил в связи с военным временем. Мастера потом починят и добавят недостающие двадцать пять процентов энергии.

В Лилином Саторе я все стройки завершил за золото, истратив около двухсот единорогов. Так же поступил и в Ренаре, правда, там Каменоломня и так уже почти достроилась. Потратил всего двадцать пять золота. Больше всего ушло на завершение общего Насыпного холма – триста пятьдесят единиц денег.

Летать вокруг «призраком» надоело. Выбрал из народа Ренара единственного крестоносца (НПСа шестого уровня) и по совместительству военачальника с ником Тристан, приказал «вселиться».

Реальность Ренара тут же взорвалась новыми ощущениями. Я с удовольствием вдохнул морозный воздух, пронизанный запахами разогретого металла и горелой пакли, повел плечами, привыкая к неудобному телу НПСа.

Ночь на Клеверных холмах была чрезвычайно оживленной. Ни один житель не спал. И, чем больше я клацал в меню, тем суетливей становилось. Лишь однажды я сделал перерыв, когда увидел стерегущую мою отдельную, можно сказать, – феодальную избушку Дельту. Я заметил обращенный ко мне преданный взгляд, улыбнулся:

– Рад тебя видеть, Дельта.

Собака забила хвостом по мерзлой земле, но с места не сдвинулась. Я понял, что псица не узнала меня в чужом теле. Ну и ладно. Полюбовавшись петом (Дельта успела за время жизни в Ренаре набить почти пятнадцать уровней, заматерела и получила два уровня животной Спецификации: «Боец»), я вернулся к подготовке к войне.

Для начала я оценил количество ресурсов.

Для постройки огромнейшей Стены, окружающей по периметру Поместье, требовалось десять тысяч камня и пару тысяч рабочих инструментов. Не считая рабской силы. Из этого в нашем распоряжении было меньше половины. А ведь Стена даст очень серьезные бонусы к защите.

Короче, сомневался я недолго. Купил недостающее на Бирже (часть за серебро, часть за реал из казны Гильдии), выбрал вкладку «Построить немедленно». Скрипнул зубами от заломленной цены в три тысячи золота, но согласился.

Вы уверены?

Купить моментальную постройку можно лишь один раз в неделю.

Отмахнувшись, я подтвердил решение.

Боги неожиданно являют свою благосклонность, и Ваши строители работают, не покладая рук. Вокруг Поместья теней вырастает Стена!

Бонус от моментальной постройки: Бревенчатые ворота.

Надеюсь, Лиля меня не прикончит за такое расточительство…

Не удержавшись, я вылетел из тела Тристана, промчался вдоль Стены. И, должен сказать, лишь уверился в правильности своих действий. Если раньше Поместье теней выглядело скромно и безобидно – три хуторка да поля, теперь вокруг тянулась зубчатая стена из крупного серого камня. С внутренней ее стороны были помосты для защитников и караулов, лесенки и развешены факелы. Бревенчатые ворота выглядели крепкими, не всяким тараном возьмешь. В общем, по делу постройка.

Вернувшись в Ренар, увидел очередное системное сообщение:

Ваш шаман постиг мудрость Примитивной механики!

Открылась возможность создавать Простые арбалеты.

Стоимость улучшений снизилась.

О как…

Что за фишка такая?

Шаман желает и дальше изучать науки.

Оставить его служителем культа или сделать мудрецом?

У меня еще куча золота. Разве купить нового шамана – дорого? В конце концов, какой правитель не тратил казну на собственные нужды? А это, можно сказать, почти для общей пользы.

Я милостиво отпустил шамана изучать науки. Его ранг сменился на «мудрец», а в сфере желаемых интересов я выбрал «инженерное дело». Пусть потрудится во благо нашей военной машины. Зато в Поместье теперь будут изобретаться всякие плюшки.

Но все оказалось не так просто…

Для новоявленного мудреца понадобилось выстроить башню. Видите ли, так ему лучше думается. Пришлось вновь переться на Биржу. В этот раз, правда, я купил не только ресурсы, но и два десятка рабов. Острая нужда заставит и не на такое истратиться. Теперь счетчик рабов показывал значение «212», включая троицу, которую захватил у Арены, защищая Дашу.

Новые рабы позволили провести всеобщую мобилизацию. Все крестьяне Поместья отправились на «золотое» обучение в Монастырь смерти. Через десять минут в моем распоряжении будет уже более‑менее сносная армия. Первоуровневая, но – кто ж без греха? К тому же, Бродяга успел натренировать достаточно неписей третьего‑четвертого левелов.

Затем я проверил Хранителей, привел их в состояние боевой готовности. Пока, это наша самая серьезная защита.

Наконец, можно вернуться и к личным делам.

Что там у нас открылось после Каменоломни?

Ага: Литейные мастерские, Шахта, Рыбацкий причал, Конюшни, Таверна, Скотный двор, Мастерская, Мельница.

Та‑ак…

Рыбацкий причал открывает доступ к Набережной. Все это, как и Скотный двор с Мельницей, добавляет производство еды. Очень полезно, но у меня, от селений Лили и Бродяги, есть запасы хлеба.

Литейные мастерские помогают создавать крестоносцев, но эта постройка есть у Лили. Можно поэксплуатировать и ее. В Мастерской со временем производятся всякие хитрые военные и не очень машинки, которые наизобретает мудрец. Нужная весчь.

Блин! Хочется построить все и сразу! Жаль, что в «Престолах» ограничения по «золотой» постройке. Стараются контролировать олигархов и донатчиков. И все же, нужно продвигаться вперед.

Поздравляем!

Вы начали постройку Таверны!

Дает одного (1) нового жителя с каждого десятка (10) странников, открывает доступ к Голубиной почте (появляются слухи и новости с окрестных земель), повышает уровень производства еды и открывает доступ к Постоялому двору.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +4 к привлекательности для новых жителей, +3 к росту населения.

До завершения строительства: 12 часов.

После «золотого» ускорения время уменьшилось до двух часов. Название Таверна получила «Лисья нора». Простенько и в тренде.

Че там дальше?

Поздравляем!

Вы начали постройку Конюшни!

Позволяет переобучать крестоносцев в кавалеристов, повышает уровень производства продукции у крестьян и открывает доступ к Питомнику.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +4 к привлекательности для новых жителей, +2 к росту населения.

До завершения строительства: 6 часов.

И вновь ускорение снизило время до сорока пяти минут.

Не успел перевести дух, как выскочила табличка:

Общая статистика: Поместье Теней, Клеверные холмы.

Ранг: Род;

Население: 79 мастеровых; 21 охотник; 2 жреца; 1 военачальник; 476 воинов;

Количество построек: 73;

Хранители: крылатый пес Симаргл [26] – Ренар;

Кровожадный идол [29] – Сатор;

Призрак павшего воина [27] – Монастырь смерти;

Доход (суточный): 31 дерева; 22 камня; 17 орудий труда; 300 серебряных монет.

Не густо. А ведь к нам прет хорошо обученная армия.

Со вздохом я полез на Биржу, закупил подходящих по уровню брони и оружия для рабов и воинов, наладил в Ренаре производство простых арбалетов (в Кузне: долго, муторно, но хоть так), а в Литейных мастерских Сатора – утяжеленных панцирей и шлемов. Все ускорил золотой инъекцией и только после этого вернулся в стратегическое меню Поместья теней.

Итак, холм мы насыпали, Стену возвели. Теперь самое время приступить к постройке Цитадели.

Тут я завис минут на двадцать.

Ресурсная казна Поместья пуста, рабы готовятся отдать жизни за нашу землю, а согласованного названия будущего замка нет. Что делать?

– Сами мне администраторские права отдали! – пробурчал я. – Теперь и расхлебывайте. Идем на Биржу!

Таких масштабных покупок я еще не делал никогда. Продавцы наперебой предлагали свои ресурсы, снижали цены, обещали выгодные контракты, лишь бы урвать такой лакомый кусок целиком. Я их прекрасно понимал. За такое количества камня, дерева, редких ресурсов, строительных материалов и орудий труда я отвалил половину золота Гильдии. Жаба едва не удавила насмерть!

Если бы не грядущая война (а я почему‑то был уверен, что одним войском волкодав не ограничится), я бы ни в жизнь на такую авантюру не решился!

Поздравляем!

Вы начали постройку Цитадели!

Повышает защиту земель в десять раз, моральный дух в полтора раза. Снижает затраты еды, при разграблении врагу достается на 25 % ресурсов меньше, дает землям ранг «Клан», и открывает доступ к Меню постройки замка.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +20 к привлекательности для новых жителей, +24 к росту населения.

До завершения строительства: 76 часов.

И даже золото ускорило стройку едва‑едва. До сорока восьми часов.

Теперь название «Поместье теней» исчезнет, зато возникнет имя будущего замка: Авалон.

* * *

Я тихонько выдохнул.

Часы тикали, рабочие суетились, воины тренировались.

Кажется, пока справился.

Словно назло выпрыгнуло сообщение, что на полях работать некому, все крестьяне подались в ополчение, еды мало, налоги не собираются, а значит – каждый день золото из казны станет только испаряться.

«Надеюсь, – глядя на количество оставшихся денег, подумал я, – Лиля меня не повесит на главной площади…»

Глава 9. Отчего такой красный песок на Арене?

– Ты где пропадал? – чуть громче, чем следовало, спросил Ульв. – У вас бой через десять минут!

Рагнар открыл и тут же закрыл, явно собираясь спросить то же самое.

– Дела, братья по оружию, дела! – бодро ответствовал я, проходя к личному ящику.

– Удалось что‑нибудь разузнать? – быстро спросил Ульв.

У меня закралось сомнение, что все его волнение происходило из уверенности, что я, после того, как он открыл личность «предателя», не вернусь к договору. Ну и хрен с ним. Его проблемы, что не верит в людей.

– Очень многое узнал, хёвдинг, очень, – таинственным шепотом пробормотал я, облачаясь в турнирную броню.

– Не томи!

– Все потом. Сейчас, сам говорил, некогда.

– Всем выйти!

Бойцы переглянулись, но ослушаться верховного главнокомандующего не посмели. Потянулись гуськом к выходу. В оружейной палатке остались мы с Ульвом наедине.

– Лис, – угрожающе промолвил Ульв, – не темните! Мне не до шуток.

Застегивая ремешки на панцире, я развернулся, глянул ему прямо в глаза. Сказал честно:

– А уж как мне не до шуток.

– Что вам удалось узнать.

Справившись с застежками панциря, принялся за пояс с ножнами.

– Многое, но далеко не все. Во‑первых, мило побеседовал с волкодавом…

– С кем?!

– Так себя называет тот товарищ, что решил накакать в вашей песочнице.

– Волкодав, значит, – прорычал Ульв, сжимая кулаки. Скрипнула натужно кожа, хрустнули костяшки. В глазах хёвдинга плескалось бешенство. – И кто он?

– Пока не знаю, – ответил я, проверяя, легко ли покидает ножны меч. – Однако убежден, что вы с ним знакомы. По крайней мере, так он сам утверждает.

– Я?

Нет, не померещилось. Вполне натуральное удивление. Если это и ложь, – Станиславский бы аплодировал стоя.

– Вы, – припечатал я. – И глава «Волков» тоже. Равно как и главы остальных кланов. Так что, монархи недоделанные, ищите крысу промеж своих. Главный вопрос, – как там латиняне баяли, – кому выгодна эта заварушка?

Ульв поскреб посеченную сединой бороду. Я усмехнулся. Задумчивый велет – та еще картина. Словно заяц в цилиндре. И все же, даже сквозь призму виртуальности было видно, как в глазах хёвдинга работала мысль. Мужик явно неглупый.

– Ничего не припоминаете? – спросил я, когда пауза затянулась.

– Пока – ничего. О чем вы беседовали?

Я ответил с удовольствием:

– О том, какие вы тут все мудаки.

– Серый Лис! Вы явно перегибаете.

– Вы ж сами спросили. Я и ответил. Волкодав мне уверенно, хоть и туманно, намекнул, что вам верить нельзя, а вся ваша королевская братия – подлецы и обманщики. Еще мне денег предлагал за смену сюзерена.

Ульв метнул подозрительный взгляд:

– А вы?

Я ответил той же монетой:

– Раньше вы мне не казались дураком.

Хёвдинг отвел взгляд и выдохнул:

– Извините. Глупый вопрос.

– То‑то же. Но вернемся к нашим волкодавам…

В палатку сунулся Рагнар, напомнил деликатно:

– Две минуты до выхода на Арену.

– Черт! – притопнул Ульв.

Я залихватски сунул шлем подмышку, двинулся к выходу. На ходу обронил:

– В общем, я пошел вашу честь спасать, а вы пока пораскиньте головным мозгом. Вдруг да вспомните кого‑нибудь, подходящего под описание: вы этому парню явно что‑то должны – раз; технически подкован – два; в финансах не ограничен – три.

Я уже почти шагнул за порог, как вспомнил. Обернувшись, сказал:

– Да, и еще. Мне нужно, чтобы вы быстренько опросили всех своих. Интересует подробнейшее хронологическое описание вашего заражения.

– Но, – развел руками Ульв, – мы не знаем, откуда взялся этот мод!

Я ругнулся:

– Забыл сказать: ваша личная переписка – липа, чистой воды. Так что личке, от кого бы ни было письмо, не доверяйте. Аккаунт полностью во власти волкодава. А заражались вы друг от друга, посылая через игровую почту вирус. Так что – вспоминайте, кто, когда и где первым ощутил воздействие мода Смерти. Это важно.

Ульв натурально побледнел:

– Он читает нашу переписку?! Господи… это же катастрофа…

Я только головой покачал. Кажется, в ближайшее время придется расхлебывать и новые проблемы.

К счастью, раздумывать над этой неприятной догадкой мне не дали. Рагнар, подпрыгивая, словно гончая перед охотой, потащил меня на Арену.

* * *

– С кем мы сегодня бьемся? – спросил я.

Мы мчались по подземным коридорам. Где‑то над головой гудело и выло, толпа предвкушала уже настоящие профессиональные бои.

– «Самураи Белой башни», – отрывисто гавкнул йотун. – Значит так, ваш дивизион выступает первым. Турнир идет по восходящей: малыши, середнячки, топы.

– За малыша ответишь!

– Не обижайся, – ненатурально извинился велет. – Дело в другом: мы опять не успели обсудить командную тактику. Ладно, слушай на Арене Ядвигу – она поможет.

– Что по врагам?

– Двое «Убийц», один маг. Расклад стандартный, сюрпризов ждать не приходится. Так что прикрывайте себя, старайтесь отвлекать их мага, да защищайте своего. Ничего сложного. Главное – не зевайте.

Я кивнул. Ну да, все просто. Как два байта переслать…

– …И сегодня на эту Арену выходят представители сильнейших кланов Гипербореи! – услышал я голос герольда. – Встречайте, – коршуны дикой Азии, наследники великого Чингисхана, гроза караванов и неподражаемые всадники – клан «Самураи Белой башни»!

Рев толпы перекрыл затейливую и раздражающую помесь восточной мелодии с хип‑хопом.

– Да сколько вас ждать можно?! – взвизгнула Ядвига, когда мы вышли из‑за угла.

Горбатый маг Веласкес ограничился флегматичным плевком в сторону Арены.

Я ответил откровенным разглядыванием девчонки, останавливая взгляд на особо привлекательных частях тела с бурым пушком. Ядвига завелась с пол‑оборота:

– Я тебе сейчас горло перегрызу!

– Давай оставим нежности для вечерней попойки в честь победы, – улыбнулся я. – Сейчас, малышка, грызть не меня нужно.

Ядвига прорычала Рагнару:

– На кой черт нам вообще наемник понадобился?!

Я ответил за полевого командира:

– Шкурку вашу спасти, вот для чего. Ну, чего стоите, разинув рты? Опаздываем из‑за вас!

И, не дожидаясь ядовитого ответа, первым шагнул на Арену. Благо, решетчатые ворота уже со скрипом втягивались в потолок, а голос глашатая вновь взвился над ревом толпы:

– Великие боги решили, что противниками степняков сегодня станут хозяева здешнего театра смерти. Закаленные тысячами боев, суровые воины севера, дети Волкоголового бога… клан… «Во‑о‑о‑о‑о‑олки Утгар‑р‑р‑рда»!

Мне всегда казалось, что это произношение на американский манер, передранное с боксерских поединков, отдает дебилизмом, но сейчас было откровенно пофиг. Адреналин буквально вскипятил кровь, сердце забухало кузнечным молотом.

Толпа визжала, перекрикивая клановую музыкальную заставку, на этот раз – норвежский блэк‑металл. Я шагал первым, за мной пылили Веласкес и Ядвига. Оба, как успел заметить мельком, глядели соколами. Ни дать, ни взять – бравые космодесантники, привыкшие ломать любым преградам хребет, а только потом спрашивать.

Это хорошо, это вселяло уверенность.

Центр Арены пересекал низкий метровый заборчик, через равные промежутки трепались на ветру цветные флажки. По краю турнирного поля чередовались, вонзенные в песок, мечи и щиты. Видимо, для тех, чье оружие не выдержит накала, как мое в прошлом бою.

«Но пока туда добежишь за новым ножиком, – отметил я мысленно, – всю команду успеют перебить».

По краям Арены, у начала заборов, ждали слуги, придерживая под узду рыцарских коней и специальные турнирные копья.

– Сначала ломаем копья, – шепнул Веласкес, – а потом начинаем рубиться на мечах. Главное – остаться в седле. Это хорошее преимущество.

– Колдовать можешь сразу? – спросил я быстро.

– Да, но для этого нужен посох в руках. Потому сначала нужно и магам вдоль того забора проскакать.

Я задумался.

За конный бой с почти бутафорскими копьями начисляются в Турнире отдельные очки. Ими пренебрегать нельзя. Но горбатый велет, облаченный в доспех стрелка, – легкая добыча. Рисковать им понапрасну не стоит. И все же, терять шанс нанести хороший урон вражескому магу – тоже.

– В седле сидеть умеешь? – спросил я.

Веласкес оскорбился:

– Мы два месяца тренировались!

Ядвига уронила надменно:

– Мы, на своих уровнях, лучшие бойцы клана!

Пришлось миролюбиво поднимать руки:

– Только не лопните, ишь, напыжились. Сейчас все и выясниться.

– Гляди, – прошипела Ядвига с ненавистью, – сам не слейся в первую минуту.

Дальше препираться не было возможности. Мы подошли к коням, молодецки взлетели в седла. Скакуны нам достались одинаковые: низкорослые, толстоногие, с полными бешенства красными глазами. Впрочем, у соперников были такие же.

Под моей рукой конь двинулся на середину Арены. Туда же направили саврасок и «Самураи».

– Как драться будем?

– На наших уровнях, – надменно ответила Ядвига, – нужно брать Спецификациями. «Самураи» поголовно – «Убийцы». Так что опасайтесь критов даже в бою на копьях. Потом Веласкес быстро отходит, а мы наоборот – срываем дистанцию и топчем конями. Главное – не увлекаться. Помни, «Убийцы» это мастера точечных, игольчатых атак. Едва зазеваешься – влепят крит.

Я кивнул, вспоминая уроки фехтования в Монастыре смерти. Бродяга не раз и не два показывал различные тактики боя против «Убийц». Нужно сказать, из всех уроков я вынес только одно – какая ни была бы спека, решает все скилл. Попадется нуб – никакой «Убийца» не спасет.

– А если нам нужно будет сделать что‑то быстро: уйти или закружить – меняем облик, – продолжала менторствовать Ядвига. – Но лучше прикончить их без этого.

Я вспомнил «другой» облик Ядвиги – белоснежная волчица, и мысленно согласился. Оборотничество это лучший способ быстро сменить направление и прийти на помощь товарищу, но никак не задамажить врага.

– Понял, красавица, – весело отозвался я, хотя по телу прошла волна озноба. Все‑таки, моя вторая спека не располагала к поединкам. – Все сделаем, как скажешь.

Ядвига взглянула оценивающе, но промолчала.

На середине Арены, где забор, специально для боя командой, оканчивался свободным пространством, я придержал коня. Трое противников подъехали и ответили тем же.

Голос глашатая прозвенел над нами:

– Противники приветствуют друг друга, чтобы уже через минуту сойтись в кровавом поединке!

Вперед выехал шибздик в доспехе, бзизжй его панцирь покрывали ритуальные японские рисунки. Он взвизгнул:

– Кто из вас Серый Лис?

Я тронул повод, конь сделал пару шагов вперед.

Шибздик подбоченился:

– Я Дин Чонг, глава клана «Самураи Белой башни»! И я считаю, что клан «Волки Утгарда» покрыл себя позором, призвав в свои ряды грязного и продажного наемника. Мы исправим ошибку ваших недальновидных стратегов и уничтожим вас! Я – Дин Чонг, я лично убью тебя, Серый Лис!

– Слышь, пинг‑понг, – усмехнулся я, – не надорвись. Уничтожалка не выросла, зайцы рисовые.

«Самурай» набычился, в прорези шлема раскосые глаза превратились в щелочки.

– Ты ответишь за свои слова!

Я крикнул, разворачивая коня:

– Еду, еду, не свищу…

Ядвига ухмыльнулась и закончила:

– Как поймаю – не спущу!

– Умничка, – похвалил я, чувствуя, как визгливые ругательства Дин Чонга разжигают в груди пожар.

«Скоро, скоро напоим жажду крови…»

* * *

Конь подо мной едва ли не рычал, я гнал его к стартовой точке. Скакун тряс гривой, фыркал, широко раздувая ноздри. В красных глазах разгорался боевой огонь. Я ощущал, как под седлом играют могучие мышцы, перекатываются, будто оглаженные водою камни. И задор пета передавался и мне.

– Они могут сменить цели, когда поскачут с копьями! – крикнул я, разворачивая коня у края забора. – Так что смотрите в оба!

Шугаясь озлобленного коня, что уже рыл копытами песок, подскочил слуга, подал копье. Я перехватил одной рукой, взвесил – тяжелое. И не скажешь, что «игровое».

На другом конце Арены выстроились «Самураи», перехватили копья. Тут же возник новый голос, я узнал Одноглазого Ворона, главу «Волков»:

– С благосклонной помощью Странника явились на Турнир те, кто желает восславить Воина. Пусть будет так. Добрая драка лучше плохого мира!

Взревела толпа, затопали на трибунах, кто‑то прокричал нечто подбадривающее, другие сыпали проклятиями и матами. Лишь трубы герольдов все перекрыли.

Я проорал, опуская копье:

– Ломаем копья, а следом – хребты! В бой!

* * *

Конь подо мной рванулся навстречу врагу со злой радостью. Загудело, в прорези шлема засвистел ветер. Я с трудом удерживал тяжеленное копье, пытаясь, словно дуло танкового орудия, навести на грудь врага. Это оказалось тяжелей, чем я представлял. Кончик деревяхи качался, обзора почти не было, да еще и мышцы стали наливаться свинцовой усталостью.

Навстречу, в облаке пыли и с копьями наперевес, мчались «Самураи». Из‑под копыт лошадей взлетал красноватый песок, всадники улюлюкали, словно дикари.

– Лис! – тонко крикнула Ядвига. – Слишком вырываешься вперед! Тебя встретят одного!

Но конь уже не воспринимал команд. Животное словно взбесилось. С порванного удилами рта срывались комья кровавой пены, конь тупо мчал вперед, словно он собирался лбом протаранить соперника.

– Догоняйте! – проорал я. – Чем выше скорость, тем сильнее удар!

Свист ветра перекрыл тяжелый гул копыт. «Самураи» быстро приближались, уже видны полные ненависти глаза Дина Чонга.

– Я растопчу тебя, ублюдок! – завизжал он.

Турнирный забор окончился, мой конь резко рванул левее, переходя на сторону врага. Мелькнули три покрытых белой краской копья, одно нацелилось мне в голову. Не успел я толком сориентироваться, как оно уже ударило в шлем, я пригнулся…

Грохнуло, по голове больно ударило, едва не сломало шею. Зазвенело железо, как при столкновении двух грузовиков…

И тут же меня вынесло на пустое пространство. Я сообразил дико, что все еще сижу на конской спине, только забор теперь по правую руку. На языке солоно, в голове тупой звон. Перед глазами немного плывет.

– Твою мать!

Я обернулся на голос.

Ядвига и Веласкес тоже остались в седлах. У обоих копья сломаны.

Я быстро глянул на противников…

– Черт!

Все трое «Самураев» остались верховыми и сейчас их кони вставали на дыбы по нашу сторону забора.

– Я убью тебя, тварь! – визжал Дин Чонг. – А потом убью и Лилит! Сначала возьму ее, а потом убью! Слышишь, сын собаки?!

Он развернул коня, свистнул, и резко бросил его к краю Арены.

Пахнуло лошадиным потом и железом. Мимо проскакала Ядвига, крикнула люто:

– Ты даже не попал в него! Лис, чем ты думаешь?!

Я одурело помотал головой, стыдливо промолчал.

Слишком все стремительно произошло. Черт!

– Он едва не проломил тебе башку! – выкрикнула Ядвига. – Да что с тобой, наемник?!

– Нормально все! – огрызнулся я. – Тактический маневр, слышала?

Девчонка выругалась и отшвырнула обломок копья. Мысленно я был вынужден признать, что сглупил. Ударом мне сняло семь процентов Здоровья. Очень плохо. Хорошо, что хоть крита нет.

Толпа на трибунах бесновалась. Никто не сидел. Только заклинания йотунбургских магов не позволяли объедкам и прочей грязи лететь на Арену.

– В этот раз они будут бить наверняка, – предупредил Веласкес. – Уверен, что еще и сломают строй. Это их коронный прием – менять цель.

Я кивнул.

У края Арены Ядвига едва не стоптала слугу, выхватила у него копье. Жеребец под ней плясал, дико поводя глазами, ронял кровавую пену. Моего трясло крупной дрожью, он клацал зубами, словно дракон какой‑то.

– Соберись! – уже спокойней прикрикнула Ядвига. – Не зря же о тебе слухи ходят, что самый крутой наемник. Давай, Серый Лис! Замочим сволочей!

Я вновь только молча кивнул, тронул повод. Конь обогнул заборчик, стал наращивать скорость, опять загудело, засвистел ветер.

Пальцы покрепче сжали древко копья, я чуть пригнулся к конской шее. Навстречу мчалась троица «Самураев».

Пару секунд в ушах грохотало, потом мелькнул и пропал турнирный забор, конь стал заворачивать вправо. Мое сердце екнуло и застыло…

Я слишком поздно понял, что противники ломать строй, хитрить и менять цели не собираются. Вместо этого, все трое направили турнирные копья в меня!

– Лис! – взвился предупреждающий крик Ядвиги.

Но было поздно.

Одно копье подло нырнуло, уходя куда‑то вниз. Два других ударили точно в меня. В последний миг я успел выбросить руку, мое копье ударило в твердое. Захрустело, по локтю прошла волна боли. Тут же полыхнули огоньки в левом плече и боку. В лицо полетела щепа.

Мой конь вдруг исчез. Я ощутил, как вылетаю из седла, будто пущенный из рогатки камень. Чудовищная сила понесла меня куда‑то вперед. Мелькнули раскосые глаза, ярко блеснуло железо. А потом дикий скрежет заполнил все, сверкнули искры.

Крики, боль, землетрясение, кровавые вспышки!

Меня ударило, будто тараном. Воздух выбило из легких, отбило лицо, глаза залило кровью.

Несколько секунд я плавал в багровом пламени, не в силах ни вдохнуть, ни пошевелить рукой. Где‑то далеко кричали, ржали кони. Мелькали оскаленные пасти и копыта.

Нечеловеческим усилием я заставил себя приподняться на локтях, тут же расслабился, ударяясь грудью во что‑то твердое. Шепнул одними губами:

– Оборотень…

Время замедлилось, мое тело искорежила трансформация. Это немного облегчило боль. Уже лисом я прыгнул в сторону. Туда, где не было радуги запахов. Сзади тут же затрещало, захрустело.

Я брякнулся на песок, возвращаясь в человеческое обличье. Оглянулся.

Оказывается, сшиблись мы на стороне «Самураев». Теперь там в заборе зияла громадная дыра, жалобно хрипя, испускал дух мой конь. Из его груди торчал обломок турнирного копья.

В стороне, поднимаясь с песка, очумело тряс головой «Самурай», которого я вышиб из седла ударом копья. Другого врага, оказывается, я сбил собой, когда перелетел через конскую голову. Это на этом «Самурае» я валялся. Это его, смяв, будто консервную банку, стоптал копытами Дин Чонг. Оказывается, сменив облик, я спасся от неминуемой смерти…

Все это я заметил за секунду.

– Гнида проклятая! Я с твоей матерью зря гулял! – завизжал шибздик.

Растоптав до смерти своего мага, Дин, кажется, окончательно впал в безумие. Но хуже того, что теперь он, единственный из дивизиона оставшийся в седле, гнал коня ко мне!

Я бросился в сторону, взвыл от боли, пронзившей левый бок. По бедру потекло горячее, перед глазами полыхнуло сообщение о тяжелом повреждении и кровотечении.

– Держись! – где‑то далеко взвизгнула Ядвига.

Но девчонка катастрофически не успевала.

Дин Чонг отбросил обломок копья, сверкнул на солнце его меч. По моему позвоночнику прошлась холодная волна, когда я с ужасом увидел, что моего Здоровья осталось всего на пару ударов!

– Оборотень! – успел крикнуть я, падая оземь.

Время замедлилось, оттягивая кошмарный миг. Словно в слоу‑мо я наблюдал, как замахивается Дин Чонг, видел кровавую слюну, срывающуюся с губ его коня. Подкованные копыта тяжко били в землю, выбрасывая назад фонтаны песка.

«Конец, – успел подумать я. – Не уйти мне…»

И тут мою лодыжку что‑то обхватило. Меня выдернуло буквально из‑под копыт, поволокло по песку. Я зарычал от боли в боку. Кажется, мне переломали все ребра.

Заклинание Веласкеса погасло только тогда, когда на невидимом аркане меня протащило аж за спины соратников.

– Лови плюсик в карму! – с лютой радостью крикнул Веласкес, пуляя в меня спеллом восстановления.

Уровень Здоровья восстановлен на двадцать пять процентов!

Жаль, что не криты излечил. Но хоть за это спасибо…

Черт! Все‑таки, не зря к Турниру отдельно готовиться надо. Рука так и тянется к поясу, где обычно бутылки висят. Нужно привыкнуть, что здесь каждая единица Здоровья на счету, а восстанавливать, кроме магии, нечем. Но ведь и у боевого мага не всегда будет время на помощь…

Я поднялся с трудом, давая сильный крен на левый бок. Дышал через раз, перед глазами плавали круги. Но больше меня лечить никто не собирался.

Ядвига озверевшей валькирией налетела на Дина Чонга, опешившего, что добычу выдернули из‑под носа. Веласкес изо всех сил пулял в него огненными шарами. К тому моменту, как встал на ноги его соратник, Ядвига успела сбить противника на песок и кровожадно стоптала конем. Дважды.

Противник повержен!

Третий «Самурай» растерялся от скоротечности боя, даже опустил меч и откинул забрало шлема. Очумелым взглядом обводил Арену, что‑то беззвучно лепетал.

Я пер к нему хромая, словно Терминатор из первой части. Наверное, видок был у меня еще тот: весь помятый, скособоченный, в крови и налипшем песке, с погнутым мечом.

Слева гарцевал под Ядвигой обезумевший от крови конь.

Справа, словно маньяк, жестикулировал горбатый велет Веласкес, сплетая очередную волшбу.

До боя не дошло.

Парень вонзил меч в бурый от крови песок Арены, развел руками и сделал три шага назад.

Противник капитулировал!

Вы победили!

Награда: Турнирный доспех рыцаря игрока Дин Чонг; Турнирный питомец игрока Дин Чонг; Турнирное оружие игрока Дин Чонг; 1000 серебряных орлов выкупа от игрока Дин Чонг.

На трибунах оглушительно загремело. Людской вой и топот на миг перекрыл даже вопли глашатая, что остервенело визжал:

– И первым победителем сегодняшнего сражения становится Пятый дивизион клана «Волки Утгарда»! Вот имена героев меча и магии: Серый Лис де Ренар, Ядвига де Рок, Веласкес фон Штенгард! Поприветствуем гладиаторов!

И еще что‑то в таком духе.

Народ визжал, улюлюкал. Я зачем‑то салютовал погнутым посередине мечом. А сам с гордостью разглядывал системную шильду. Там сообщалось, что взял тридцатый уровень. Когда закончится Турнирная схватка, смогу выбрать новую Спецификацию и получить бонусы.

Но сейчас я мечтал только о лекаре и доброй кружке глинтвейна…

Глава 10. Между делом…

– Ну ты и зверь! – заорал Рагнар, едва мы вошли в подземелье под Ареной. – Я уж подумал грешным делом, когда ты первым в столкновение полез, что сейчас кончат Серого Лиса. Самоубийца ты! Но какой отчаянный! Уважуха!

Он с размаху хлопнул меня по левому плечу.

Я взвыл от боли, Веласкес отпрянул, с перепугу еще больше горбатясь.

– Прости, брат! – поднял руки Рагнар. Рявкнул: – Эй, сонные мухи, лекаря сюда! Быстро!

Подошла Ядвига, сдернула шлем, тонкие косички опали. Девчонка одарила оценивающим взглядом.

– Как ты выжил‑то, наемник? – спросила она удивленно. – Не пойму: то ли ты настолько везучий, то ли такой мастер…

– А как он двоих‑то сбил?! – восторженно орал Рагнар. – Мультишот, елки‑палки! Одного копьем, а второго кулаком в прыжке достал! Лис, ты как самонаводящаяся ракета! Зачем тебе копье?! Тебя без него можно на Арену отпускать! Всех таранить будешь! Страшный ты человек.

Я только кривился.

– Нормально, – вдруг сказала Ядвига. В ее глазах я прочел одобрение: – Ты ж без тренировок выступал. Нормально, Серый Лис. Я рада, что ты в нашей команде. Бьешься, как зверь. Иногда и этого достаточно.

Я выдавил:

– Спасибо.

– Пожалуйста. Только, очень тебя прошу, перед следующим боем хотя бы на совещании поприсутствуй. Напор и ярость – хорошо, но нужно же и умение проявлять!

Я покосился удивленно, но, кажется, девчонка Суворова невзначай процитировала.

Подошел лекарь, зазвенел в суме бутылками. Рагнар спросил, быстро теряя интерес:

– Останешься поглазеть, как папки дерутся? Сейчас наши остальные дивизионы в бой попрут. Покажем пришлым, так сказать, варягам, как «Волки» врагам горло рвут.

Я покачал головой:

– Извини, не могу. У меня тут новая война намечается.

– Че за война?

– Не забивай голову. Наемничьи траблы.

– А… – рассеянно ответил Рагнар. – Тогда ладно, разгребай. Только это…

– Че?

– Там тебя Ульв хотел видеть.

Я отмахнулся:

– Подождет. У нас же сегодня еще бои будут?

За Рагнара ответил лекарь:

– Сегодня – уже нет. В первом круге команд слишком много: тридцать две команды. Это шестнадцать противостояний по пять дивизионов. Так что до десяти часов завтрашнего утра можете отдыхать. А вот завтра уже начнется серьезный замес.

«У меня он уже сегодня начался. Заочно, – подумал я, вспомнив об армии, двигающейся к Ренару. – Как бы не сплоховать…»

Через пять минут, полностью восстановленный, я уже заходил к кузнецу. Здоровяк с кожей, обожженной негаснущим пламенем в горне, отложил молот, взглянул на мой помятый доспех.

– Плохо… – покривил он губы.

Я спросил быстро:

– Не починишь?

Коваль помотал головой, уронил с достоинством:

– Я все починю, но это же Турнир.

– И что?

– А то, что доспех изнашивается после каждого боя. Это не премиумная броня – с каждым ремонтом уменьшается количество Выносливости железа. В первой сече выдержит сотню ударов, в десятой – один.

О как. Об этом меня не предупреждали. Кузнец это заметил по моему лицу, спросил сочувственно:

– Ты хоть выкуп еще не продал?

– Нет.

– И не продавай до конца Турнира. Броня противника пригодится, она безразмерная, налезет на любого.

Я кивнул:

– Лады. Тогда и ее на починку притащу.

Кузнец уже отвернулся, готовясь к работе. А я двинулся к оружейной. В личном ящике полюбовался трофеями, возгордился маленько. Затем, облачившись в привычный костюм «Ночного призрака», оттащил лут ковалю и отправился в гостиницу.

Была еще парочка дел, что нужно закончить перед началом битвы за Авалон.

* * *

К «Охотничьей луне» шел с некоторой опаской. Вдруг вновь наткнусь на безбашенного волкодава? А несвоевременная схватка мне ой как не нужна. Но, меняя облики и обходя патрули стражников, добрался без приключений.

Таверна тоже пустовала. Только НПСы шустрили, весь люд сейчас либо просаживал деньги на ставках, либо просто наслаждался созерцанием боя на Арене.

Комнату мою тоже более никто не взламывал. Так что я спокойно запер за собой дверь и полез в меню. Вкладка «Премиум‑магазин» встретила радостным сообщением, что, по случаю большого праздника, на все повесили пятнадцатипроцентные скидки. Уверенность потратить все оставшиеся деньги только окрепла. Сейчас, когда завязалась по‑настоящему крупная игра, экономить не стоило.

Благодарим за покупку!

Предмет «Легкая кольчуга Ночного призрака» помещен в Инвентарь.

Предмет «Сапоги Ночного призрака» помещен в Инвентарь.

Предмет «Перчатки Ночного призрака» помещен в Инвентарь.

Все! Теперь на счету остались крохи (как бы до конца месяца без долгов прожить?), но зато я собрал комплект! Целиком, е‑мое!

Я вышел из магазина, «развесил» по слотам части премиум‑комплекта: шлем в виде лисьей головы, наручи и поножи с шипами, стилизованными под волны шерсти, два меча в одних ножнах на спину, панцирь из подвижных пластин и под него кольчугу, кожаные штаны, перчатки, плащ, сапоги и арбалет.

Комплект «Ночной призрак» собран!

Все Ваши характеристики увеличились на +5 %; сила, продолжительность и результативность действия всех Ваших Спецификаций увеличились на +5 %!

Обозрев скин своего перса, я вдруг вспомнил про взятый левел. На Арене от него толку нет и вообще его система в боях не видит, но вот в обычной жизни…

Поздравляем с достижением нового уровня!

Серый Лис [30]

Но самым главным было…

Перед глазами развернулось заветное древо Спецификаций. Жадным взором я окинул доступные для изучения, подсвеченные салатовым цветом. Потом глянул на уже изученные, оценил свойства и прикинул перспективы.

И «Оборотня» бы прокачать, крутая ведь спека, и «Разведчика» пора закрыть.

Эх, ладно!

Поздравляем!

Вы развили Спецификацию «Разведчик» до уровня «Тень» (4)!

Ваши способности «Разведчика» повысились:

– возросли шансы увидеть ловушки и улучшен навык Скрытность;

– улучшен навык Следопыт;

– улучшен навык Невидимка + смена облика;

+ добавлен навык создавать свои фантомные копии в бою (фантомы наносят врагу минимальный Урон).

Отдельно были расписаны улучшенные параметры и бонусы от полного комплекта «Ночной призрак».

Крут! Вот теперь я действительно крут. Настолько, что можно пофапать на стату:

Серый Лис [30]

Полное имя и титул: Барон Серый Лис де Ренар.

Должность: Зам‑Главы Гильдии Теней [Отдел разведки] (не подтверждено).

Спецификации: Разведчик (4 ур. «Тень»); Оборотень (2 ур. «Оборотень»).

Профессия: Наемник;

Ранг: Межевой рыцарь;

Земля: угодье Ренар [5] на Клеверных холмах.

Территориальная принадлежность: Поместье Теней (Гильдия Теней).

«Что ж, – подумал я, не без сожаления закрывая профиль, – пора вернуться к роли осажденного феодала».

Из кошеля на поясе достал гемму «золотого» телепорта. По моим подсчетам до Ренара не хватит, но ведь пару лиг вполне можно в образе лиса пробежать.

* * *

Прыгать по сверкающим кротовым норам пришлось дважды. Из Йотунбурга я телепортировался в какой‑то жуткий лес. Потоптался немного в грязи, едва схваченной морозом. Тщательно выставил по карте направление и распахнул вторую воронку.

На этот раз выскочил в полулиге от Клеверных холмов. Тут же бросившись грудью на снежный наст, рванул оборотнем домой. Попутно чуть подкорректировал вектор телепорта. Оказалось, что вынесло меня немного левее нужной точки. А за десять потраченных на «золотые» телепорты долларов, все‑таки хочется точности.

Тьма ночного леса чуть рассеялась, я выскочил на опушку. Изменилась гамма запахов, человеческое жилище чуялось издалека. Под лапами теперь был рыхлый снег, покрывающий вспаханное поле. Трудно придумать более неудобную трассу…

Вдалеке засверкали факелы. Из тьмы показалась полоска замковой стены, я различил стражников в карауле.

Со стороны, конечно, выглядело Поместье теней не слишком впечатляюще. Стена, а над нею только ночное небо. Прямо какой‑то когнитивный провал: глаз мучился, хотелось наткнуться на могучий остов замка. А видно лишь стену, – словно футбольное поле обнесли каменным забором.

Пришлось оббегать прототип замковой стены по кругу. Единственные ворота были со стороны тракта. Я как‑то не додумался пропилить выход еще и с полей. Нужно исправить, иначе крестьяне, охотники и работяги будут тратить кучу времени.

Меня заметили. Одна створка бревенчатых ворот тяжело отворилась. Совсем чуть‑чуть, так, чтобы только лис промчался.

Добро пожаловать в Поместье теней!

Хотите остаться гостем или войдете в стратегическое меню?

Я выбрал стратегическое меню, предварительно отправив Серого Лиса в Ренар.

Лишившись тела, я воспарил. Перед глазами тут же выкатилось колесико иконок, посыпались сообщения.

Постройка Конюшни завершена!

И, чуть ниже:

Ваши охотники поймали двух лошадей.

Вы можете направить их на полевые работы (скорость добычи крестьянами еды возрастет) или в Тренировочный лагерь (можно переобучить крестоносцев в кавалеристов).

У нас война или где? Конечно – в Тренировочный лагерь!

Постройка Таверны «Лисья нора» завершена!

В открывшемся меню Голубиной почты ожидают прочтения два сообщения.

Я послушно кликнул по пиктограмме. Первое письмо содержало пояснение, как функционирует Голубиная почта, а второе, собственно, – слухи. По ним выходило, что кто‑то очень могущественный и озлобленный подослал ко мне армию. Она вот‑вот будет у порога Поместья теней.

Я хмыкнул. Скосил глаза. До начала боевого столкновения оставалось пятнадцать минут.

Что ж, не будем терять время.

Но не успел я еще ничего сделать, как загремели фанфары, перед носом появилось цветастое сообщение:

Поздравляем с достижением нового уровня!

Вы тяжело трудились, выстраивая цивилизацию. И теперь Ваши усилия вознаграждены: уровень селения и его Хранителя вырос на +1!

Бонусы: на этом уровне Вы можете начинать одновременно строить до 3 зданий или улучшений; увеличен прирост населения; увеличен суточный доход; увеличена суточная добыча полезных ресурсов.

Информация:

Урочище Ренар [6], Поместье Теней, Клеверные холмы.

Поздравляем!

Вы получили достижение «Вождь»!

Награда: 15 дерева; 20 камня; 10 железной руды; 3 меди; 15 орудий труда; 500 серебряных монет; 250 ед., опыта поселения.

Ох, новый ресурс открылся. Теперь, наверняка, еще и какую‑нибудь медную шахту строить придется…

Так, ну ладно. Продолжаем в темпе вальса. Мне еще бойцов на позиции выставлять.

Поздравляем!

Вы начали постройку Мастерской!

Позволяет Инженерам создавать примитивные машины: строительные, боевые, осадные. Открывает доступ к усовершенствованию в Инженерный цех.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +1 к привлекательности для новых жителей, +6 к росту населения.

До завершения строительства: 9 часов.

Ускорить за золото? Ха, вы еще спрашиваете.

До завершения строительства: 2 часа 30 минут.

Ну вот, другое дело.

Поздравляем!

Вы начали постройку Литейных мастерских!

Позволяет ковать тяжелые доспехи для крестоносцев, работать с металлами. Открывает доступ к зданию Лаборатория алхимика.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +1 к привлекательности для новых жителей, +2 к моральному духу защитников.

До завершения строительства: 4 часа.

Ага – Лаборатория алхимика. Вот, что позволит работать сначала с медью, а потом и с другими металлами. И, конечно, ускоряем за реал.

На секунду я задумался. Мне еще можно начать строительство одного здания. Но вот в чем беда: Шахты, Рыбацкий причал и Мельница, на которые я уже раскатал губу, строятся вне города. А значит, что в ближайшем бою их могут разграбить или уничтожить. Так что, как бы я ни ломался, придется заниматься едой.

Поздравляем!

Вы начали постройку Скотного двора!

Увеличивает добычу еды. Открывает доступ к улучшению Ферма.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +6 к привлекательности для новых жителей, +1 крестьянин каждую неделю.

До завершения строительства: 5 часов.

Итак, что у нас тут с подготовкой к битве?

Ага, пришел купленный новый шаман. Я порылся в его настройках, выстроил все так, чтобы он больше времени проводил за чтением всяких манускриптов (в дальнейшем, черт побери, нужно строить Библиотеку!). Таким образом он со временем захочет становиться не инженером, а магом. Мне очень бы пригодился чародей.

Что еще?

Нового крестьянина за Скотный двор я отправил в курятник, пусть трудится по профессии, и окончательно погрузился в стратегическое меню.

Двести двенадцать воинов с разнообразными броней и оружием, простыми арбалетами. Из этой толпы – сто пятьдесят шесть «первоклашек», тридцать второклашек, двадцать два третьеуровневых НПСа и аж три «четверки». Ну, еще один крестоносец – шестерка, первый командир. У последних хватило силенок напялить выкованные в Литейных мастерских Сатора утяжеленные доспехи и шлемы.

Жаль, главнокомандующего не успею в кавалериста переобучить. До начала кровопролития осталось менее пяти минут. Успеют только набрать в хижине знахаря простейших бутылей восстановления (кому хватит), да влезть на крепостную стену.

Сердце начинало колотиться. Мурашки шли по коже, когда я понимал всю ответственность предстоящего события.

«Спокойно, Серый Лис. Ты справишься. Не зря же столько бабла потратил!»

Я глубоко вздохнул. Дал команду переместиться в собственное тело.

Битва за Авалон начнется с минуты на минуту…

Глава 11. Битва за Авалон

По местному времени ранним утром, когда еще черти попов не драли, со стороны тракта появились три длинных червя. Небо еще щеголяло серебристыми блестками звезд, светило солнце мертвых луна, а намека на зарю не было и в помине. Я с тяжелым сердцем следил за тем, как черные черви в родимых пятнах огня свернули к Поместью теней, извиваясь в угоду дорожкам. Черви ползли неторопливо, создавая ощущение неотвратимости. Как подлая змея, струились тени с лишайными пятнами факелов, пересекая границу Поместья. И конца им не было видно.

Я уже мог разобрать лунные блики на панцирях первых воинов, видел в кровавом свете факелов коней и телеги, а хвост воинства все еще тащился по тракту. Зрелище внушало тоску. Хотелось выругаться, хватануть бочку вина и пойти на мирные переговоры.

Наконец, голова червя, словно у какой‑то гидры, разделилась сначала на несколько частей, а потом и вовсе рассыпалась, будто пеплом. На снежном насте выстраивающиеся кольцом воины волкодава казались черным прахом. Подтягивались телеги, словно жирные жуки, гарцевали всадники, прикрикивая на излишне неторопливых солдат. Повозки с провизией и припасами останавливались в стороне. Там же, где затормозились осадные орудия. Чуть поодаль стали городить лагерь, быстро выросли шатры военачальников и магов. Чувствовалось, что ребята вознамерились взяться за Поместье теней всерьез.

Нарушение границы!

Враг у ворот!

Итак. В правом углу в синих трусах четыреста крестоносцев, около тридцати снайперов, два осадных орудия и пятеро магов. А в левом углу в красных трусах двести двенадцать спартанцев… Тьфу! Ренарцев. Плюс я и Дельта.

Я вздохнул, перехватил глуповатый взгляд крестоносца Тристана, спросил бодро:

– Готов умереть за своего сюзерена?

НПС ответил:

– Приказывайте, мой лорд!

О как…

Ну ладно, сами напросились.

– Приготовить арбалеты к бою! Принести на стену паклю и факелы.

Пусть воинство волкодава строит лагерь, обосновывается. Мы нанесем удар без объявления войны. К черту!

На стенах забегали, в рядах рабов и воинов замелькали крестьяне, что тащили из закромов паклю и факелы. Защитники Ренара выстраивались вдоль мерлонов, но их все равно не хватило перекрыть даже половину того расстояния, вдоль которого расположилась армия волкодавов. Пришлось выставлять бойцов не через одного, а через трех!

Я взял у Тристана простой арбалет, зарядил. Прицелившись в заходящую луну, спустил крючок. Тренькнуло, болт исчез с тетивы, мелькнул на фоне белоснежного лика луны тончайшим росчерком. А через полсекунды, резко потеряв скорость, вонзился в снег где‑то метров за триста до захватчиков.

М‑да…

«Жаль, – подумал я кисло, – раньше не пришла в голову мысль наделать больших луков. Они‑то подальше бьют…»

Придется ждать. Не самая выгодная тактика, но ничего не попишешь. К тому же, пока время работает на нас. Вон, скрипят в Ренаре пилы и бьют молотки с топорами, а в центре Поместья еще и строится Цитадель. Чем больше будет зданий, тем круче для нас.

Мало‑помалу на стене стихало. Крестьяне убрались восвояси, защитники притихли. Враг вдалеке беспрепятственно разбивал лагерь. То и дело скакали вдоль рядов рыцарей всадники, в лесу у тракта стучали топоры, со скрипом и треском валились деревья, сновала, как муравьи, прислуга у орудий. В них я с некоторым трудом узнал требушеты.

Вообще‑то, двух мало для того, чтобы пробить в замковой стене брешь. Так, нагадят в селениях, порушат кровлю, но не более того…

«Неужели ждут подкрепления?!» – возникла страшная догадка.

По спине пробежал холодок. Я поспешно влез в меню управления Поместьем, покопался в настройках.

Вы активировали премиум‑услугу «Ночной дозор»!

Теперь Вам будут сообщать обо всех передвижениях врага на Вашей территории, а так же о намерениях отправить к Вам войска.

Я подождал немного. Закрыл‑открыл настройки. Однако новых сообщений не появилось. Значит, не подкрепления ждут захватчики. Тогда чего?

Несколько минут ничего не происходило, потом от леса потянулась к лагерю цепочка «муравьишек», что тащили на плечах бревна. Я прикинул, для чего они могут сгодиться. Не для метания же. Холмов там особых нет, да и мы в наступление не идем, чтобы можно было обливать бревна горящей смолой и катить навстречу, ломая к чертям собачьи ноги.

– Балда! – я хлопнул себя по лбу. В шлеме загудело, я подул на отбитые о железо пальцы.

Самое слабое место в обороне Поместья – бревенчатые ворота!

Словно в ответ, вдали загудело. Секунду слышен был только продолжительный резонанс, будто тронули басовую струну. Потом в небе возник неприятный нарастающий свист.

– Ложись! – успел крикнуть я.

НПСы бездумно попадали на помост, я пригнулся. Но снаряд упал где‑то на поле. Тяжело ухнуло, под ногами затряслось. Я бросился к стене, выглянул в щель между мерлонами. Успел заметить, как осыпаются тяжелыми кусками комья мерзлой земли. Громадная каменюка почти наполовину ушла в землю.

Против воли под ложечкой засосало. Я представил, каково будет, угоди я на траекторию такому снаряду. И мокрого места не останется…

Вдали загудело повторно. Я оглянулся: НПСы все еще лежали на помосте. Наверное, нужно как‑то развить в командном меню реакции на приказы. Что ж это будет, если они на каждый окрик, как эпилептики станут падать? Позор какой‑то.

В этот раз каменюка грохнулась метрах в тридцати от замковых ворот. Прорыла в твердой дороге длинную канаву, застряла, не докатившись жалких десяти метров.

Пристреливаются гады.

«А выдержат ли ворота? – подумал я с сомнением. – Вряд ли…»

Луна заходила за горизонт. Света оставалось все меньше. Я уже почти не видел нападающих. Только слух резал надсадный скрип, когда заново взводили орудия.

Вот, значит, чего они ждали. Пристреляются, проломят ворота, да по темноте пойдут в атаку. Используют по максимуму все преимущества.

Я вздохнул, меня передернуло зябко. Драка будет сложнее, чем я представлял.

Во тьме резко ударило и загудело. Едва поднявшие головы НПСы вновь уткнулись лбами в дощатый помост на замковой стене…

* * *

Бомбардировка неприятно била по нервам.

Снаряды дважды ударили в стену, от удара я рухнул на одно колено. Вновь явственно представилось, что может быть с человеком, угоди он под такую тяжесть. Фантазия так живо нарисовала результат, что в желудке похолодело.

Еще две каменюки пролетели с гулом над нами, одного НПСа первого уровня потоком сдуло, кажется, он брякнулся неудачно, даже ногу сломал. Пришлось срочно вызывать лекаря. Снаряды бухнули где‑то неподалеку от Сатора.

Прижавшись спиной к мерлону, я торопливо настраивал в меню боевые команды. В бою дорога каждая секунда, ошибка может стоить нам победы.

Это занятие немного отвлекло. А потому, когда могучая сила ударила с треском в бревенчатые ворота, я от неожиданности пригнулся. Быстро глянул в ту сторону, с ужасом увидел, что прочность ворот упала до шестидесяти процентов. Еще два таких же попадания, и – швах. Будем грудью встречать врага.

Нужно было что‑то срочно решать. Но в голову пришла только одна дельная мысль…

– Тристан, ко мне!

Военачальник вскочил, тяжело подбежал, глянул преданными глазами. Я приказал, одновременно подтверждая команды в меню:

– Остаешься в Поместье за главного. За периметр замка не выходить. Держать оборону. В случае уничтожения ворот – не толпиться у пролома, а разбиться на группы. Одни сдерживают щитами напор, другие бьют с помостов из арбалетов. Якши?

– Как прикажете, мой лорд!

Я кивнул. И, окинув последним взглядом тракт, где уже ничего не было видно во тьме, лишь искорки факелов, бросился к лестнице.

В ответ на свист Дельта возникла как из‑под земли, взглянула преданно. У меня защемило сердце.

– Прости, девочка, но нам сейчас предстоит вылазка. Разведчики мы, или где? Диверсанты, или кто?

Взглядом псица красноречиво ответила, что со мной она хоть к черту в пасть. А то и глубже. Мне еще жальче стало собачку. Пришлось напомнить себе, что это всего лишь набор пикселей. Да и вообще ее всегда можно оживить, это ж премиум‑питомец.

* * *

Собаку я осторожно спустил первой, перевязав веревкой под брюхом. Потом, нацепив на ладони и стопы крючья, полез через стену сам. Неимоверно бесили тяжелые глыбы, что звездопадом устремились к Поместью. Каждый раз падали в разных местах.

«Надо полагать, – пронеслась запоздалая мысль, – пристреливаются не только к воротам. Не могут быть у них такие паршивые стрелки. А значит, у них в загашниках наверняка есть что‑то пострашнее каменных глыб».

Наша замковая стена – первого уровня, а значит, что была низкой, едва ли доходила до пяти‑семи метров в высоту. Я спустился в два счета. Быстро смотал веревку, вместе с крючьями сунул в мешок. После чего брякнулся в снег и вскочил, отряхиваясь, уже лисом. Дельта окинула меня оценивающим взглядом, по росту она превосходила меня совсем на чуть‑чуть.

– За мной!

И мы бросились через поле, уходя к лесу. Сигнала об обнаружении не поступало. И незамеченными мы влетели на опушку леса, исчезнув в густой тени.

Вдалеке оглушительно ударило, затрещало. По сердцу заскребло ржавыми граблями.

«Сволочи! – мысленно взвыл я. – Мне же это все потом чинить! А денег и так не много…»

В стратегическом меню выскочило сообщение, что прочность бревенчатых ворот опустилась ниже десяти процентов. Это значило, что теперь с легкостью поддадутся тарану. Нужно спешить.

Так же, в облике лиса, я помчался в сторону лагеря захватчиков. Крюк получался внушительным. За семь минут бега каждый из требушетов успел отстреляться по два раза. По воротам больше не били, зато повредили в Саторе Литейные мастерские и в лепешку раздавили в Ренаре курятник. Фашисты!

Луна спряталась за горизонт, лес и поле погрузились в кромешную тьму. От казавшегося серым заснеженного поля отдавало какой‑то могильной промозглостью.

Я осторожно подполз к опушке, выглянул из‑за голого кустарника. Метрах в двадцати от нас безмолвно работала прислуга осадных орудий. Рабы катали на веревках великанские глыбы, крепили к специальной чаше. Пятеро мелких НПСов удерживали деревянное колесо, натягивая упругое бревно. Неподалеку скакали с факелами военачальники. Я видел, что воинство волкодава готово к атаке, уже проведены, как под линеечку, строи крестоносцев. Отдельная группа прикрывает щитами рабов с тремя бревнами в связке.

«Ну, – подумал я зло, – сейчас вы у меня попляшете, артиллеристы хреновы!»

Сунувшись обратно под прикрытие леса, я перекинулся в человека. Сорвал с поясницы любимый арбалет, зарядил алхимическими болтами.

– Ты должна ждать здесь, – прошептал я, потрепав Дельту по загривку. – Когда понадобишься – позову.

Псица приглушенным рыком ответила, что такой план ей не по нраву, но будет слушаться.

– Умничка.

И очень медленно, внимательно следя за режимом маскировки, я заполз на бугорок. Прицелился. Очень хотелось надеяться, что не каждый из НПСов может исполнять обязанности стрелка‑артиллериста.

Рабы еще не успели толком закрепить каменюку в чаше требушета, как в ночи тонко звякнуло. Мигнула желтая пиктограмма, что значило, что меня не обнаружили, но направление звука засекли.

Алхимический болт вонзился в дощатый борт требушета, бутыль с горючей жидкостью взорвался. Красиво расцвел в ночи огненный цветок.

На поле заорали, фейерверком посыпались сообщения об уроне и смертях. Рабов красочно раскидало, требушет одело огненным саваном. Трое стрелков успели отскочить.

«Ну уж нет, гады. Теперь от меня не уйдете!»

Второй выстрел не задался. То ли разволновался, то ли неверно оценил расстояние в темноте – слишком уж пляшут тени от пожара. Короче, взорвался алхимический болт в аккурат под требушетом. По снегу разлилось тягучее пламя, в диком танце запрыгала стрелковая обслуга, пытаясь стряхнуть огненные сапожки. Весело заморгали обновляющиеся цифры потерянного Здоровья.

«Это вам не мирных жителей обстреливать издалека! – подумал я злорадно, накладывая на тетиву новый болт. – Получайте, сволочи!»

Пламя неожиданно схлынуло, будто задавили чем‑то. В темноте поплыли белесые облачка дыма. Крики обратились в стоны.

Я переместил прицел обратно на первый требушет, дернул за спусковой крючок. Болт со звоном исчез с тетивы, но тут же, как истребитель нового поколения, резко сменил траекторию на девяносто градусов и улетел куда‑то в сторону.

– Твою… маги!

Перед глазами полыхнуло.

Заклинание «Пеленг» обнаруживает вас!

Вот этого мне еще не хватало.

Едва я сунулся обратно в лес, пригорок, где я так удобно прятался, истыкало десятком стрел. Со стороны поля донеслись команды, забряцало железо.

Не задалась диверсия…

Вспыхнуло повторно, в деревьях зашумел ветер, затрещав голыми ветвями.

Заклинание «Пеленг» обнаруживает вас!

Заклинание «Светлячок» не дает вам скрыться!

Ну вот что за невезение? Против магов‑то я не особо поборюсь. Что я им смогу противопоставить, когда их несколько, и все защищены громадным войском?!

Но и уходить просто так нельзя.

– Дельта!

Псица выросла из‑под земли, в глазах готовность отправиться на подвиги. Я выбросил руку в сторону поля, скомандовал:

– Фас!

Уровень питомца повыше НПСов‑крестоносцев. Пару минут продержится.

Дельта гавкнула вполголоса и бросилась исполнять команду, а я ощутил себя полнейшей сволочью. Ведь на гибель отправил, собачку…

А сам развернулся, влез в меню. Нашел меню Спецификаций и выбрал умение «Тень». Жаль, что не успел еще задать кодовые жесты, придется вот так время терять.

Тени проходят Вам на помощь!

В шести точках вокруг меня взвились черные смерчи, появились точные мои копии, сотканные из черного тумана.

Я выхватил оба клинка, фантомы в точности повторили движение. Я мельком отметил, что Мана стала понемногу уменьшаться. И черт с ней! Главное – задание.

– Вперед, Нуб Сейботы. Мочи вражину не жалея живота!

Тени бесшумно сорвались с места, бросились вслед за Дельтой. А я поспешно обернулся лисом и помчался к тракту. Через несколько секунд возникло сообщение, что заклинание «Светлячок» лишилось силы и маскировка вновь активна.

«Слабаки!»

На поле закричали, небо осветило синей вспышкой. Дамажная панель сообщила, что Дельта мастерски перекусила кому‑то горло.

Я вновь бухнулся в снег, вскочил, на бегу заряжая арбалет. На этот раз я очутился с другой стороны от требушетов. Но палить сразу в осадные орудия не стал. Наверняка их чем‑нибудь закрыли.

Пару секунд я всматривался в мельтешение. Вокруг требушетов бушевала схватка. Иконка Дельты очень быстро сменила цвет на желтый, а потом и вовсе осветилась тревожно красным. Здоровья у нее почти не осталось. Зато фантомы талантливо наводили шороху. Никакое оружие их не брало. Стрелки, взявшиеся палить по дымным теням, только наделали беды: стрелы пронизывали мои копии, били в своих же воинов. Мечи крестоносцев рубили воздух, а тот, сгущенный до черноты, отвечал уже материальными выпадами. Жаль только, что фантомы, хоть и являлись моими полноуровневыми копиями, однако наносили минимальный урон. Даже НПСов пятого‑шестого уровня приходилось бить по три‑четыре раза, чтобы нанести хоть один крит.

А Мана быстро уменьшалась. Я не маг, чтобы копить волшебную силу особыми Спецификациями, у меня ее почти нет. Так, для особых случаев: облик сменить врагу или в зверя перекинуться.

Наконец, в толпе я углядел фигуру в синем балахоне. Этот засранец вскинул к небу тощие ручонки, с них с гулом сорвался электрический шар. Тут же запищала от боли Дельта. Ее иконку в командном меню придавил могильный крест.

«Сволочь!» – подумал я в бешенстве, мгновенно вскидывая арбалет.

Выстрел получился на славу!

Словно сами боги проложили траекторию, провесили особую ниточку. Алхимический болт не затронул ничьего шлема, пролетел между всеми бойцами, чтобы жахнуть на манер крылатой ракеты прямо в спину чародею! Полыхнуло круче, чем во Вьетнамских джунглях от напалмовой бомбардировки. Крестоносцев с легкостью раскидало, а от несчастного мага остались только быстро догорающие налету клочки балахона.

Критический удар!

(9/12)

Черт! Вот откуда такая удача! Благословение оракула сработало. А я уже подумал, что стал снайпером…

Пламя недолго обгрызало захватчиков. Оставшиеся маги сноровисто погасили и его, тут же забили по фантомам кривыми молниями. Только сейчас я сообразил, почему так быстро уменьшается моя Мана, уже пять процентов осталось. Она не только истощается от действия умения «Тень», но и спадает всякий раз, когда фантому наносят урон.

Я поспешно сунул руку в суму, разбил о нагрудник бутылочку.

Волшебное зелье восстанавливает Ману!

Жаль, не могу издалека поднять Дельту. Лишний очаг хаоса в рядах врага мне бы очень не помешал.

«Ну давайте же, сволочи! – взревел я мысленно, когда пришлось расколотить вторую ампулу восстановления. – Покажитесь, колдуны!»

Вокруг фантомов постепенно вырастала горка трупов. Все больше низкоуровневых НПСов, но уже и некоторые крестоносцы прилично покоцаны.

Плохо другое.

Во‑первых, остальные маги затаились. Не иначе, какую‑то особую волшбу плели. А во‑вторых, раненные крестоносцы, которые уже должны вот‑вот свалиться замертво, вдруг отскакивали от молчаливых фантомов и нагло лечились абилками. Это просто свинство какое‑то!

Ладно, с магами погодим.

Разбив о панцирь третью бутылку, я вновь направил арбалет на требушеты. Пульнул, перезарядился, пульнул еще раз. Потом, что есть силы, швырнул в толпу пригоршню дымовых шашек. Следом, в сторону, вторую. Там заискрило, повалил густой дым, запахло серой. Я опять перезарядился.

Мне показалось, или мертвенно‑белое свечение заклинания высветило синий балахон в толпе? Огонь по квадрату. Сразу же повторить!

В панели дамага черти что творилось! Невозможно было понять, прихлопнул я мага, или хитрая зараза ускользнула.

– Плевать!

Нужно выполнить основную миссию!

Я встал на одно колено, высыпал перед собой оставшиеся алхимические болты. Скрипнул зубами, когда подсчитал: девять штук.

Ладно, теперь два раза стреляем по толпе. Сбиваем магов с толку. Пусть направят волшебный щит на соратников.

Взрывом опрокинуло одного военачальника, конь взвился свечкой и похоронил под собой НПСа. Другое огненное торнадо знатно покалечило человек двадцать, не меньше.

Я обернулся к требушетам. Пальнул. Зажмурился от яркого взрыва. Перезарядился, но выстрелить вновь не успел.

Осадная машина вдруг подпрыгнула. С оглушительным звоном лопнула перегоревшая толстая веревка, сорвав натянутый механизм. Камень полетел куда‑то в сторону Поместья, сильно забирая к лесу, а требушет обрушился колесами к небу. Кажется, еще и придавил пару НПСов.

Не успел я обрадоваться, как ощутил резкую боль в левом боку. От неожиданности рванул спусковой крючок. Алхимический болт, вместо требушета, взорвался в лагере, объяв пожаром шатры.

– Черт!

Ко мне мчались два десятка снайперов, прямо на бегу накладывая стрелы на тетиву и разряжая луки. Рука об руку с ними бряцали доспехами крестоносцы в количестве десяти бронированных болванчиков.

Как они меня умудрились заметить? По траектории выстрелов?

Я упал на снег, стиснул зубы. Чувствуя себя Рэмбо, обломал стрелу в ране. К счастью, особого Урона мне не нанесли. Зато внимание отвлекли.

Магия иссякает и фантомы развоплощаются!

В следующий раз Вы сможете призвать тени на помощь через три часа!

Ой…

Кажется, настало время делать ноги.

Я вскочил, и, не обращая внимания на колючий дождь от снайперов, развернулся к оставшемуся требушету. Клацнул по спусковому крючку, подобрал со снега болт, зарядился.

Выстрелить я, конечно, успел. Даже удачно. Взрывом требушет опрокинуло набок и поотрывало колеса. Только и я больше ничего сделать не мог.

За полминуты тридцать девять попаданий. Из них – двенадцать стрел с отравленными наконечниками. А тут еще в грудь ударила невидимая волна, мороз сковал руки‑ноги.

Заклинание «Поцелуй Снежной королевы» лишает Вас возможности двигаться!

Я изо всех сил рванулся. То ли у меня получилось, то ли от ударов все новых стрел, завалился на спину. Воздух в том месте, где я был секунду назад, прошили три молнии.

Ледяной панцирь на броне потрескался, я с трудом пошевелил руками. Мышцы быстро наполняла отвратная слабость. От яда плыло перед глазами. С огромным трудом я смог сунуть арбалет в ножны на пояснице, еще труднее было правильно удариться о землю.

Спецификация «Оборотень» меняет Ваш облик!

Хромая, словно белый Бим черное ухо, я запрыгал по лесу. Лапы заплетались, дважды я падал. Но позволил себе передохнуть только тогда, когда Здоровье опустилось до критической отметки.

Обессиленно свалившись у корней древнего ясеня, я непослушными пальцами нашарил застежку на суме, вынул бутылек восстановления и антидот. Раздавил, не обращая внимания на боль в пальцах.

Светло‑сиреневая волна облегчения прошла по телу, возвращая силы. Я едва не застонал. Успел!

Успел, черт возьми. И миссию не провалил! Теперь хрен они нас продолжат обстреливать. А, если пойдут на штурм, мы им устроим теплый приемчик!

Боевое столкновение завершено!

По итогам битвы Вы вместе с питомцем повредили: 53 раненных; 31 убитых; 2 поврежденных единицы техники.

А потом показали количество призового опыта. Я ахнул, даже не удивился следующей шильде:

Поздравляем с достижением нового уровня!

Серый Лис [31]

* * *

С тревогой я наблюдал за нездоровым оживлением в рядах врага. Первые рассветные краски высветили место ночной битвы. Поле было черным черно от свежей земли: где от взрывов, где потоптано, а где и потаяло нафиг от химического огня.

Рядом жмурилась от удовольствия Дельта. Я вернул пета к жизни и теперь щедро чесал за ушами, успокаивая собственную совесть. По левую руку деловито строгали, пилили, рубили и стучали молотками. Крестьяне и мастеровые срочно чинили бревенчатые ворота. В Ренаре система уже восстанавливала порушенный курятник, а в Саторе, за золото, ремонтировали Литейные мастерские.

Ночной захват не удался. Что меня безумно радовало.

Зато кое‑что другое настораживало.

Во‑первых, большинство павших воинов уже вернули в строй. Наверняка и магов тоже. А во‑вторых, лагерь оттянули подальше от нас и поближе к тракту. Там тоже суетились, чинили требушеты. Короче, изо всех сил стремились исправить ночные ошибки. Это нервировало. Особенно в свете того, что Ульв и Рагнар уже прислали каждый по письму, требуя, чтобы к восьми утра я был в штабе и готовился к турнирным боям.

«Сегодня, – сообщал Ульв, – будет уже не до шуток. Каждый станет биться до последней капли крови…»

Как будто раньше они просто железяками звенели и рожи корчили.

Нужно было что‑то решать. Либо посвятить все время основному заданию и биться на Турнире, либо защищать родные пенаты.

Но я толком не успел этот выбор даже обдумать, когда настроение мне испортили окончательно. Перед глазами вывесили шильду:

Внимание!

Сработала опция «Ночной дозор».

Шпионы и разведчики сообщают, что к Поместью теней направляется отряд неприятеля. Приблизительно силы противника таковы:

Четыреста (400) крестоносцев; двадцать пять (25) снайперов; пятьдесят (50) стрелков; три (3) осадных орудия.

Время прибытия: 4 часа 10 минут.

Вот теперь мне и защищаться‑то уже не по силам…

Глава 12. Вертеться‑крутиться, как Лис в колесе…

Следующие полчаса в селении Ренар царила натуральная паника.

Я пытался одновременно погуглить количество времени, нужное для починки требушетов, отправлял треть гарнизона на повышение левела в Монастырь смерти, ускорял ремонты и апы, приправляя все это казенным золотом.

Качались в данный момент воины четвертого уровня. Так что можно ожидать на выходе свеженьких крестоносцев.

Кстати, о птичках…

Военачальника я отправил переучиваться на кавалериста. И ХП возрастет, и сила, и урон.

В Ренаре крестьяне не знали, куда приложить силу. Я гонял их из угла в угол. Там починить, здесь еду собрать, тут проапгрейдиться.

Единственные, кто глядел на происходящее спокойно, были Дельта и подарочная трехцветная кошка. Псица с интересом принюхивалась, считая все игрой, а кошка, взобравшись на крышу сарая, взирала на людей с неимоверным презрением.

Когда восходящее солнце заставило заснеженное поле вокруг Поместья заискрить, я тоже решил взглянуть на наше безобразие. Облетел «призраком», пронизывая дымки из труб домов, и вернулся на стену.

Вроде бы, еще даже нормально держимся. До окончания самой быстрой стройки остается полтора часа.

Я глянул на московское время: 5:30 утра. Еще даже можно успеть поспать…

Не успел додумать, как мир скрутило в искрящийся всеми цветами радуги тоннель, меня подхватило несуществующим ветром… И я увидел себя уже сидящем в кресле, перед затянутым утренними сумерками окном. Машинальным жестом велел будить, если произойдет чего‑нибудь из ряда вон выходящее. И полез на раскладушку…

* * *

Встал по будильнику – без десяти восемь.

Пополз в душ, наощупь принялся вращать вентили. Проснулся, когда вначале ошпарился, а потом обжегся, но уже холодной водой.

– Будем считать – помылся, – пробурчал я, вытираясь. – К черту контрастный душ по утрам…

На чай и прочие радости времени уже не было. Кое‑как доковыляв до кресла, напялил нейрообруч и полетел в Утгард.

В Ренаре, как в том Багдаде, все было пока спокойно. Вдалеке воины волкодава разбили уже полноценный лагерь, там курились дымки, скучали в караулах НПСы. Оба осадных орудия были как новенькие, и теперь охранялись аж двумя цепочками воинов. Но бомбардировать наше Простоквашино никто пока не пытался. То ли восстанавливали запас снарядов, то ли ночной урок отбил охоту пулять каменными глыбами по чужим деревням.

Пиктограмма конвертика в стратегическом меню усиленно мигала. Решив, что не будет ничего страшного, если я опоздаю в командный шатер на Арене, я открыл окно системных сообщений.

Ага, построена Мастерская, готовы приступить к работе Литейные и ждет постояльцев Скотный двор. Кроме того, у меня появилось аж пятьдесят свеженьких крестоносцев и один военачальник‑кавалерист.

Так как остается незадействованной еще вторая лошадь, я быстренько послал крестоносца с нелепым именем Цукат постигать азы верхового боя. Остальные завоеватели Гроба Господня выстроились в очередь, чтобы облачиться в новенькие тяжелые доспехи из Литейных Лилит.

Полсотни простых воинов помчались в Монастырь смерти молотить палками чучел и зарабатывать уровни. А пятеро крестьян, припершихся в привлекательный для НПСов Ренар (спасибо высокому рейтингу и Скотному двору), стали вкалывать за еду.

С особой радостью я распорядился запилить в Мастерской первую боевую машину – самую примитивную катапульту. Пользы немного, но хоть не с пустыми руками под обстрелом сидеть.

Конечно, все за золото. У меня времени – чуть больше часа. Мелочиться некогда.

Уже совсем быстро я влез в стратегическое меню.

Цитадель замка Авалон была завершена на двадцать процентов. Теперь виден ее фундамент в глубокой, метров семь, яме. По кругу растут стены из серого камня, мостятся бревна и доски перекрытий.

Я вернулся к Ренару. Пощелкал в общем меню, чтобы заново оценить открывшиеся после нового ранга возможности. Среди них заметил Пограничные вышки. Жаль, сейчас это не нужно строить, ведь за пределами замковой стены все равно разграбят и сожгут, нелюди недемократичные. А так, Пограничные вышки усиливают действие услуги «Ночной дозор», когда та активирована, или берут на себя часть ее задач, когда неактивна. Еще позволяют прочертить Межу – настоящую границу земель Поместья, в пределах которой нельзя чужим охотникам, НПСам и игрокам охотиться, рейдить и просто шляться без высшего моего сеньорного соизволения.

Ну и ладно. Другое соорудим. Фигли там…

Та‑ак, что тут у нас есть еще?

Лаборатория алхимика же!

Но вместо начала стройки меня обломали шильдой:

Невозможно начать строительство Лаборатории алхимика.

Требуется: 2 ед., ртути, 2 ед., меди, 2ед., бронзы, 50 ед., стекла.

Сразу же выскочили и подсказки, объясняющие, где взять недостающие ресурсы.

Поздравляем!

Вы начали постройку Стеклодувного цеха!

Позволяет добывать стекольные предметы.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +19 к привлекательности для новых жителей, +5 к росту населения.

До завершения строительства: 6 часов.

Донатим.

Следующее, пожалуйста!

Поздравляем!

Вы начали постройку Библиотеки!

Позволяет обучать магов, улучшать постройки по заниженной цене, ускоряет прокачку инженеров. Открывает доступ к зданиям: Башня магов; Дом советников; Логово Хранителя.

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +2 к привлекательности для новых жителей, +2 к Мане Хранителя.

До завершения строительства: 4 часа.

О, как круто! Скоро у меня в Ренаре одни башни будут. Одноэтажная башенка инженера есть (надо бы развить ее, что ли), нужна еще и мага. Но это потом…

Поздравляем!

Вы начали улучшение Скотного двора до Фермы!

Увеличивает добычу еды

Бонусы: ускоряет накопление опыта поселения, +6 к привлекательности для новых жителей, +1 крестьянин каждую неделю.

До завершения строительства: 5 часов.

На прощание отправил пару охотников в лес, чтобы поймали свиней для скотного двора, а коров, несколько коз и ослов, крестьянам в помощь, нагло купил за реал. А вот Рудники для добычи ртути, меди и бронзы оставил на потом. Эти строения нужно закладывать вне основной территории.

Чувствую, после такого резкого развития я еще долго буду заново наполнять карманы…

В селениях Лилит и Бродяги затеяны свои стройки, вмешиваться туда не надо. Так что, я вернулся в Серого Лиса, включил оповещение и потащил из кармана геммы «золотых» телепортов. Пора на Арену…

* * *

– А вот и он!

Я вломился в шатер клана «Волки Утгарда», помахал рукой собравшимся и от души приложился к кувшину с вином.

– Так плохо? – осведомилась Ядвига с притворным сочувствием.

Я перевел дух, утер рот тыльной стороной ладони и спросил хрипло:

– Судя по твоему оптимизму у нас все хорошо?

У Рагнара глаза на лоб полезли:

– Да что ж ты за человек такой?! Его клан в Турнире участвует, а ты даже не удосужился результаты на офф‑сайте глянуть?!

– Мне очень стыдно, – соврал я. – Ну, не томите. Че успели натворить, что сломали?

Полевой командир «Волков» ответил с гордостью:

– Первая победа вчистую. Представляешь? Ни один наш боец не погиб на Арене?

– Круто, – неуверенно сказал я.

– Еще как круто. Кроме нас, только два клана показали такой же результат. Это «Орден инквизиции» и…

Ядвига нахмурилась, обронила:

– И барбарианцы.

Я перевел взгляд с нее на Рагнара, спросил:

– Сказано было так, словно сегодня мы бьемся с кланом «Барбариан».

Полевой командир сжал кулаки. У меня засосало под ложечкой.

Что ж за день сегодня такой? Вначале ко мне прет тысячная армия, а теперь вот предстоит бой с лучшими воинами Утгарда. Неужели настал конец моему везению? Я же рыжий!

Бойцы всех дивизионов «Волков» развернулись, возвращаясь к изучению карт на столах. Чувствовалось, что ребята довольно серьезно приняли новость о сопернике и намерены подойти к вопросу с самой суровой ответственностью.

Эх, ладно.

Я придвинул стул к столу, за которым уже о чем‑то спорили Ядвига и Веласкес, взглянул на кипу бумаг.

– Статы, анкеты, описание тактик и Спецификаций, – кивнула на файлы Ядвига. – Посмотри, полезно будет. Вдруг что нам посоветуешь.

Сказано было с известной долей иронии, что меня не могло не задеть.

– Для начала я выслушаю ваш план, – я нагло откинулся на спинку стула и на манер американских президентов задрал ноги на стол. – У вас наверняка уже должна быть выработана стратегия. Ведь так?

Девчонка на провокацию не поддалась. Только губки поджала:

– Копыта убери. И начни изучать врага. Барбарианцы ошибок не допускают, так что твои кульбиты и тараны в этот раз не помогут.

Удар ниже пояса!

Но дальше цапаться я не стал. Не было настроения. Вместо этого взял первый попавшийся лист бумаги, вчитался. И не смог скрыть удивления.

Все бойцы первым развили Спецификацию «Убийца». Обычно любые удары в «Престолах» наносят Урон с разбросом ‑30 % от максимального. Шанс нанести максимальный от завяленного в описании приемов и оружия – невелик. А первый уровень «Убийцы» уже сокращает разрыв до ‑15 % от максимального, дает бонус к атакам режущим оружием. Все последующие развития только улучшают навыки, добавляя по одной способности. Повышенный шанс нанести критическое повреждение, бонус к атакам метательным оружием, подсвечивание уязвимых точек…

«А парни‑то и вправду не пальцем деланные. Особенно, с учетом того, что все они грамотные фехтовальщики…»

Я проговорил неуверенно:

– Ну, прорвемся как‑нибудь.

– Правильно! – поддержал Рагнар. – Будем мыслить положительно.

– Ага, – я кивнул. – Ведь положительные эмоции возникают только тогда, когда на все положил.

Глава 13. Побоище

Рагнар выглядывал из‑за спины Ядвиги и рот у него не закрывался. Помогая девчонке застегнуть пряжки доспехов, седой велет рычал от избытка чувств:

– Хорошо, что вы взяли тридцатые уровни. Молодцы. Даже Веласкес набил, хотя магам опыт дается намного труднее.

– У меня тридцать первый, – похвастался я, борясь с застежками наручей.

– Даже не хочу знать, где ты его получил, – осклабился людоед. – Больно рожа у тебя хитрая.

– Ну вот, – я со вздохом вогнал меч в ножны, – всегда люди судят по стереотипам. Раз рыжий, значит – хитрый. А ведь я простой, рубаха‑парень, в жизни кирпичи за пазухой не носил.

– Я сейчас расплачусь, – скривилась Ядвига. – Из тебя такой же ранимый интеллигент, как из моих портянок – чулки.

– О, мы уже настолько близки, милая барышня, что речь зашла о вашем белье…

– Тихо! – гаркнул Рагнар.

Великан, наконец, справился с панцирем Ядвиги, отступил на шаг.

– Я говорю: хорошо, что вы новые уровни взяли… Цыц, я сказал!.. Так вот, перевели вас, бравые вы мои, в новый дивизион. Согласно регламенту Турнира, если все соперники идут ноздря в ноздрю по Спецификациям, дивизионы сдвигаются.

– Тогда не перевели, а просто уровень дивизиона повысили, – педантично поправил горбатый маг.

Ядвига одобрительно кивнула. Рагнар цыкнул:

– Не умничай, энциклопедия. Главное, чтобы дошел смысл послания!

– А в чем смысл? Все сгорит?

– Типун тебе на язык! Смысл в том, дорогие мои, что новые ваши спеки на Арене очень пригодятся. Лис, что выбрал?

– «Разведчика» закрываю.

Велет презрительно засопел:

– Лучше бы нормальную мужскую Спецификацию выбрал, мордобойную. Ладно… Веласкес?

– Магию животных начал, – спокойно отчитался Веласкес. – Теперь к полному «Оборотню» бонус, как магический, так и в драке.

– Орел, Веласкес! Хороший козырь в рукаве! У всех маги хлипкие, но мощные в колдовстве, а у нас наоборот – волшебник так себе, зато в морду может дать крепко.

Горбатый маг сарказма не распознал и горделиво приосанился.

– Ядвига? – сощурился полевой командир.

Девчонка, проверяя балансировку клинка, уронила деловито:

– «Оборотень» закрыт, могу немного в волшбе Веласкесу помочь. Начала «Убийцу».

Рагнар вздернул палец:

– Вот! Хоть один нормальный боец в команде! А то не поединщики, а бродячий цирк какой‑то: разведчики, заклинатели змей…

– Волков заклинатели, – обидчиво вскинулся Веласкес.

– Вот и я о том же – вам бы к Куклачеву в труппу, а не на Арену.

Полог шатра качнулся, внутрь шагнул огромный велет. Показалось, что в шатре стало тесно.

– Хёвдинг! – вытянулся Рагнар.

Ульв де Варг взмахнул дланью, что на самом деле была когтистой лапищей, размером с лопату:

– Оставьте нас с наемником наедине.

Бойцы «Волков» без лишних вопросов выскользнули наружу. Рагнар, как мне показалось, сделал это даже с облегчением, стараясь на смотреть в суровый лик Ульва.

«Не верит в нашу победу? – пронеслось у меня в голове. – Заранее извиняется, что ли?»

Едва мы остались одни, Ульв разом сгорбился, тяжело опустился на стул. Огладив черную с проседью бороду, проронил:

– Рассказывай, наймит. Есть новости?

Голос хёвдинга звучал гулко, как из опустевшей винной бочки. Но порадовать узника «Престолов» мне пока было нечем.

– Ищу, даже землю рою, но пока ничего конкретного сообщить не могу.

Ульв метнул острый, преисполненный подозрения взгляд:

– Хорошо ищешь?

– Мог бы и лучше, – сказал я честно, – однако мешают.

– Новое покушение?

– Хуже. На Ренар, гм, на мои земли началась атака. Волкодав бросил приличное войско, боюсь, не устоим.

– Волкодав! – в сердцах плюнул Ульв. – Чтоб он в Пропасть угодил!

Я только усмехнулся. Никогда не верил в подобные страшилки: что в городские мифы, что в виртуальные, но сейчас был с хёвдингом солидарен. Неплохо было, если бы волкодав сгинул. Хотя, нужно признать, легенда о Пропасти заставляет шевелиться волоски на спине.

Этот крипи‑мем зародился в игровом сообществе примерно полгода назад. Медиавирус, получивший название «Кладбище артефактов». Суть в том, что, мол, где‑то на бескрайних просторах Интернета, в облачных сервисах, на миллиардах серверов, где‑то есть место, которое шепотом называют Пропастью.

В Пропасть улетают несохранившиеся осколки игр. Кто его знает, почему это стало происходить. Прихоть судьбы? Взбесившийся искусственный интеллект, аналогов которого полно в онлайн играх? Ошибка разработчиков, втайне от себя создавших новый мир?

Ответов не было.

Легенда гласила, что эта Пропасть существует. Что она – лоскутное одеяло из миллионов игр, что в ней находили последний приют программные артефакты, призрачные патчи и много чего еще. Базировалась Пропасть осколками информации по всему Интернету. И, чтобы удалить их, уничтожив Пропасть, нужно «всего лишь» убить весь Интернет.

Однако на этом легенда не оканчивалась. Говорили, что в Пропасть срывались и живые люди. Вот они рубились в дружной толпе друзей, побеждая очередного рейд‑босса, и… вдруг оказывались в совершенно незнакомом месте!

Без намека на какую‑нибудь кнопку выхода.

Запертые в Пропасти.

Навсегда.

А их тела или медленно угасали в рилайфе, или умирали. Ведь, погибая в Пропасти, мозг впадал в кому, из которой не было шансов выбраться. И ладно бы, если все было так просто, но Пропасть оставляла человека в той ипостаси, в какой он играл раньше. Более того, Пропасть меняла и его разум, ставила печать на его психопрофиле, по слухам, напоминавшую оттиск копыта черта.

Мутанты становились безумными тварями, животными; роботы – бездушными танками. Менялось навсегда восприятие человека, рушились моральные принципы и ломалась психика. Игрок в полной мере становился тем, за кого играл.

И, говорят, еще никто не смог выйти из чрева Пропасти. А потому там все игроки и сорвались с катушек, стали чудовищами с искалеченной психикой, отчаявшимися грешниками, которым вдруг стало все доступно и все можно. Мир без радости. Мир безумия, жестокости и бесконечного отчаяния. Мир, который всегда на грани последнего мига, где днем глохнешь от пистолетных выстрелов, а ночью не в силах уснуть из‑за плача вдов. Это настоящий ад…

Ну, по крайней мере, так говорят. Сам‑то в подобные истории не верю. Но…

Ульв прервал затянувшееся молчание:

– Наемник, помочь тебе с твоей землей не смогу. Вся наша армия уже три дня как в боевой готовности и каждый человек на счету. Выбираться из переплета придется самому, уж не обессудь.

Это не новость. Наемников ценят как механизм достижения целей, в друзья их никто и никогда не записывает. Впрочем, я и не надеялся.

– Но ты должен помнить, – прорычал с угрозой де Варг, – за твое задание мы заплатили круглую сумму! И еще заплатим! И мы подписали…

– Договор, – оборвал я резко. – Не стоит напоминать, хёвдинг. Я помню. И, как видишь, продолжаю работу.

– Плохо продолжаешь! Медленно! Мне нужны сведения! Ты свой Ренар потом отстроишь, когда все закончится. А сейчас ты весь наш, понятно?

Эк его придавило‑то…

– Яснее некуда, – сухо ответил я. – А теперь, не будете ли вы так любезны, хёвдинг Ульв де Варг, переместить свою истерику куда‑нибудь в другое место? У меня сейчас намечается бой с весьма серьезным противником.

Великан засопел. Рявкнул, обнажая клыки:

– Да плевать на Турнир! Тебе для другого пропуск был сделан! Волкодав – твоя цель!

Но все‑таки вскочил и вышел. Пер, будто напролом, снаружи, кажется, даже кого‑то повалил.

«Эх, – подумал я тоскливо, – и как я раньше не понимал, насколько это здорово, когда с заказчиками общается одна Лилит…»

Вздохнув, я двинулся к выходу. Но не успел пройти и пары шагов, как в личку стукнулось системное сообщение:

«Услуга „Ночной дозор“ докладывает:

Ваши земли атакованы! Ренар в опасности!»

Вот, чего я опасался! Пока буду на Арене, они возьмут Поместье!

– Проклятый волкодав! – пинком я отшвырнул с пути стул. – Следит ведь за мной, паскуда!

В шатер сунула нос Ядвига, спросила мрачно:

– Чего мебель казенную ломаешь, псих одиночка?

Я только рукой махнул.

– Ну, раз не хочешь отвечать, тогда пойдем, Серый Лис. Нас вызывают на Арену.

Я ответил с уверенностью, которой не ощущал:

– А что голос такой печальный? Не кисни, девочка. Знаешь, какой девиз у Гильдии теней? Невидимые и всемогущие. Всемогущие, осознала? Значит, – справимся!

Ядвига кисло кивнула, кажется, ее моя бравада не слишком приободрила. И пофигу, говорил‑то я больше для себя.

* * *

На этот раз жребий соревнования выпал иной. Коней и турнирных копий не было, зато на Арене воссоздали всем и каждому знакомую формулу «захват флага».

– Магией флаг не утащить, – сказала Ядвига, рассматривая карту театра боевых действий. – Только руками. Но это не значит, что про волшебство стоит забыть. Маг у барбарианцев хорош. Есть идеи?

Виртуальность позволяла реализовать любые причуды, которые в рилайфе попросту невозможны. И сейчас на турнирном поле не было деревянных декораций и фальшивостей. Только самое настоящее холмистое поле, словно специально перекопанное и засеянное высокой, выше колена, травой. Множество завалов и оврагов, крошечные лесочки и рощи. Даже болотце примостилось в углу карты.

Ключевые точки расположились на Арене вершинами равнобедренного треугольника: «Замок» и две «Цитадели».

Последние представляли собой две одинаковые башенки, метров пяти в высоту. Строения вообще без какой‑либо хитрости: стены и, внутри, спиральная лестница, ведущая к флагштоку на башне. Ни окон, ни укреплений, ни ворот. Вообще ничего – праздник минимализма.

«Замок» создан покруче. Восьмигранная стена в два человеческих роста, на ней дежурили НПСы‑лучники. Внутри двор, из центра которого росла башня с винтовой лестницей, обвивающей эту самую башню снаружи. На ее крыше развевался золотой флаг с лого разработчиков. И стражем его был замковый Хранитель сорокового уровня. Все, как при настоящей осаде. Только минимизированно везде, где только можно.

Под замком несла бурные воды речка, рассекая Арену надвое. Не дай бог в нее попасть: течение очень сильное, повсюду пороги. Хотя выглядит красиво: радуга над пенящимся руслом, свежесть и насыщенные цвета.

– Всего двое ворот, – когтистый палец Ядвиги, без намека на маникюр, царапнул пергаментную карту. – Они расположены на каждом из берегов. Едва поднимается тревога: опускается решетка, поднимается мост и лучники открывают огонь…

– Какие условия победы?

– Либо похитить флаг, отнести в свою Цитадель и продержать там его в течение минуты. Это победа стратегическая. Либо другой вариант – перебить вражескую команду. Если потом флаг не захватишь – дается лишь половина очков. Так что тактическая победа нам не особо нужна. Ведь по итогам сражения всех клановых Дивизионов каждый балл на счету.

– Понятно…

– Есть варианты?

Я задумался.

По сути, сценарии «захвата флага» никогда не предусматривали особой гибкости. Обычно все неожиданное случается уже в бою, проистекая напрямую из достижений или ошибок игроков.

– Думаю, – сказал я решительно, – нужно прорываться к замку на вторых ролях. Чтобы силы противника истощили стрелки и Хранитель. Барбарианцы захватят флаг и бросятся домой. А тут мы выскакиваем из‑за угла и… бац! Даем по рогам и отбираем флаг!

Ядвига уважительно кивнула.

– Очень умно! Думаю, противник никогда не догадается, что мы затеяли. Ты настоящий стратег, Серый Лис.

Распознав яд в словах девчонки, я надулся.

– Что не так?

– Барбарианцы действительно сильны в бою, – сказала Ядвига жестко. – Что им мешает сначала найти нас на карте, перебить, а потом уже думать о флаге?

Я заглянул ей в глаза:

– Думаешь, мы не справимся в честном бою?

Ядвига взгляд предательски отвела:

– Даже если и справимся, тогда о захвате флага можно и не думать. Восстановление ХП запрещено, а недобиткам и огрызкам при осаде делать нечего.

Логично.

– Если они выберут твой вариант, – сказал я, – в таком случае приступим к плану «Б».

Ядвига сощурилась:

– Это еще что за план?

– Ну, девочка, ты что, забыла, с кем имеешь дело? Я же разведчик и ассасин. Могу незамеченным в любой банк пробраться.

Секунду Ядвига обдумывала мои слова. Потом морщины на ее лбу разгладились. Девчонка впервые приободрилась:

– Попахивает, конечно, самоубийством, но мне этот вариант нравится!

* * *

Герольды несли какую‑то пафосную чушь, на Арене визжал народ. Мы ждали перед входом, закрытым пока кованой решеткой.

Чуть побледневшая Ядвига поджала губы, изо всех сил делая вид, что ей все равно. Что‑то нашептывал горбатый маг Веласкес, то ли заучивая заклинания, то ли твердя молитву.

Одному мне было не до битвы. В личку то и дело сыпались сообщения о ходе военных действий в Поместье. Там началась массированная бомбардировка, перебили уже два десятка моих воинов, зажигательным снарядом спалили к чертовой бабушке развитый до третьего уровня Склад, что грозило обернуться голодом. В общем, нужно побыстрее решать проблемы на Арене и дуть домой. Что бы там ни говорил Ульв.

– Пора… – шепнула Ядвига.

Она хотела было первой шмыгнуть под решеткой, но я ее опередил. Выбежал на Арену. По спине побежали мурашки от странного ощущения. Вроде бы бежишь по траве, черт знает где, среди рытвин и канав, вон, птички в роще чирикают, но в то же время постоянно ощущаешь на себе пристальные взгляды тысяч зрителей.

«И каково в таких условиях будет ползти и пробираться? Наверное, буду чувствовать себя полным идиотом, активируя режим маскировки…»

Размеры Арены теперь превышали лигу в диаметре. Замок и башню врага отсюда было не видать. Зато нас «высадили» прямо у «дома». Цитадель из серого камня напоминала строение из детского аттракциона, где все предельно маленькое.

«В этой башенке, – подумал я, – даже развернуться негде. Спать и то придется стоя, как кони. Как же драться?»

Я остановился на территории респа. Над головой ветер слабо трепал знамя дома де Варг.

– Ядвига, Веласкес! Двигаетесь по берегу к нашему мосту.

Велеты, не сговариваясь, кивнули. Бросились на землю, а через миг из травы уже вылетели волк с пышной гривой и белоснежная волчица.

– Только осторожно! – крикнул я вслед. – Маг, ты уж не подведи, следи за эфиром.

И, не дожидаясь ответа, скользнул к краю Арены. Обернулся лисом, помчался, изо всех сил стараясь опередить барбарианцев. Знание тактики противника сейчас нам важнее всего!

По правде говоря, я сильно сомневался, что мой уровень лазутчика поможет незаметно стырить флаг из‑под носа Хранителя. Стрелков я еще, может быть, обхитрю, но Хранителя…

В личку продолжали биться сообщения о потерях в Ренаре. Без полководца там дела шли худо. С раздражением я закрыл панель сообщений и отключил оповещения. Нужно сосредоточиться. Если буду суетиться – провалю бой и здесь, и там.

Послышался гул, потянуло свежестью. Лисий нос почуял воду.

Я удивился. Почему‑то к запахам влаги и камышей примешивалась резкая вонь гниющих трупов и ржавеющего железа…

* * *

«Лис! – шепнула по клановой связи Ядвига. – Мы бежим по берегу. Пока все чисто. Кажется, опережаем».

«Смотрите в оба!»

Я упал на пузо, пополз. Вонь окрепла, окончательно испортив речную свежесть.

Почва под лапами стала мягче, на шерсть сыпался дождь из росы. Между стеблей замерцали пенистые воды. Ярлычок маскировки спокойно мерцал зеленым, и я рискнул осторожно высунуть из кустов нос.

Крепость НПСов больше всего напоминала причудливый мост. Или микро‑замок на четырех паучьих ногах.

Река омывала небольшой островок, над ее бурными потоками, изгибая спинки, нависли два моста. Казалось, крепость, словно каменное насекомое, приняла выжидающую позу и вот‑вот распрямит лапы‑мосты, совершив смертельный бросок.

А потом я увидел источник смрада.

Островок под крепостью был сплошь бурым от количества ржавеющего железа: истлевшие мечи, пробитые доспехи, скомканные шлемы и порубленные щиты. Из бурой земли торчали шипы наконечников копий и стрел, кое‑где виднелись еще совсем новые, с поломанными древками.

Сплошная ржа часто перемежалась белым и черным: кости животных и людей, надувшиеся от жары трупы. К счастью, хоть червей и мух не стали рисовать. Все‑таки Турнир – зрелище массовое, не стоит его портить расчлененкой.

Но самым паршивым было то, что Хранитель, вместо охраны флага, занимался поеданием падали у замка. Грифон, ростом с медведя, не жалея красивого белого оперенья, рвал могучими лапами на части трупы, страшно щелкал клювом. Крылья кое‑где уже испачкались в крови. Отрывая по громадному куску, грифон запрокидывал голову и торопливо проглатывал тухлятину. Тупые птичьи глаза внушали страх, а от громкого клекота шерсть на загривке становилась дыбом.

«Ребята! Срочно тормозите!»

Ядвига спросила запыхавшись:

«Что ты видишь, наемник?»

«Хранитель патрулирует периметр! Он на острове, не у флага».

«Какого хрена?»

«Я откуда знаю, я что – птичий бог?»

В голосе Ядвиги появилась ненатуральная заботливость:

«Чей бог? Ты пьян, что ли?»

От греха подальше я отполз поглубже в камыши, огрызнулся:

«Сама такая! Хранитель замка – грифон! У него голова же орлиная, вот я и…»

Ядвига не сочла нужным ответить.

Проследив их положение по миникарте (до моста «Волкам» оставалось полминуты бега), я спросил:

«Вы по берегу мчали?»

«Ага».

«Брод где‑нибудь видели?»

«Не‑а».

Значит, барбарианцы все еще на своем берегу. Мне и в облике лиса страшно соваться в воду, унесет течением, побьет о камни, – костей не соберешь. А они все в тяжеленных турнирных доспехах. В таких не поплаваешь.

«Что будем делать?»

Решение назрело само.

«Готовьтесь, будем окружать!»

* * *

Пару минут я нерешительно глядел в бурный поток, прикидывал силы, сомневался. Потом, вспомнив, что Ренар сейчас усиленно бомбят, а, может быть, уже даже пошли на штурм, набрал полные легкие воздуха и прыгнул.

Холодная вода обожгла, меня закрутило, дважды перевернуло. Солнечный свет исчез, перед глазами заискрили пузыри в синеве. На миг захлестнула паника. Я заработал лапами, но, когда меня крепко приложило о подводный камень, едва не крикнул от боли.

Перед глазами появилась уменьшающаяся полоска кислорода.

Течением меня уносило все дальше, в полутьме ничего не разобрать. Пришлось брать ситуацию в свои руки.

Я растопырил лапы, вцепился когтями в каменистое дно. Несколько раз срывался, но, наконец, смог остановиться. От недостатка кислорода уже давило в груди, а полоска сократилась больше, чем на семьдесят пять процентов. Тогда я пополз по дну, используя хвост на манер рулевого весла.

Однажды чуть не сорвался, чудом удержался, но перед глазами уже плясали кровавые мухи. В ушах гудело, все медленнее билось сердце.

«Вот будет смеху, – пронеслось в голове, – если я на Турнире утону…»

Кислорода оставалось менее двух процентов, когда течение ослабло, а вода просветлела. Из последних сил я оттолкнулся, погреб. А в следующую секунду уже вырвался на поверхность, задышал шумно, как лось. По‑собачьи погреб к берегу.

«Ты как там?»

«Нормально, – ответил, тяжело дыша. – Я на другой стороне».

«Ждем твоей команды».

«Заметано…»

Я выбрался на берег, отряхнулся. Взглянул на карту. Оказывается, течение пронесло меня под обоими мостами и я выгреб ниже даже того места, где притаились Ядвига с Веласкесом.

Камыши зашуршали, когда я осторожно двинулся вдоль берега. Значок маскировки помаргивал зеленым, рядом с ним утекал песок в часах, отмеряя продолжительность сорокапятиминутного боя. Уже прошло семь минут. Вот‑вот должен начаться экшн.

Я задумался.

Сорок пять минут на бой. Полных суток не хватит, чтобы сыграли все команды. Значит, Арену разделили на несколько подпространств. Скорее всего, сейчас все пятые Дивизионы кланов борются за право выхода в третий день соревнований…

Задумавшись, я сам не заметил, как выполз из кустов прямо за спинами барбарианцев…

* * *

«Лис, что дальше делать? – прозвучал в голове голос Ядвиги. – Лис, ау!»

Я лежал, целуя землю. Старался, чтобы даже шерсть на загривке не шевелилась. Вот это залет так залет…

Барбарианцы шли не таясь. Все, включая мага, в тяжелых доспехах, плащи поделены на две части черным и белым, в центре голова черного леопарда в профиль. Бойцы фамилии де Вальтур казались вырезанными из кости. У каждого копна рыжих волос, на левое плечо спадала коса. Безжизненные взгляды, напоминающих воздух подо льдом белых глаз, шарили по карте.

Дыхание севера, глаза изо льда и вместо сердца железо…

«Вижу их… – прошептал я одними губами. – Квадрат Д4. Движутся к Замку».

Секунду Ядвига переваривала услышанное, потом спросила:

«Что нам делать?»

Барбарианцы, несмотря на тяжелые доспехи, двигались почти бесшумно. Было что‑то в их походке уверенное, жесткое. И это не претензионное, не демонстративное, а естественное состояние – бойцы, опасные бойцы.

«Ждать… – шепнул я, провожая взглядом соперников. – Кажется, они не настроены на захват флага. Хотят для начала нас перебить».

«Тогда чего ждать? – удивилась Ядвига. – Может, пока броню поснимать, что б им легче бить нас было, а? Лис, что ты задумал?»

«Ты играла когда‑нибудь в стратегии?»

«Ну».

«Пробовала устраивать матчи на троих: два игрока и комп, где каждый сам за себя?»

«Пробовала – мне не понравилось. Давай, Лис, телись быстрей! К чему ты ведешь?!»

Я усмехнулся, стал отползать. Когда барбарианцы отдалились от меня метров на тридцать, вскочил, и на цыпочках, делая крюк, помчался к Замку. На бегу шепнул Ядвиге:

«Тебе не нравилось, девочка, ибо компьютера легко можно было использовать в своих целях, создав себе абсолютное преимущество».

В голосе Ядвиги сквозила откровенная злость:

«Еще один туманный намек, и я вместо барбарианцев найду тебя и выпущу кишки!»

«Спроси у Веласкеса, – вместо ответа сказал я, – умеет ли он по воде ходить?»

* * *

Люди не начинают войн просто так. Для начала нужно набраться сил, обновить войска, тщательно спрятать в рукаве туза или джокера, кому как нравится. И только потом выбрать подходящее время для решительно удара. Именно так и гамают в риалтаймовские стратегии. Ну, конечно, с учетом всех манипуляций по крафту.

И вот этот гладкий, веками отработанный алгоритм можно запросто сломать, если третьим в бою выступает AI. Он‑то всегда готов драться, хоть бронетанковыми кулаками, хоть одним пехотинцем. И есть одна хитрость, чтобы направить его агрессию в нужное русло. Называется – вынужденная жертва.

Я подползал к Замку с противоположного края Арены, двигаясь навстречу барбарианцам и Ядвиге с Веласкесом, когда к небу взвился возмущенный и полный дикой ярости клекот Хранителя.

«Нас заметили!!!»

Я ответил сквозь зубы:

«Отлично! Теперь мчитесь к барбарианцам!»

На карте в командном меню я видел, как Веласкес создал воздушный мостик над рекой и сейчас они вместе с Ядвигой перебегали его. Прямо под носом у возмущенного такой наглостью Хранителя. Веласкес, заметив, что грифон только орет, выстрелил в него из арбалета. И теперь уже монстру ничего не оставалось, кроме как пуститься в погоню.

Не успел я подбежать к стене Замка, как на карте появились новые фишки.

«Лис!!!»

«Вижу! Веласкес! Зови петов!»

Горбатый маг зайцем помчался в сторону, на бегу используя Спецификацию «Волчий пастырь».

Я прижался к Замковой стене, влез в меню и активировал навык «Тень». Неподалеку тут же взвились черные бураны, порождая мои копии. Я выделил на карте участок и дал команду «Следовать в указанную точку», а потом «Патрулировать местность».

Ваш отряд вступил в бой!

Все. Теперь отступать некуда.

Перед тем, как полезть на стену, я все же удостоверился, что битва начала развиваться по моему сценарию. Ага, так и есть: одновременно с появлением на поляне моих копий, из высокой травы выпрыгнула троица матерых волков. Отлично! Пусть будет свалка и мельтешение! По крайней мере, есть надежда, что барбарианцы не сразу заметят, что в команде «Волков Утгарда» одного не хватает.

Но времени терять нельзя.

Уповая только на Спецификацию «Разведчик», я полез на стену. В тяжеленных доспехах и без привычного снаряжения каждый сантиметр давался с трудом, но все же я продвигался.

А на плато шел бой. Самый настоящий, кровавый и беспощадный. Фигурки на миникарте мельтешили, сыпались цифровые отчеты.

Ядвига и Веласкес мудро не захотели оказаться между молотом и наковальней. Горбатый маг взял правее, кастуя призыв волков, а девчонка помчалась по берегу. К чести барбарианцев ее не упустили. Один из бойцов мгновенно вступил с ней в бой, за несколько выпадов успел «снять» с Ядвиги треть Здоровья. А в центре, как при столкновении двух товарных поездов, произошел настоящий взрыв. Хранитель налетел на воинов севера, льда и железа. Подмял одного, клюнул второго, походя уничтожил одним ударом волка Веласкеса.

Сердце колотилось, как безумное. Взбираясь по стене, я сам себя казался улиткой. На плато бой разворачивался с ужасающей скоростью. Уже один из барбарианцев отступил, уходя от схватки с Хранителем. Я догадался, что это их маг. Значит, второй станет его изо всех сил прикрывать.

Каково же было мое удивление, когда северянин действительно стал грудью закрывать собрата, но делал это так результативно, что Хранитель Замка из атаки перешел в защиту!

«Господи! – пронеслось у меня в голове. – Что это за звери?!»

Я почти добрался до мерлонов, когда моя Мана иссякла. Тени испарились под дневным солнцем, нанеся Урона так мало, что даже стыдно цифры называть. Хранитель, на пару с барбарианцами, прикончили всех волков Веласкеса, а его самого сейчас грамотно и шустро трепал боевыми заклинаниями маг северян. Доставалось и Ядвиге.

Девчонку теснили к воде. Каждый ее удар неизменно встречали профессиональным блоком, а защиту Ядвиги наоборот – регулярно пробивали. В командном меню я увидел сообщение уже о втором крите.

«Лис! – панически завизжала Ядвига. – Мы сливаемся!»

«Продержитесь еще минуту! Больше не нужно!»

Не знаю, услышала ли она в звоне мечей, но повторять уже не было времени.

Мои пальцы нащупали край стены, я рывком подтянулся, перебросил тело. Подкованные сапоги ударили в дощатый помост.

– Что?..

Удивленный НПС не успел договорить, я схватил его за шиворот, потащил по кругу. Чтобы не упасть, сработали заложенные программистами инстинкты, и НПС попытался ускориться, тем самым самолично давая нужную мне кинетическую энергию для броска. И через мерлон он перелетел с положенным ускорением, так и не успев осознать происходящее. Самбо – мудрейшее из борцовских искусств.

На плато очухался от шока Хранитель. Каким‑то образом завалил противника, придавил могучими когтистыми лапами и теперь люто бил острым, как копью, клювом. Только цифры Здоровья полыхали, будто новогодний салют.

Маг барбарианцев был вынужден оставить уже порядком покоцанного Веласкеса и переключился на Хранителя. Выдернул собрата из смертельного захвата, пульнул в грифона огненным шаром.

Я бросился к башенке. Ближайшего лучника приласкал ударом бронированного кулака в нос. Выхватил меч и вместе с луком перерубил третьего. Со слоновьим топотом помчался к винтовой лестнице.

Защитники поняли, что бой на плато досмотреть не удастся. Над Замком взвился тревожный вой рога. Лучники развернулись, накладывая стрелы на тетивы. К счастью, хоть Хранитель не стал возвращаться на зов.

Первые выстрелы меня не задели. Я грамотно скрылся за башенкой. Но вот на следующем витке снайперы меня чуть ли не изрешетили.

В колено что‑то мощно ударило, от нестерпимой боли я вскрикнул, упал. Тут же заработал локтями, стремясь уйти с опасного участка. Уже за башенкой позволил себе сделать паузу и выдернуть из ноги стрелу.

«Лис!»

Я вздрогнул. В голосе Ядвиги вообще не было места выражению – сплошная боль!

«Держитесь! – заорал я. – Уже забираю флаг!»

«Дурак! Хранитель вот‑вот вернется! Поторопись!»

Хреновая новость.

Я встал, вздохнул судорожно. И изо всех сил бросился на последнюю преграду. Прикрываясь щитом, наугад махал мечом, кажется, даже получилось отбить две или три стрелы. Зато остальные вышибали положенный Урон.

Но – вот и награда!

Я взобрался на крышу башни, схватился за край золотистой тряпочки, рванул. Флаг с хрустом сорвался с флагштока и безвольно обмяк в кулаке.

«Лис! Хранитель все бросил и летит к тебе!»

Я не сразу осознал смысл, занятый обратным спуском в замковый двор. А, когда осознал, понял, что мы эту битву проиграли. Я спрыгнул, и, когда в пятки ударила земля, над головой раздался полный лютой злобы и негодования клекот…

* * *

Не знаю, что у меня щелкнуло в голове. Наверное, просто в экстремальных ситуациях мозг работает в тысячу раз быстрее. Ну, или божественное наитие. Иначе просто никак не объяснить. По крайней мере, четкого плана на случай внезапного возвращения Хранителя у меня не было.

В небе мелькнуло здоровенная туша. Грифон, словно летающая корова, сделал круг над Замком. На толстых львиных лапах хищно распахнуты решетки когтей.

Я закричал, едва на меня пала тень пикирующего в атаке Хранителя:

«Веласкес! Пополни мне Ману! Срочно!»

Горбатый маг огрызнулся со стоном:

«У меня самого ее осталось на донышке!»

Срывая голосовые связки, я завопил:

«Делай, что сказано, сволочь!»

Может быть, на инстинктах, а может из‑за добавленных мною крепких словечек из репертуара Стальные Ятра, но Веласкес больше не спорил, кастанул мгновенно.

А дальше все завертелось с такой скоростью, что позже я толком не мог вспомнить ни одной детали боя.

Во‑первых, полоска Маны восстановилась на пятьдесят процентов.

Во‑вторых, в командном меню полыхнул сигнал «HELP» от горбатого мага, а затем иконку Веласкеса придавил могильный крест, снабдив соответствующим сообщением.

В‑третьих, успела что‑то сделать Ядвига. Ибо иконку мага барбарианцев раздавило всмятку таким же могильным крестом. Правда, Здоровье девчонки спикировало к значению «4 %».

В‑четвертых, я едва успел поймать в прицел одного из защитников Замка и крикнуть, уже в прыжке:

– Поменяться!!!

Заклинание «Лицедей» активировано!

Я бухнулся в пыль, а в сантиметре от меня с гулом стратегического бомбардировщика, заходящего на посадку, пропахал землю Хранитель. Замок задрожал, кто‑то из НПС не выдержал, повалился.

Вскочив, я на негнущихся ногах бросился к воротам. Смертельный дождь из стрел чудесным образом прекратился, а за спиной взревел остервенело Хранитель. Я мельком отметил, что у твари еще больше половины Здоровья.

«Интересно, – возникли вдруг отрешенные мысли, – удавалось ли хоть кому‑нибудь одновременно захватить флаг, перебить защитников и при этом убить всю команду противника?»

Хлопнуло, в спину ударила воздушная волна, – подняв облако пыли, грифон воспарил. Бедолага лучник, с которым я поменялся обликами, шокировано опустил оружие и большими‑большими глазами следил за приближением Хранителя. Мне даже показалось, что он вот‑вот начнет молиться.

Дальше смотреть не было возможности. И так понятно, что грифон в два счета размажет лучника в моем облике. Так что нужно поскорее делать ноги.

Я ударился о землю, в облике лиса промчался по наполовину поднятому мосту. Моему прыжку позавидовали бы олимпийские чемпионы! Под брюхом промелькнула лазурная река, а в следующую секунду я уже мчался к нашей башенке.

Заклинание «Лицедей» теряет силу!

Ваш облик вернулся к обычному.

За спиной заклекотало с обидой.

«Хрен тебе! – торжествующе подумал я. – Теперь ты меня не догонишь!»

На другом берегу быстро стихала битва. Иконку Ядвиги раздавило могильным крестом, командная связь пропала. Над Замком воспарил клокочущий грифон, пытаясь углядеть похитителя. Я как заяц петлял в высокой траве, уходя все дальше.

Так и не заметив меня, Хранитель бросился вымещать обиду на барбарианцах.

До башенки оставалась последняя сотня метров, когда в голову пришла еще одна идея.

Я перешел на шаг, выплюнул золотистую тряпку и вернулся к человеческому облику. А потом и вообще чуть ли не прогулочным шагом отправился домой, обмахиваясь украденной тряпочкой. Сердце предательски колотилось, но я изо всех сил делал вид, что мне на все пофиг.

Звуки битвы стихали вдали. Я приблизился к башенке, но заходить по‑прежнему не спешил.

«Только бы они не отступили! – мысленно помолился я. – Только бы дрались до конца!»

Тайком я поглядывал на небо. Но грифон мудро рассудил: лучше хоть кому‑нибудь набить рожу и сожрать барбарианцев, чем гнаться за шустрым лисом.

Небо и электронный бог откликнулись на мои молитвы. То ли барбарианцы не стали отступать, то ли Хранитель им этого попросту сделать не позволил, но перед моими глазами появилась шильда:

Поздравляем!

Половина условий для победы выполнена!

Команда противника уничтожена!

Пришлось прочесть заново, прежде, чем я поверил.

Мысленный вздох получился тяжелым, как жизнь праведника. Слава богу! Вывернулись, а ведь едва не провалили все к чертовой матери!

Демонстративно высморкавшись в похищенный флаг, я отправился цеплять его на флагшток. Обязательно на полметра ниже знамени клана «Волков Утгарда». Именно так и положено поступать с побежденными.

Глава 14. Козыри волкодава

Прекрасные виды турнирного поля поблекли, затих щебет птиц, прямо в воздухе появился черный квадрат. Говоря языком поэтов, в коридор под Ареной я вошел в глухом плаще тишины.

Старшие дивизионы и правители клана «Волки Утгарда» глядели с распахнутыми ртами. Обалдевший Веласкес хлопал глазами, его губы шевелились, но маг так ничего и не смог сказать.

То ли в коридоре было прохладно, то ли я успел так нагреться во время боя, но шлем сдирал я с полной уверенностью, что броня раскалена. Отстегнул фибулу, сдергивая плащ. Пояс с мечом принял подкравшийся на цыпочках слуга‑НПС.

Молчание прервала Ядвига.

Стройненькая, как тростинка, девчонка порывисто бросилась ко мне, обняла крепко. Моего уха коснулось ее жаркое дыхание:

– Спасибо! Господи, Лис, спасибо!

Ответить мне не дали. Коридор наполнился воплями, ругательствами, поздравлениями и аплодисментами. Честно говоря, я только и мог, что отвечать глуповатой ухмылкой. Сам еще до конца не мог поверить, что мы победили. Напряжение упрямо не желало отпускать.

Если перефразировать слова из знаменитого фильма: Серый Лис еще никогда не был так близок к провалу. Только спонтанный маневр нас выручил.

Нас с Ядвигой и Веласкесом потащили едва ли не на руках, мы веселой толпой прошли через Турнирный городок. Полог кланового шатра празднично откинут, на столе расставлены яства и напитки. Нас усадили, мне в пальцы сам полез кубок, уже до краев наполненный пахнущим пряностями вином. Передо мной очутилось блюдо с жареным гусем.

– За первую серьезную победу! – заорал Рагнар, вскидывая кубок. Красные капли дождем пролились на скатерть. – За первую, охренительную победу!

Ответом был дружный рев.

Мы выпили, я рванул гусиную ножку. Зажаренная до хрустящей тонкости кожица лопнула, брызнул горячий ароматный сок, на блюдо потек жир, янтарной смолой заливая яблоки. Я с наслаждением вонзил зубы в нежное мясо, проглотил, не жуя. Закусил кем‑то заботливо поданным хлебом, похрустел травками.

– Видели мы, – задыхаясь от переполняющих его чувств, заговорил Рагнар, – как вы бились! У нас нервных клеток попросту не осталось! Это надо же так драться?! Мы уже решили – схлопнулись парни и девчонки. Все, слились. А тут – на тебе! Гребанный финт, стратегия, даже, не побоюсь этого слова, тактика! Я лично прослежу, чтобы в наши учебники занесли этот бой!

Он перевел дух, обвел нас взглядом. Гаркнул восхищенно:

– Вашу мать – волки! Настоящие волки! Каждый из вас, даже ты, Лис, хоть и наемник, достоин носить греб нашего клана!

Я усмехнулся, принимая повторно наполненный кубок:

– Нет уж, волком не хочу. Мне как‑то лисом комфортнее.

– Нет, – вдруг проникновенно выдал полевой командир, – я серьезно. Подумай, вдруг да захочешь к нам в клан? У нас высокая зарплата, как видишь – лучшая в Гиперборее команда, постоянный кач. Наши топы перевалили за семьдесят пятый уровень…

– Не трогай его, – раздался мрачный голос, – он наемник. Таким дороже всего воля.

Рагнар кивнул, вскинул кубок:

– За находчивость и отвагу!

Отпивая вина, я заметил входящего в шатер Ульва. Хёвдинг показал мне большой палец, подмигнул. Я подмигнул в ответ. Но веселое настроение уже схлынуло. Тут же вспомнилось и основное задание, и нашествие на родной городок. Турнирная победа вроде как даже поблекла. Все‑таки, это не мои приключения. У меня своя работа. И эти клевые ребята за столом – мне только временные союзники. Я лишь на время взялся носить цвета их королевского дома. И это время скоро истечет. Кто знает, что будет дальше?

Я поднялся с сожалением. А как бы сейчас хотелось напиться в хорошей компании.

«Лилю бы сюда, Бродягу и Стальные Ятра, нашего умного великана Тора, молчуна Звездочета, Олегатора…»

Ядвига поднялась вслед за мной, догнала у выхода и как‑то по‑особенному тронула за рукав:

– Куда же ты? Мы ведь только начали праздновать.

Я улыбнулся:

– Ну, по большому счету еще пока нечего праздновать. Впереди четыре битвы. И в каждой напряжение будет зашкаливать.

Ядвига заглянула мне в глаза:

– Но мы ведь свою войну закончили на сегодня. Что мешает расслабиться?

Взгляда я не отвел, сказал честно:

– Моя война еще не закончена. Мой дом сейчас атакует тот, кто запер вас здесь. И я должен не только защитить амбары и мельницы, но и отстоять честь своего клана и освободить вас. Так что – прости…

Ядвига приблизилась на полшага. Я ощутил ее пахнущее яблоками дыхание. Удивительно, но, несмотря на свой рост, девчонка сейчас почти лежала у меня на груди, став сразу маленьким и хрупким созданием. Как они умудряются такое проворачивать?

– За что ты просишь прощения? – казалось, в ее глазах текло жидкое пламя.

– Вы пожертвовали своими жизнями, чтобы я смог выполнить задание. А я помню, что боль вы сейчас ощущаете по‑особенному. Мне жаль, что вам пришлось такое пережить.

Кажется, в миндалевидных глазах Ядвиги задрожали слезинки. Она прошептала с внезапной хрипотцой:

– Если бы понадобилось пройти это вновь, я бы ни секунды не сомневалась.

Я не успел ответить, ибо рот мне запечатали нежным, но в то же время страстным адреналиновым поцелуем. И он продолжался гораздо дольше всех положенных сроков приличия. На миг я даже пожалел, что придется уйти.

Оставив руки на моих плечах, Ядвига чуть отодвинулась с манерным смущением. Хитрый взмах ресниц притушил огоньки в ее глазах. Я услышал:

– Ты еще вернешься?

– Вернусь, но очень не скоро. Скорее всего – только для следующей битвы.

Девчонка напряглась:

– Что‑то не так? Я тебе не нравлюсь?

Ну, началось…

Я ответил честно:

– Нет, ну что ты – ты просто чудо. А новый опыт всегда удивительный и яркий. Еще никогда не целовался с велетом. Так непривычно, только клыки немножко мешают…

Мою болтовню оборвал звон пощечины. Щеку обожгло.

Пунцовая от смущения, Ядвига отстранилась и порывисто вернулась за стол. Рагнар весело подмигнул и заржал молодым конем.

Мне не оставалось ничего другого, как выйти.

Пусть уж лучше Ядвига на меня злиться, считает чурбаном и хамом, чем продолжит добиваться своего и соревноваться с Лилит. Во‑первых, шансов все равно нет. А во‑вторых, – злость для битвы более полезна, чем ревность.

И все же я вздохнул с сожалением, прежде чем шагнул наружу…

* * *

Разблокированная почта буквально завалила меня системными сообщениями.

Бомбардировка Ренара продолжается. Городская стена разрушена в двух местах. Воинство волкодава дважды шло на штурм, каждый раз откатываясь с незначительными потерями. Зато моя армия теряла слишком многих.

Я всмотрелся в карту боевых действий. Под ложечкой засосало.

Оба пробития в городской стене были в самых слабых местах: у Лилиного Сатора и Монастыря смерти. То есть в селениях, где отключены Хранители! Ведь ни Лиля, ни Бродяга не могут самостоятельно управлять ими, мод Смерти полностью взял управление их профилем на себя. Потому‑то, я так думаю, Лиля с Бродягой и отдали мне бразды правления, как единственному, кто сможет защитить Поместье.

«Но, – подумал я в смятении, – откуда они узнали о слабых местах? Почему не стали прорываться именно в Ренаре? Это ведь мне волкодав хочет отомстить!»

Спину вдруг полоснули когти холода.

Неужели все‑таки предатель в Гильдии? Кто‑то другой, не Бродяга с Лилей. Кто‑то, кому известно о всех операциях начальства и кто сливает это врагу…

«Я найду эту сволочь! – подумал я, сжимая до хруста кулаки. – Найду, и собственноручно прикончу!»

Я взглянул на часы.

Но сначала мне нужно созвониться с Дашей и вернуться в Ренар. Будем решать проблемы по мере их поступления. Иногда – это просто незаменимая тактика. Особенно, когда ты в гордом одиночестве.

Глава 15. Город в огне

Я выбрался с Арены и прямо с улицы прыгнул в телепорт до леса, а оттуда – в Ренар. Выскочил в заснеженном лесу, обратился в лиса и помчался к селению. Под лапами твердый наст, от мороза воздух невероятно прозрачен, звенели ветви деревьев.

Запах дыма я учуял издалека. И сразу сердце болезненно сжалось.

Через пару минут я выбежал на опушку. Все поле в проплешинах вскопанной снарядами земли, за городской стеной полыхало, чернили небо дымки. Их я насчитал девять.

Сообщения в профиле объяснили, что враг недавно произвел новую атаку. После чего отвел войска, а мои НПСы бросились тушить пожары. Получалось это у них не ахти – слишком мало крестьян и много раненных.

Когда я ворвался в город, чумазые крестьяне сразу зашевелились, бросились работать с удвоенной скоростью. Повысившаяся мораль добавила результативности. А как же – сюзерен вернулся.

Времени было мало. Меня в любой момент могли вновь вызвать на Арену. Потому вышел в профиль, обозрел стратегическое меню. Отдал все необходимые команды и приказал выйти в рилайф.

Полный опасностей и врагов нарисованный мир отступил.

Я стащил нейрообруч, нашел мобильник. Отхлебнул еще вчера забытого на столе холодного чаю. После третьего гудка ломкий девчоночий голос осведомился сварливо:

– Лис? Ты зачем из виртуальности звонишь?

– Из какой виртуальности? Я дома сейчас.

Мне показалось, что Дашка удивлена:

– Дома?

– Ну да. А что такого?

– Да так… ничего.

Я прервал:

– Ты мне лучше скажи, почему еще не у меня? Мы же договаривались, что ты заедешь!

– Я… я думала, что ты…

– Что?

– В игре.

Я фыркнул:

– Я был в игре. Теперь вышел. В чем проблема‑то?

– Ни в чем. Просто… ну, ты ж там на Турнире. Весь такой занятой. Че прицепился?

– Даша! – укорил я. – Не придумывай отмазки. Мы ведь договаривались, мне твоя помощь нужна. Так что срочно дуй ко мне.

– Ладно, через полчаса буду.

– Ага, только КВП не забудь!

Я отложил мобильник. Пару минут посидел, соображая, что делать дальше.

Пока думал, в личку стукнулось сообщение.

– Открыть.

Голографический экран свернул изображение Ренара до маленького окошка, выдвинул на первый план послание Ульва.

«Лис, не знаю, что будет дальше.

Сейчас у клана „Волки Утгарда“ три из пяти побед. Новый бой (Четвертого дивизиона) мы, скорее всего, проиграем. По крайней мере, начало там очень плохое. Барбарианцы пришли в себя и теперь рвут на Арене всех и вся, начиная от врагов, заканчивая НПСами и петами. Жуткая картина.

Но важно другое. Только что я получил письмо от волкодава. Этот сукин сын пишет, что, если мы добровольно не проиграем и не покинем Турнир, в каждый следующий час он начнет публиковать по одному секретному клановому документу. Понимаешь? Это подробности работы с наемниками, тайные договоры, интриги и прочее. Как ты и сам догадался, накопилось всего очень много. Скандалы будут серьезные. Однако боюсь, что волкодав припишет и от себя кое‑что. Так, чтобы разжечь пожар гарантированно, ведь разбираться в истинности уже никто не станет, если опубликуют хотя бы часть правды. Страшно даже подумать, куда все это приведет.

Пока от глав „Ордена инквизиции“ и „Иггдрасиля“ я ничего не получал, но подозреваю, что и им прислали подобные сообщения. Так что – землю рой, но достань мне этого подонка! Понимаешь? Если ты его не найдешь, ты не просто провалишь задание. Весь наш привычный мир рухнет! Так что – действуй!

Хёвдинг Ульв де Варг.

P.S. А чтобы у тебя не оставалось сомнений, в качестве еще одной мотивации работать быстрей и лучше, скажу, что, согласно жеребьевке, в новом бою на Арене ты станешь драться с тройкой „Ордена инквизиции“. Помнишь, кто в ней? Вот‑вот, твоя бывшая работодательница Лилит».

М‑да… веселуха…

Если Даша все‑таки приедет – передам ей права на управление Поместьем. Мне нужно срочно вернуться к поиску волкодава. Эта сволочь наглеет, а у нас по‑прежнему нет ни одного инструмента для борьбы с ним.

В задумчивости я сходил на кухню, нормально позавтракал, выпил чаю. Когда заканчивал мыть посуду, в дверь робко позвонили.

– Привет, – сказал я, открывая дверь.

Даша взглянула с подозрением:

– Ну? Что тебе нужно?

– Какая‑то ты нервная, – удивился я, отошел в сторону, пропуская малявку в квартиру. – Случилось что?

Дашка махнула рукой:

– И не спрашивай.

Ну и ладно. Не очень‑то и хотелось.

Проверив состояние дел в Ренаре, я провел Дашу на кухню, налил чаю. Выгреб из ящика горсть конфет. И, дождавшись вопроса, стал рассказывать. О Моде смерти, про волкодава, предателя в Гильдии, проблемах Лилит и прочем.

Даша слушала настороженно. Двумя руками удерживая кружку, пила по глоточку, держала ушки на макушке. Но – молчала. Даже не было всяких, соответствующих моменту, возгласов типа: «да ты что?!», «нифига себе!», «ух, какие дела творятся в нашем королевстве!»

Рассказывая, я думал:

«Ну чем мне сможет помочь эта козявка? Сомневаюсь, что кроме умения метко стрелять, в ней кроется еще и тактический гений. Как бы она не провалила все к чертовой матери…»

Но делать было нечего. Драться еще и за Ренар у меня просто физически не получится. Мне нужен помощник. Хоть какой‑нибудь.

Дослушав, к счастью, Даша не стала задавать глупых вопросов, вроде «почему не обращаетесь к администраторам». Все‑таки я достаточно внятно обрисовал ситуацию. Девчонка оставила ополовиненную чашку, сказала со вздохом:

– Ну, ладно. Веди, показывай, где там у нас война идет. Только учти – времени у меня не много. Так что посижу только до вечера.

Я кивнул:

– И на том спасибо.

В молчании Даша стала распаковывать КВП.

* * *

– Произвести синхронизацию аккаунтов? – деловито осведомился КВП. – Предупреждение: не доверяйте никому свой пароль, это может быть опасно.

Я подтвердил, что синхронизация нужна, я в трезвом уме и ясной памяти, а второй КВП – доверенный источник.

На наших с Дашей голографических экранах появилась гусеничка загрузки. Мои пароли и точки доступа, права на управление Поместьем и многое другое быстро передавалось Даше. Кроме того, я еще проводил и устный инструктаж.

– В казну не залазь, это неприкосновенный запас клана, – когда я это произносил, в лице не дрогнул ни один мускул. Я даже удивился – можно идти в политику, вон как брешу, даже не краснею. – Только если совсем станет худо, понятно?

Дашка кивнула. Малявка удобно расположилась на моей раскладушке, брезгливо сбросив на пол книги.

– Внимательно следи за повреждениями домов. Сломается одна ферма – не сможешь поставлять в армию снаряжения или лекарства, понятно? Старайся управлять Хранителем из Ренара. Пусть подключается к войне. Он сейчас активирован, но автоматика настроена так, что начнет драться только тогда, когда опасность будет угрожать Ренару. А у этих сволочей будто осведомитель свой есть! Хотят перебить вначале все наше войско, опустошить Монастырь смерти и Сатор, а потом только уже сломить моего Хранителя. Один в поле, как знаешь, хоть и воин, но ненадолго.

Вопреки всегдашней манере, Даша вела себя непривычно спокойно. Не материлась, не шутила плоско и ниже пояса. Неужели настолько прониклась серьезностью момента?

«Тогда, – подумал я, – у нас и вправду есть шанс избежать участи Пекла».

Синхронизация завершилась успешно и на Дашином мониторе появилась иконка стратегического меню. Она ввела пароль и логин, я отправил подтверждение, что передаю права, и клиенты «Престолов» запустились.

– Ну, – сказал я, бросая взгляд на часы, – «нырнем» в Поместье?

Возражений не нашлось.

* * *

Едва мы вернулись в Ренар, перед глазами появилась шильда, сообщающая, что все «золотые» ремонты поврежденных зданий окончены, пожары погашены, дыры в стенах заделаны.

– «Золотые» ремонты?

Тонкая, манерно выщипанная бровь эльфа взлетела.

Я ответил, продолжая бессовестно врать:

– Это были средства из специального ресурса для именно таких случаев.

– А, ну‑ну.

Но сарказм в голосе эльфа уступил место легкому офигеванию, когда появилась полная статистика Поместья. Оказалось, что теперь численность вражеского войска такова: восемь сотен крестоносцев, пятьдесят пять снайперов, полсотни стрелков, пять магов и столько же осадных орудий. И всю эту толпу вполне нормально обслуживает, лечит, восстанавливает, кормит и ремонтирует огромный обоз обеспечения.

Глядя на армию вокруг Поместья, Стальные Ятра выдохнул:

– Лис, ты куда меня привел?! Здесь же полный аут!

Мне и самому было не по себе, скребло по сердцу. Но я все же добавил в голос весь оставшийся оптимизм:

– А когда нам было легко, Дашка? Справимся! Фигли. У нас есть еще целых полтораста воинов, столько же раненных калек и один Хранитель двадцать седьмого уровня. При желании, мы бы только втроем эту орду перерезали, ведь так?

Остроухий снайпер с сомнением поскреб в затылке.

* * *

– Нафига тебе еще геморрой со строительством? – спросила Даша, когда я вызвал соответствующее меню. – Проблем мало?

Вместо ответа я спросил:

– Глянь, сколько у нас бутылок восстановления делает целитель?

– Хм… сейчас… а, вот. Тридцать две.

– Умножь на три.

– Девяносто шесть бутылок в сутки.

– Умничка. Теперь посчитай, этого хватит для армии в триста голов?

– Ну… наверняка же должен быть запас на складах.

– Он и был. Только вот осада уже вторые сутки продолжается. А лечить одного и того же воина нужно часто и много.

Эльф замялся. Я сказал мягко:

– То‑то же. Давай, улучшай лекарский домик в Ренаре. И ускоряй за «золото».

– Это тоже из особого резерва деньги?

– Конечно, – беззаботно ответил я.

– Дай угадаю, – задумчиво предположила Даша, – уж не тот ли это особый резерв, из которого транжирить деньги разрешено тебе одному?

– Ты умна не по годам.

Эльф криво усмехнулся, сказал ядовито:

– Ну, так Лильке и надо.

И, прежде чем я потребовал объяснений, он уже принялся за работу. Подумав, я решил махнуть рукой. Подростки – народ странный и непонятный, как инопланетяне.

Так, что у нас с гастарбайтерами? Мастерские построены, открыв доступ к строительству боевых машин и к возведению Инженерного цеха. Хорошо, сразу начинаем тогда постройку баллисты. Будем матереть постепенно.

Еще?

Литейные мастерские готовы в Ренаре. Их даже успели разбомбить и заново отстроить. Значит, приступим к сооружению Лаборатории алхимика, что позволит работать с металлами и всякими химическими смесями. Ну а третье здание запустила Даша, начав апгрейд Лекарского домика.

Что еще нового?

Ваш инженер нашел на поле битвы кое‑что, что Вас заинтересует.

Ну‑ка…

Предмет: «Механический артефакт».

Характеристики: Подарочный, квестовый.

Ценность: Неопределенна.

Вы можете использовать предмет для улучшения характеристик механических предметов.

Внимание! После использования артефакт нельзя вернуть!

О, надо же. Давненько мне не попадались геммы артефактов.

Соединить предметы «Складной арбалет» и «Механический артефакт»?

Они еще спрашивают!

Послышался стук молота по железу, арбалет скрыла дымка. Когда он снова появился, в уголке иконки теперь был кружок с цифрой «3». Окно справки сообщило, что выросли показатели дальности стрельбы и бронепробития. Не успел обрадоваться, как выскочило сообщение, что для развития предмета «Складной арбалет» осталось всего два слота.

Ну и ладно…

На периферии зрения замигало голубым. Я спросил удивленно:

– Ульв?

Голос хёвдинга звучал как из бочки. Видимо, «Телепатия» не выдерживала нагрузки на сервер, ведь на Арене сейчас аншлаг:

– Лис, ты нам нужен.

– Что случилось?

– Через полтора часа начнутся бои младших дивизионов. Пока считаются очки побед‑поражений, вы продолжите биться. Ваш дивизион гарантированно шагнул на ступень выше, как и бойцы «Ордена инквизиции». Так что – готовься. У тебя будет особенный бой.

С Лилей…

– Понял, – ответил я мрачно. – Буду через час.

Ульв попрощался и заклинание «телепатия» погасло. Настроение испортилось окончательно. Дело не продвинулось ни на шаг, а ситуация все продолжает ухудшаться. Неужели в этот раз Гильдия сольется?

Черт! Как не хватает команды! Одному всего просто не успеть.

«Хорошо, – подумал я, – что хоть Дашка со мной…»

Не успел додумать, как пришло системное сообщение. Я открыл и…

Чем дальше читал, тем меньше верил в реальность происходящего. Сухие отчеты резали по живому:

«Хранитель селения Ренар введен в спячку…

Городские ворота открыты…

Все ресурсы клана „Гильдия теней“ и Поместья теней проданы на Аукционе по самой низкой цене в 1 (одну) серебряную монету за единицу ресурса…

Казна клана „Гильдия теней“ опустошена: деньги подарены игроку „Стальные Ятра“…

Воины Поместья теней получили приказ сложить оружие и сдаться…

Услуга „Ночной дозор“ отключена…

Враг пошел в наступление…»

«Внимание! Если вражеские юниты захватят Ваш замок, Вы не сможете больше им управлять…»

Что за херня?!!

– Даша!

Я закрыл к чертовой матери панель сообщений, отыскал глазами эльфа. И вновь ощутил, как захлестывает отчаяние.

Стальные Ятра забрался на вышку для стрелков и сейчас методично, спокойно и, что самое паршивое, – результативно убивал моих крестьян и воинов.

– Даша!!!

Эльф обернулся, секунду мы смотрели друг другу в глаза, потом девчонка опустила взгляд. Пожала плечами, буркнула по внутренней связи:

– Ничего личного, Лис, – это бизнес. Мы же наемники – воюем за того, кто больше платит.

И, наложив стрелу на тетиву, «сняла» еще одного крестьянина.

«Она спятила!»

Сейчас я ей дам по ушам, наемница хренова!

Я поспешно влез в профиль, кликнул по иконке «выход из виртуальности»…

Е‑мое…

Точнее, я должен был кликнуть по иконке «выход». Теперь же на ее месте красовался незнакомый логотип: череп и скрещенные кости.

– мод Смерти… – прошептал я потрясенно. – Она заразила меня!!!

Со стороны городских ворот нарастал гул: воины волкодава орали триумфально, звенело оружие, от топота дрожала земля. А сделать я больше ничего не мог…

Часть третья. Волкодав

Глава 1. До последней капли

За короткий миг в моей голове сменились сотни мыслей. Так же, как несколько раз кардинально менялся вектор настроения: от полного отчаяния, до бешеной злобы.

Последнее, к счастью, одержало верх.

Не помня себя, рванулся к вышке. На бегу сорвал с поясницы арбалет, в два щелчка он раздвинулся, привычным движением лег на тетиву алхимический болт.

Даша заметила. И, к моему негодованию, мгновенно развернулась в мою сторону. Мелькнуло белое оперение, эльф даже без прицеливания спустил стрелу с тетивы.

В плечо ударило, перед глазами полыхнуло. Я не выдержал, упал на одно колено. От боли в глазах помутилось, сердце застыло в спазме.

Вот, значит, что чувствовала Ядвига, когда прикрывала мой отход с флагом. Господи! Боюсь себе представить, какие мучения испытывала на тракте Eretica!

Сердце екнуло, с трудом, как перегруженный двигатель, забилось, разгоняя вскипевшую кровь. Злость ударила в голову.

– Сволочь! – прошипел я.

Чудом я увернулся от новой стрелы, спрятался за углом. Тут же, уже не думая о целостности строений Поместья, высунулся и разрядил арбалет. Болт с хрустальным наконечником, полный химической дряни, пролетел над головой эльфа, который успел к тому моменту наложить новую стрелу и даже пустил ее в меня.

Меня опрокинуло. Я застонал, инстинктивно царапая грудь, где между пластин теперь торчало белое оперение. Где‑то за закрытыми веками полыхнуло, кто‑то закричал. Титаническим усилием воли я заставил себя подняться. Хотел было выдернуть стрелы из плеча и груди, но новый приступ боли отбил такое желание. Проклятая малявка стреляла особыми стрелами с шипастыми наконечниками. Хрен их выдернешь без помощи врача. А, если все‑таки выдернешь, попросту захлебнешься кровью. Пришлось в лучших традициях Рэмбо ломать стрелы, чтобы сильно не мешали.

Вышка для стрелков была объята пламенем и дымом, как Эмпайр Стэйт Билдинг одиннадцатого сентября. Усиливая аналогию, метался в огне хрупкий эльф. Наконец, он не нашел ничего лучшего, чем сигануть через бортик. Грохнулся кулем у сарая, затих на мгновение.

Этого оказалось достаточно, чтобы я успел подбежать. Арбалет вернулся в ножны, а в моих руках оказались два меча.

– Зачем ты это сделала?! – заорал я, когда эльф поднял покрытое копотью лицо. – Даша, твою мать! Зачем?!

Секунду мне казалось, что малявка хоть что‑нибудь скажет, хоть как‑то покается или назовет, в лучших традициях детективов, имя заказчика, но не тут‑то было…

Козявка взяла хитростью. Ее ладошка рванулась к сапожку, блеснуло широкое лезвие. Мою лодыжку обожгло.

Да что за нахрен?!!

Адская боль лишила меня остатков благородства и рыцарства.

Я инстинктивно ударил сапогом прямо в лицо Стальные Ятра, эльф хрюкнул, заваливаясь на спину. Я тут же оседлал тонкую, как у ботаника, грудь и принялся бить.

Лупил рукоятями мечей до тех пор, пока от холеного личика эльфийского снайпера не осталась кровавая каша. Затем, вкладывая в удар всю горечь, отделил мечом остроухую голову от туловища.

Враг повержен!

Но радоваться было рано.

Враг в городе!

С трудом я поднялся, глаза слезились от дыма. Повсюду слышались звуки битвы: звон железа и крики, крики, крики. Только через миг я сообразил, что на самом деле никакой битвы нет. Дашка отключила мое воинство и теперь защитники безропотно, как бараны на бойне, гибли под ударами волкодавовых бойцов.

Команда отклонена. Вы не можете отозвать права на управление Поместьем у игрока «Стальные Ятра». Ваш код доступа изменен.

Они обо всем подумали и все предусмотрели!

Теперь я всего лишь гость в Ренаре. Ничто мне больше не подвластно! Любую мою команду они купируют на корню. Твою…

– Дельта! Хранитель!

Вот уж кто не должен слушаться приказов чужаков!

И вправду – в ответ на мои крики подлетела пушистым комом собака, где‑то зарычало. Перед глазами появилась шильда:

Хранитель селения Ренар выведен из спячки!

Поможет ли это, когда на деревню надвигается тысяча бойцов вместе со стрелками и магами?

А – плевать!

Обугленная стена полуразрушенного сарайчика взорвалась. Развалив ее по бревнышку, вывалился гордый собственной силой и удалью крылатый пес Симаргл. Глянул на меня гордо, но с уважением, как на вожака стаи. Дельта на Хранителя старалась не смотреть. В ее глазах читалось отчетливое:

– Ну и хрен ли с того, что у него уровень выше и крылья есть? И дураку понятно – урод, вон, в Чернобыле и не такие родятся, телята с двумя головами там давно обыденность. Зато я породистая и могу ходить с хозяином где угодно, не только в клетке города.

Я потрепал псицу за холку, другой рукой отыскивая подходящие бутылки в суме. Нашел, разбил о панцирь. Мою фигуру окутало фиолетовое сияние, к ногам упали два подлых шипастых наконечника. Раны чудным образом затянулись, хотя от потери крови в левом сапоге до сих пор хлюпало.

Над головой раздался свист, такой мощный, что уши заложило. А в следующую секунду землю тряхнуло, к небу взвился огненный грибок. С пугающей красотой разлетелись обломки дерева и камня, объятые пламенем.

В стратегическом меню появилась отметка, что Литейные мастерские лишились половины энергии, а в самом здании начался пожар.

Тут же, словно и этого было мало, прилетел второй снаряд. На этот раз в хлам раскатало крестьянский домик, поубивав обитателей.

Я вдруг с невероятной отчетливостью понял, что Ренар и Поместье мне не удержать. Нож, который Даша воткнула мне в спину, вошел слишком глубоко. Я проиграл по всем фронтам. И от этой горечи сердце забухало тяжело.

– Ну что, друзья? – спросил я, меняя мечи на арбалет. – Поборемся напоследок, а? Как в старые добры времена – до последней капли крови?

Симаргл гордо рыкнул, а хитрая Дельта потерлась головой о колено.

* * *

Первых встреченных врагов я попросту спалил. С превеликим наслаждением проследил, как взрыв алхимического болта разметал хрупких НПСов, забросив на крыши сараев руки‑ноги отдельно от туловища.

Та же участь постигла небольшой отряд, который возглавлял крестоносец на коне. Огонь уничтожил врагов, а кавалерист на гибнущем питомце, промчался мимо, напомнив мне всадника Апокалипсиса: те же безумные крики и волшебное пламя.

Спину прикрывали Симаргл с Дельтой. Собака заманивала, а Хранитель рвал на части соблазнившихся легкой наживой врагов. Дельта подтявкивала, когда надо, догрызала раненых.

Я щедро тратил алхимические заряды. Чувствовалось, что не пригодятся мне они больше. Так что хотелось покинуть эту сцену красиво, с огоньком, в самом прямом смысле.

Единственное, – старался выбирать жертвы послабше, чтобы эффект был круче. Как, например, во‑он то отделение стрелков, которое я мастерски спалил одним выстрелом. Чувство собственного достоинства сразу взлетело до небес. Надеюсь, эту битву волкодав запомнит навсегда.

Несколько минут мне везло избегать урона. В родном доме, даже под чужим управлением, и стены помогают. Подсознательно я старался не соваться под выстрелы, хватит мне дырок на шкуре. Теперь я отлично понимал чувства Ульва и моего Дивизиона на Арене, понимал и безмерно зауважал. Нужно быть самоотверженным героем, чтобы идти в бой, зная, что боль будет в десятки раз сильнее…

Потом все сломалось.

Во‑первых, враги, наконец, поняли, где кроется подвох. Наверняка атакой на Ренар управлял человек. НПСы перестали бездумно ломиться за Дельтой и выпрыгивать, в лучших традициях штурмовиков из «Звездных войн» под мои выстрелы.

Во‑вторых, огонь артиллерии сосредоточился только на Ренаре.

И, самое мерзкое, в‑третьих, вернулась Дашка.

Видимо, ей показалось мало предательства. Теперь решила приложить руку и к победам волкодава.

Ворота Ренара проломили тараном, в образовавшуюся дыру хлынули воины. Я успел выстрелить дважды, а потом оставалось только бежать. Иначе нас бы затоптали к чертовой матери, невзирая ни на Дельту, ни на Хранителя. Вся тысяча НПСов сейчас неслась по улицам моего селения, напоминая стадо обезумевших буйволов.

Осаждающие теснили нас все больше. Вдобавок, Стальные Ятра вновь вскарабкался на захваченную вышку стрелков и теперь оттуда осыпал стрелами Хранителя. А стрелял он и вправду метко, не зря почти что выиграл первый приз на Турнире.

Самое отвратительное, что я не мог достать подлеца. Слишком далеко. Да и враги теперь не давали скучать, напрочь задавив возможность действовать стратегически.

Не помогали и тени‑двойники. Слишком быстро кончилась Мана. Потом метким выстрелом какой‑то химической дряни убили Дельту. Попутно снесли стену Склада, уничтожив запасы еды.

Небо застилал дым, повсюду горело, трещало, сыпались искры. В дыму мелькали тени врагов, беспорядочно летали стрелы. О нормальной битве уже и речи быть не могло. И последние алхимические болты я тупо выстрелял в направлении осаждающих. Даже не уверен, зацепил ли хоть кого‑нибудь.

А потом за нас взялись всерьез.

Участок дворика, где мы притаились, окружили. Симаргл захрипел в магических путах, но спасти его от волшебников я уже не мог. В несчастного крылатого пса полетели стрелы, болты, копья, дротики и метательные ножи. Я бросился было на выручку, но сзади затрещало. Я обернулся как раз вовремя, чтобы заметить, как валится под напором сотен закованных в броню тел забор. Телами НПСов захлестнуло, словно цунами.

Кого‑то я успел резануть, кого‑то пырнул коротким мечом. Потом один клинок потерял, второй выпустил из пальцев, когда лезвие застряло в груди крестоносца. И пришла тьма…

От дьявольски сильной боли дальнейшее я запомнил смутно.

Меня ломало, корежило, хрустели кости под ударами сапог. Кажется, я орал, когда броню пробивали огненные жала заклинаний и мечей. Перед глазами полыхало, во рту было солоно от крови.

Единственное, что поставило точку в этом театре боли, было сообщение:

Вы погибли!

А следом заиграли траурные горны. Появилась шильда:

Битва за Поместье теней проиграна!

Вы лишаетесь прав на управление поселением.

«Как будто раньше они у меня были…» – успел подумать я.

Глава 2. Время на исходе!

Вот такие пирожки с котятами…

Не помню, как долго я лежал на скованном морозом островке Лимба, прежде чем убедил себя, что все закончилось.

Боли больше не будет, битва окончена…

И все же, подниматься я не спешил. Почему‑то все внутри ныло от тупой боли, а щеки заливало краской стыда.

Мне доверились товарищи, а я не оправдал их ожидания. Проиграл, потерял свой дом и Поместье клана. Теперь Гильдия теней – сборище безземельных бомжей. Да еще зараженное какой‑то неведомой хренью.

Ну а Даша какова?!

Что заставило ее пойти на предательство? Вот уж на кого мог подумать меньше всего! Она же двоюродная сестра Лили! Как она решилась на то, чтобы разрушить ее бизнес и наплевать на все, что мы строили сообща? Ума не приложу…

Медленно я перевернулся на спину. Пару минут глядел в чернильную ночь, бесконечную и осязаемую одновременно. Потом сел.

Таймер показывал, что куковать мне здесь еще полчаса гарантировано. Еще узнал, что до назначенного Ульвом времени осталось меньше десяти минут. Значит, придется тратиться на «золотые» абилки.

«Много ли их осталось? – кисло подумал я. – Теперь все наши плюшки, включая казну, принадлежат Дашке…»

Зато теперь я понял, почему Лиля меня исключила из Гильдии. Еще не была уверена, заражен ли я и хотела оградить мой счет от грабежа.

«Неужели и ее карманы почистили? Тогда у нас катастрофа…»

И что мне делать дальше?

Поместье теней я потерял, личность волкодава не установлена. Как сейчас драться против «Ордена инквизиции», если в тройке дивизиона Лилит? Может, попытаться остановить бой хотя бы на минуту и переговорить? Как еще понять, что делать дальше?

Ответов не было.

Я поднялся. Заметил сообщение, что за бой в Ренаре получил немного Очков славы и теперь поднялся от «межевого рыцаря» до «рыцаря», догнав Лилит. Кроме того, заработал кучу опыта и взял подряд два уровня. С ними получил две геммы с «ложными воспоминаниями»: одну с приемом для стрельбы навскидку, другую с парирование и контрударом обоерукого мечника.

Раскидав очки, я оставил Дельту восстанавливаться обычным способом. А сам пошарил в Инвентаре и активировал «золотое» восстановление. Родовой камень был в Ренаре, а потому у меня спросили, на каком сервере хочу родиться заново? Я выбрал город Йотунбург.

Там все началось, там все и должно закончиться.

* * *

К Турнирному городку я дошел без приключений. Уже оказавшись в безопасности Арены (а точно ли в безопасности? Есть ли здесь где‑то вообще место, недоступное для волкодава?), влез в меню премиум‑магазина. Но ничего купить попросту не смог.

Мои кошельки в «Престолах» опустошены, а в другие виртуальные банки зайти не могу по очевидным причинам – нужен выход в рилайф.

Да уж. Положение с каждой секундой все завиднее…

К шатру «Волков Утгарда» я протопал в самом скверном расположении духа. Увидев меня, даже Рагнар побледнел.

– Что случилось? У тебя вид, будто только что с похорон.

– Так и есть. Какие новости?

– Да… как всегда. У тебя точно все нормально?

– Да ни хрена не нормально, но – забей. Рассказывай, что нового.

Рагнар кивнул, опасливо поглядывая на меня, начал просвещать:

– У нас три победы из пяти. Второй и Первый дивизионы слили барбарианцам почти всухую. Правда, винить их в этом не слишком хочется. Ты бы видел топов бледнокожих – жуть!

Я прервал:

– И чем это грозит нам?

– Пока неизвестно. Очки сейчас подсчитываются. Есть вариант, что наши топовые дивизионы в дальнейший Турнир не пройдут.

– А как же положенные пять серий боев?

Рагнар кисло усмехнулся:

– А вот так…

– Ну, не тяни!

– Да что тут рассказывать‑то? Если наши топы не пройдут, придется решать, кому из вас сражаться в следующем туре.

Видя недоумение на моем лице, полевой командир сообщил:

– Ну, вот смотри: если по итогам сражений мы наберем столько же очков, сколько и барбарианцы, – придется устраивать дополнительный бой. Называется по‑простому: «толпа на толпу». Все пять дивизионов.

– Это как бои на третий день Турнира?

– Не совсем, но похоже, ага.

Я протянул:

– Весело…

Рагнар понимающе усмехнулся:

– Да, только что‑то не тянет веселиться.

– Раньше надо было думать, – сказал я цинично, – когда твои подопечные бои сливали.

Седовласый велет развел руками и скорчил самую кислую мину, на которую был способен. А я чуть не хлопнул себя по лбу. Ведь Рагнар – боец из Первого дивизиона! Точно! Полевой командир – один из топов. Значит, это его с напарниками раскатали по Арене бледнокожие барбарианцы.

Правда, это прозрение теплых чувств к велету не добавило. У меня своих проблем по горло.

Махнув рукой, я прошлепал в шатер. Едва сдержался, чтобы не выругаться.

– Лис? – Ядвига порывисто встала из‑за стола.

Судя по ломким движениям, девчонка была сильно пьяна.

– Ага, это я.

– Мне нужно с тобой поговорить. Я так ждала тебя…

Ну что за нафиг?! Почему сейчас?

– Прости, милая, но у меня нет времени. Вот не поверишь…

– Милая? – переспросила Ядвига и пьяно улыбнулась. – Ох, Лис…

Не успел я опомниться, как высоченная, словно каланча, людоедка заключила меня в объятия и наградила продолжительным слюнявым поцелуем. От запаха перегара у меня в голове поплыло.

«Сколько же она выпила?!»

– Эм‑м…

– Молчи!

– Ядвига… гм… не кусайся!

– Прости, я нечаянно… – девчонка чуть отстранилась и так хитро улыбнулась, что слово «нечаянно» прозвучало насквозь фальшиво.

Я потрогал кровоточащую нижнюю губу, сказал сердито:

– Видишь ли, у нас впереди очень непростой бой…

Глаза Ядвиги сверкнули:

– Это из‑за того, что там Болотная ведьма?! Я возьму ее на себя!

– Ну уж нет! – Ядвига побагровела. Я постарался сказать мягче: – Мне нужно самому драться с ней.

– У тебя еще остались к ней чувства?

«А с чего она вообще решила, что чувств не осталось? Неужели Ульв ввел их в курс дела насчет предательства в Гильдии? И теперь Ядвига думает, что наши отношения с Лилькой разрушены? Что ж, вполне логично. Ульв мог рассказать. Чтобы его ребята знали, кому доверять, а кому не стоит…»

– Не в этом дело, – я постарался вложить в голос всю железобетонную уверенность, на которую был способен. – Речь идет о моем задании.

Ядвига пьяно восторжествовала:

– Значит, она и вправду предатель и заодно с волкодавом?! Тогда я лично ей кишки выпущу и на кулак намотаю!

«Силенок не хватит…»

– Нет, Ядвига, сейчас я мыслю исключительно как старший звена. Сугубо, даже трегубо, как турнирный «Волк Утгарда». И у меня для тебя отдельное задание. Очень и очень ответственное. Настолько, что доверить его смогу только тебе!

Ядвига икнула, сощурилась подозрительно:

– Это… какое же?

– Слушай внимательно и проникайся. Итак, Лилит не просто вампир, она качает еще и мага. Значит, – остальные инквизиторы станут защищать ее ценой собственных жизней. И мне нужно, чтобы вы отделили ее от основной группы. Понимаешь?

– Кажется.

– Ну вот. Вы отрежете ее от защитников, а потом за нее возьмусь я, – говорил я с такой серьезностью, что с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться. – А вы все это время должны будете сдерживать напор серых братьев.

– Мы справимся! – воодушевлению Ядвиги не было предела. – Лис, клянусь, мы все сделаем!

Она вновь попыталась меня обнять, но я уже был готов и ловко выкрутился. Бросился к выходу из шатра, крикнул:

– А сейчас проспись! Не дай бог учую запах перегара!

* * *

Ульва в Турнирном городке я так и не нашел. Пришлось просить Рагнара связаться с сюзереном по клановой связи. «Телепатии» и уж тем более письмам в личке я не доверял.

Наконец, за десять минут до начала боя, хёвдинг соизволил явиться. Был он мрачен, как сто чертей.

– Ну? – прорычал велет. – Что за срочность?

– Дела плохи, – «обрадовал» я его. – Волкодав совсем взбесился.

– И ради этого ты меня позвал?! – взъярился Ульв. – У меня тут полный хаос! На форуме опубликовали первый документ клана!

Я спросил сочувственно:

– И что? Как реагируют?

– Дерьмово! Мы пока сдерживаем панику, наши ребята отписываются, что это мол, фотошоп и прочая гадость, что ничего такого в делах «Волков Утгарда» не было, но, сам понимаешь, скоро этому верить перестанут.

Ага, особенно учитывая то, что чем больше документов опубликует волкодав, тем больше станет этих самых обиженных.

– Я нашел предателя в Гильдии теней, – я сменил тему. – Если тебя это утешит, больше проблем с этой стороны не будет.

– Нашел? Что значит «нашел»? – Ульв запустил когтистую пятерню в бороду цвета соли с перцем. – Разве это не Болотная ведьма Лилит? Я же тебе показывал скриншоты!

– Не Лилит, – отрезал я. – Это другой игрок. А те скриншоты – подделка.

– Уверен?

– Более чем. И тебе стоит хорошенько над этим подумать. Наверняка волкодав провернул такой же финт и с вами.

Секунду Ульв размышлял, что дало мне повод увериться в своей правоте. Потом хёвдинг спросил:

– И что? Ты поговорил с предателем? Теперь мы узнаем личность волкодава?

Сказано было с такой простотой, что у меня вновь закралось подозрение, что Ульв рассказал мне далеко не обо всех подробностях. Что‑то королевичи «Волков» утаили…

– Еще нет, но это вопрос времени. Мы достанем его в рилайфе, мне нужно только связаться с остальными наемниками.

– Как ты это сделаешь? Тебя ведь отрезали ото всех.

Я махнул рукой:

– Предоставь это мне. Главное, что ты должен сделать – сдержать панику на форуме. Если этого не сделать, скоро ее пожар перекинется и на остальных.

Велет горестно взревел:

– Как сдержать?! Люди поверят мне единожды. Но когда начнут публиковать документы, чью истинность легко подтвердить фактами, когда найдется масса свидетелей…

Решение пришло неожиданно, по наитию. Я сказал:

– Бей волкодава его же оружием.

– Что ты имеешь в виду? – Ульв сощурил один глаз.

– Опубликуйте еще несколько документов.

– Ты с ума сошел?! Самим лезть в петлю?!

Я притопнул, крикнул:

– Да не перебивай, черт возьми! Разве мне тебя учить дворцовым интригам?! Дай команду, чтобы подготовили профессиональную липу! Так, чтобы она была очень похожа на правду, но при хорошей проверке не выдерживала серьезной критики.

– И… – начал было велет.

Я договорил за него:

– Люди вначале поверят публикациям. На вас ополчатся. Тогда в дело вступит ваша вторая группа, которая по камешку разнесет все сфабрикованные документы. Это раз и навсегда пошатнет доверие к волкодаву. И вы выиграете не только время до часа «икс», но, более того, люди при новых публикациях уже априори будут на вашей стороне. Они поймут, что какой‑то идиот и лжец просто пытается завалить могучий северный клан. Сделайте упор на зависть, пусть волкодав выглядит мелким пакостником. Смешное не бывает опасным.

Хёвдинг Ульв де Варг потрясенно свистнул:

– Господи, Лис, как мы раньше до этого не додумались?! Спасибо тебе! Я знал, что делаю правильный выбор, вербуя тебя в наши ряды! Я распоряжусь, чтобы немедленно начали готовить липу, а тебе повысили гонорар.

– Только не перечисляйте сразу, – остановил я. – Просто всегда держите наготове.

Велет кивнул, сказал уважительно:

– А ты все‑таки опасный человек.

Я отмахнулся, хотя похвала пришлась ко двору:

– Ты же знаешь: невидимые, но всемогущие.

Глава 3. Лицом к лицу

Помогая друг другу надевать турнирную броню, мы молчали. Веласкес из‑за склада характера, а Ядвига до сих пор отходила от заклинания «Трезвость», вспоминая все, что успела натворить под «мухой». У меня же не шел из головы разговор с Ульвом.

Интуиция подсказывала, что члены королевской фамилии де Варг знают, кто скрывается за прозвищем «волкодав». Знают, но по непонятным причинам не могут его остановить. Или не хотят. Но вот такой вариант вообще выглядел слишком надуманным и туманным.

В любом случае – ответов не было и подозрения чертовски раздражали. У нас и так нет времени, сплошные потери по всем фронтам, а тут и собственные заказчики играют в Третье отделение, шпионы фиговы.

Когда все были готовы, так же в молчании двинулись к Арене. Ядвига предпочитала на меня не глядеть, чему я был только рад. Пусть смущается, зато драться на Арене станет как зверь. Да и мне проблем меньше доставит. Это ведь угораздило же – влюбить в себя в виртуальности!

Мы уже шли полутемными коридорами Арены, когда Рагнар сообщил хоть одну хорошую новость:

– Ребята! Мы прошли в следующий тур! Представляете, на одно очко барбарианцев опередили! Елки‑палки!

Кто‑то захлопал, кто‑то выругался. А я с гордостью подумал, что, возможно, это очко принес команде я, когда решил дождаться смерти соперников от клюва Хранителя. Впрочем, о словах полевого командира я быстро забыл – мы подходили к выходу на Арену.

– Этот круг Турнира пройдет под эгидой «выживания», – быстро шептал Рагнар. – Все вы появитесь на Арене в разных местах. Какая выпадет карта – еще не знаю. Суть в том, что для начала нужно будет найти в ее лабиринтах напарников, и только потом атаковать врага. Понятно?

Мы дружно кивнули. Полевой командир продолжал инструктаж:

– Обычно такой вид боем проходит по системе «Звезда». Бойцов размещают на карте по кругу, чередуя по типу «свой‑чужой». Основная тактика – нужно третьему бойцу, обычно это маг, вырваться в центр карты. А двум остальным наоборот – сблизиться, чтобы вдвоем убить оказавшегося между двух огней противника.

Я возразил:

– Достаточно очевидная тактика. Что помешает врагу точно так же, не выдвигая мага в центр карты, напасть со спины? Тогда наш колдун будет считать ворон на середине, мы станем резать одного, а в спину ударят еще двое. Трудно выиграть.

Рагнар кивнул:

– Согласен. Но придется рискнуть.

Я покачал головой:

– Против нас бойцы «Ордена инквизиции» и лучший стратег Утгарда – Болотная ведьма Лилит дю Сатор. Нам нужно действовать иначе.

– И как же?

Я усмехнулся:

– Увидишь на примере. Пошли, ребят!

Мимо опешившего Рагнара прошли в надменном молчании Веласкес и Ядвига, захлопывая шлемы и обнажая мечи. Девчонка еще и горделиво хмыкнула, мол, планируй@думай!

* * *

Карта нам досталась необычная для Турнира. Холмистый рельеф, кое‑где неглубокие болотца, пышная зелень, чахлые лесочки и торчащие повсюду могильные камни. Над болотистым кладбищем парили в желтоватом осеннем небе вороны, разгоняя низкие клубящиеся облака, что напоминали дым.

– Оптимистичненько, – резюмировал я. – Желтое и черное, почти Disciples II.

Через забрало шлема дул влажный, пахнущий плесенью и жабами ветерок. Пели птички, шуршала травка. Лепота.

– Что дальше? – спокойно осведомился Веласкес по клановой связи.

Я ответил, переходя на бег:

– Кастуй «Пеленг».

– Но это же нас обнаружит!

– Кастуй «Пеленг»! Нас все равно обнаружат, а так – получим бонус.

Сообщать о своих планах я не торопился. Бежал неторопливо, как и напарники, к центру Арены, даже не оборачиваясь зверем. Скорость пока не очень важна…

Вспыхнуло атомным взрывом. По миникарте прокатилась синяя волна, отмечая в мельчайших подробностях рельеф, склепы, болота и местоположение случайных НПСов. Когда волна почти что докатилась до края Арены, полыхнуло еще трижды: открылись оба танка и маг «Ордена инквизиции». Лилит будто того и ждала, мгновенно кастанула скрывающее заклинание и миникарта вернулась к прежнему затемненному состоянию.

– На северо‑запад! – заорал я. – Всем! Срочно! В зверином облике и не жалея лап!

И сам тут же упал, грохнув доспехами. Магия изломала мое тело, выворачивая суставы и меняя кости. А через секунду я уже мчался в облике лиса, тщательно отслеживая радугу запахов. Оббегал болотца и речки, оставлял в стороне неспокойные кладбища, откуда слишком уж сильно несло мертвечиной. Явно создатели этой карты там подготовили сюрприз и понатыкали оживших мертвецов. Нам такие сюрпризы ни к чему.

Буквально через полминуты я почуял волчий запах слева, потом справа. Ага! Вон мелькнул белоснежный бок, а в траве слева показался гривастый волчара.

Я крикнул по внутренней связи:

– Поторопитесь! Волшебница не должна уйти!

Лилит ждала нас в полном спокойствии, цинично усевшись на толстую могильную плиту. Красивая вампирша в облегченном турнирном доспехе, с луком, магическим посохом и мизерикордией. Из‑под шлема выбивались длинные красные волосы, в прорези личины горели волшебным огнем зеленые глаза.

Увидев нас, Лилит поднялась деловито, с силой воткнула в болотистую землю посох и сотворила пассы. Между разведенными руками забили черные молнии, оставляя в воздухе пепел.

– Лиля! – заорал я, кувыркнувшись через голову и принимая человеческий облик. – Подожди!

Оба волка обернулись с удивлением. Я крикнул им:

– Прикрывайте мне спину! Вот‑вот появятся серые братья! Дайте мне пять минут!

Веласкес развернулся мгновенно, а вот Ядвига проделала это со всей типично женской демонстративностью, наградив Лилю ненавидящим взглядом.

– У тебя появилась поклонница? – сухо спросила вампирша.

Ее ладони светились оранжевым огнем, в воздухе сухо хлопали молнии, фигурку вампирши окутывала тьма. Чувствовалось, что заклинание Лилит удерживает на о‑о‑очень коротком поводке.

– Нам нужно поговорить! – повторил я, приближаясь.

Лиля сощурилась:

– Да, согласна. Правда, время ты выбрал очень уж неподходящее. Отсюда вопрос: почему не явился на встречу?

– На какую встречу?

Горящие зеленым огнем глаза сощурились.

– Как это: «на какую»? Я передавала сообщение через хозяйку «Волчьей луны».

– Какой луны? А… таверна у Арены. Я там почти не жил, – сказал я поспешно. – Забудь про таверну! Волкодав устроил набег на Поместье теней!

– Какой еще волкодав? Слава, говори внятно!

Я сделал шаг вперед, пояснил быстро:

– Так я называю создателя Мода смерти. Он приходил ко мне в тот трактир. Взломал комнату, устроил облаву. Сначала хотел перекупить, а потом пытался убить. Он притащил с собой десятки три наемников. Вот почему я больше там не живу.

Лиля опустила руки, заклинание стало гаснуть. В ее голосе прибавилось чувств:

– Вот оно как… А потом, значит, эта скотина хотела тебя вывести из игры, атакуя Поместье?

Я кивнул.

За спиной послышался крик. Я обернулся. Подоспели инквизиторы. Оба танка возникли из подлеска одновременно, тут же началась битва. Зазвенели мечи. Лилит вновь напряглась.

Я крикнул:

– Нам нужно поговорить! Дела плохи, Лиля! Поместье захвачено, Даша…

– Не сейчас, – покачала головой Болотная ведьма. – В Утгарде есть только одно безопасное место. Помнишь, мой титул, о котором ты часто спрашивал, а я так ничего и не рассказала?

– Маркиза Павшего королевства?

– Там и поговорим.

– Но где это?!

Лиля подняла руки, ее фигурку окутало спиралью магический энергий. Я успел услышать:

– Подумай, Слава. Ты мальчик умный, должен понять… А пока – каждый сам за себя.

* * *

Заклинание сорвалось с поводка, мне в грудь ударил пепельный шар, пронизанный черными молниями. Грохнуло, плеснуло сажей. Я завалился на спину, не в силах сдержать крика. Чудовищный жар сжигал каждую клетку моего тела. Перед глазами плясали жизнерадостные огоньки, сыпалось дешевым китайским фейерверком Здоровье.

Чувствуя, что долго не выдержу, прорычал хрипло:

– Веласкес! Мать! Твою! За ногу…

Через мгновение пришла голубоватая прохлада, сбивая пламя.

– Прости! Я думал – так у вас принято.

– Сволочь! Возьми на себя Лилит! Я займусь танком.

И прыгнул в сторону от греха подальше. Ну не могу я Лильку обижать, хоть даже в таком состоянии.

Веласкес послушно сменил фронт, а я выместил всю злобу на инквизиторе. Еще не успел тот сосредоточиться на новой цели, а она уже рассыпалась тенями‑клонами. И каждая, включая оригинал, бросилась в атаку.

Фехтовальщик из меня не слишком крутой, по крайней мере, до виртуоза далеко. Однако, когда тебе помогают со всех сторон призрачные големы, поневоле станешь доминатором.

– Лилит! – тонко взвизгнул противник, когда я ловко подсек его меч и пырнул в живот. – Помоги!

Болотная ведьма вдруг сорвала дистанцию, поднырнула под рукой Веласкеса. Горбатый маг не успел опомниться, как вампирша уже вскарабкалась ему на шею, что тот черт и вгрызлась в загривок, выкачивая энергию. Потом, вместо собственного восстановления, вышвырнула разбухший, как насосавшийся крови комар, магический шар в меня.

Тени исчезают, когда у Вас заканчивается Мана!

Вот ведь гадство!

Я изо всех сил рубанул инквизитора. Выскочило сообщение о нанесенном крите. Серый брат, обливаясь кровью, завалился на спину.

– Веласкес! Ману!

Никакого эффекта.

Я обернулся и обомлел.

Лилит по полной обхаживала горбатого мага. Чувствовалось, что бытность Болотной ведьмы не забыта. Наверное, в рилайфе Лиля бы не была столь опасна, но в Утгарде она казалась настоящей фурией.

«Спасать мага? – подумал я. – Или…»

Тело среагировало само. Отвесив кровоточащему инквизитору оплеуху, я бросился к Лилит. Выставил меч, в лезвие ударилось окованное железом древко магического посоха.

– Лиля! Не стоит!

– Дурак! – фыркнула вампирша. – Сейчас мы бьемся по‑настоящему! Забудь о симпатиях – только результативность. А она зависит от количества побед!

Новый выпад Болотной ведьмы вновь пропал втуне, я легонько отпихнул вампиршу. Она прошипела что‑то ругательное, пальнула ветвистой молнией. Зеленая вспышка ослепила, трескучий разряд прошел по телу. Боль показалась страшной. Кажется, такого я никогда в жизни еще не испытывал.

К счастью, Веласкес успел отползти. В сторонке по‑быстрому подлечился, кастанул восполнение Маны.

– И мне тоже! – крикнул я, отпрыгивая от Лилит чуть дальше, чем нужно было для маневра.

Наверное, я уже начинаю бояться боли.

– Давай вместе! – гаркнул Веласкес.

Горбатый велет что‑то стал наколдовывать, но ко мне уже подкрался недобитый инквизитор. И слава богу: вдвоем добивать Лилю я бы не смог.

Я буквально затылком ощутил опасность, уклонился. Тут же мимо плеча просвистел меч инквизитора, с лязгом вгрызся в могильный камень. Я крутанулся на каблуках, взмахнул своим мечом. Лезвие с одинаковой легкостью перерубило и железо, и плоть. Инквизитор упал на колени, удерживая второй рукой обрубок предплечья.

Господи! Такого вопля я никогда не слышал. Словно я по‑настоящему ему ампутировал руку!

Не в силах больше слушать хриплый крик, я сорвал дистанцию, взмахнул мечом и отделил на этот раз от туловища уже его голову. Сверкнуло солнце на забрале, голова в шлеме с лязгом покатилась по траве, уткнулась в могильный камень. Через решетчатое забрало хлынула густая кровь.

Противник повержен!

Обезглавленный труп секунду покачивался, затем рухнул с жестяным грохотом.

– Лис!

Два крика слились воедино.

Я оглянулся.

С одной стороны что‑то особенное, видимо, из Спецификации вампира, натворила Лиля. Фигуру Веласкеса скрыл туман, оттуда послышался противный писк и шлепки кожистых крыльев.

С другой стороны погибала Ядвига. Ей мощно двинули сапогом в живот, девчонка вскрикнула, упала.

Я ощутил, как закипает кровь. Голова пошла кругом, в ушах забухало. Я с удивлением услышал свое рычание.

Все же знают, что мы под воздействием Мода смерти! Они же сами такие! Почему не поступить по‑мужски и не убить быстро, чтобы не мучать?!

В следующую секунду я был на холме, перепрыгнул хрипящую Ядвигу, рубанул. Сталь встретила сталь, полетели оранжевые искры. Боец инквизиторов оказался на редкость матерым противником. Я так и не смог передавить центр скрещенных клинков на его сторону. Так мы и стояли, играя мышцами.

– Серый Лис… – прошипел из‑под шлема монах. – Тебя‑то я и ждал, с‑сука!

Я отпрыгнул, одновременно отводя корпус и пропуская выпад противника без блока. Его меч, как тростинку, перерубил ствол молодой березы. Из обрубка стала сочиться живица.

– Мы знакомы? – осведомился я, стараясь придать голосу самый надменный и презрительный тон.

– Нет, – прорычал воин, делая новую попытку достать меня.

В этот раз пришлось принять удар на клинок, вновь введя мечи в клинч. Инквизитор‑рыцарь зарычал:

– Мы не знакомы, но это не играет роли! Я хочу передать тебе привет от Алены!

– Еретики?

От удивления я едва не пропустил выпад, сапог скользнул по сочной траве. К счастью, успел блокировать и удар меча пришелся в щит, от удара у меня занемело левое плечо.

За решетчатым забралом горели искренней ненавистью глаза инквизитора. Он ударил вновь, заорал дурным голосом:

– Ты подлец и ублюдок! Ты напал на беззащитную девушку и сейчас я разделаю тебя под фарш!

Ага, понятно. Что ж, значит, будем играть на чувствах.

– Меньше текста, парнишка, – пропел я, вновь отступая на шаг. – Если тебе так важна честь Аленки, тогда защищай ее по вечерам в рилайфе. Мы иногда так нестандартно развлекаемся с ней… ой‑ей‑ей – даже черти смущаются!

Инквизитор от бешенства потерял дар речи. Отбросил щит и, перехватив меч двумя руками, рубанул, потом еще раз. Силища у него была просто невероятная! А вроде бы уровни не отличались…

Один удар я с трудом парировал, второй принял на щит. От того полетела щепа, а энергия предмета уменьшилась наполовину. Третий выпад едва не выбил у меня из рук клинок.

Рядом, с трудом переводя дыхание, поднималась Ядвига. Я видел краем глаза, как девчонка потянулась к мечу, стала заходить инквизитору со спины. Я крикнул тяжело:

– Нет! Я здесь сам! Помоги Веласкесу!

И почти одновременно с криком в панели сообщений появилась надпись:

Член Вашей команды убит!

Не успели…

– Займи их мага! – заорал я.

Хотел было добавить, чтобы вела себя предельно осторожно, не ярилась, но новая атака инквизитора отвлекла и заставила забыть обо всем на свете.

Серый брат был могучего сложения. Доспехи бугрились на играющих мышцах, а на широкой груди можно ковать мечи. Казалось, будто мечник наносил удары огромной дубиной, после каждого блока у меня немели руки. От рыцаря несло жаром и потом, крепкий дух перехватывал горло.

Тяжело дыша, как матерый бык, противник бил и был. От бряцанья железа слетала листва с деревьев, а в ушах долго оставался противный звон.

Новый удар инквизитора пронзил левое плечо болью. Щит не выдержал, рассыпался, будто трухлявое ведро от удара кузнечного молота.

– Да что ж ты за буйвол такой! – раздраженно крикнул я, стряхивая с предплечья обломки щита и кожаные наручи.

И все же я продолжал драться без магии и Спецификаций. Чувствовалось, что сегодняшний бой потребует мобилизации всех сил и ресурсы попросту тратить не стоит. Лучше дождаться удобного момента, с этим мстителем я и без магии справлюсь.

И скоро мои догадки подтвердились.

То ли управлялся инквизитор с мечом слишком легкомысленно, не ремонтируя оружие, то ли попросту не знал, как правильно рубиться. Однако новый его могучий удар завершился хрустальным звоном. Клинок противника переломился.

– Что?..

Серый брат отшатнулся, тупо глядя на обломок меча в своей руке. Я мгновенно подскочил, рубанул. Лезвие сорвало плечевую пластину с его доспеха, лопнула кольчуга и по иссеченному железу потекла кровь.

Это немного отрезвило монаха. Новые мои удары он принимал уже на щит, медленно отступая.

– Это нечестно! – проревел он, когда и щит обзавелся широкой трещиной. – Дай мне возможность взять меч!

– Бери, – легко согласился я, не переставая лупасить его железякой. – Бери, родной, только еще и от меня отбивайся!

Я быстро понял, что противник отступает к тому месту, где я убил его напарника. Видимо, заметил торчащую из травы рукоять меча собрата, которую все еще обвивали пальцы отрубленной руки.

Я попытался не дать ему приблизиться, но, уже не слишком заботясь о защите, инквизитор продолжал упорно отступать именно в том направлении. Тогда я вложил в атаку все силы.

От доспеха инквизитора отлетали куски железа, будто я рубил огромный кочан капусты. Новые и новые раны источали кровь, она заливала порубленный доспех серого брата. Он хрипел, но ни уйти от атак, ни разорвать дистанцию не мог.

От нового удара противно хрустнуло, щит развалился в руках инквизитора. Пораженный, тот на миг замер. Кажется, в прорези забрала я увидел расширившиеся от ужаса глаза.

– Передавай привет Алене, – прохрипел я, вскидывая для последнего удара меч.

И тут инквизитор меня вновь удивил.

Вместо того чтобы бежать или пытаться закрыться, он сам подставился под меч. Правда, как‑то хитро. Крутанул корпус, закрываясь локтями. Мой клинок скользнул по броне. И тут же инквизитор выбросил закованный в броню кулак, надеясь проломить мне забрало.

Не выгорело. Но меч я удержать не смог.

Так мы и покатились в траву, лупася друг друга железными рукавицами. Я чувствовал себя танкистом под обстрелом, все вокруг сотрясалось, видимость была практически нулевой. Бил в ответ почти наугад, но костяшки попадали в твердое. Слышался только гулкий звон ударов и надсадный хрип.

Член Вашей команды убит!

Твою мать!

Совсем забыл про Ядвигу!

Черт! Черт, черт, черт!

Озверев, я двинул инквизитора локтем, навалился сверху. Тот закрыл лицо руками, но я не собирался и дальше продолжать рукопашную. В следующую секунду я уже освободил от ножен мизерикордию.

Инквизитор развел руки, не понимая, почему его никто не бьет. Охнул от удивления, и тут же захрипел. Со скрежетом, треугольное лезвие мизерикордии прошило забрало его шлема, с хрустом пробило череп, и пригвоздило голову монаха к земле. По телу врага прошла секундная агония, пальцы в латных рукавицах с хрустом распотрошили дерн, вырывая траву с корнями. И – монах затих.

Противник повержен!

Дыша, словно только что пробежал марафон, я поднялся. От небывалой нагрузки ноги дрожали. Пошатываясь, нашел в траве меч и поискал взглядом Лилит.

Теперь оставались на Арене только мы.

* * *

Лилит нигде не было.

Я стоял на кладбище и удивлялся. Разве это мы тут дрались? Такое ощущение, будто прошла орда. Поваленные могильные плиты и порубленные деревья, трава кое‑где сожжена дотла, часто испачкана кровью. Повсюду валяются куски тел и искореженные до неузнаваемости части доспехов.

Здоровья у меня, к моему же удивлению, оставалось еще больше половины. Зато энергия меча и доспехов миновала отметку в десять процентов. Иными словами, они держались на соплях и честном слове.

– Ну, – пробормотал я, – не самый плохой результат.

Итак, что мы имеем? Лилька – маг и вампир. Значит, скорее всего она отправилась в местные дебри зализывать раны и восстанавливаться. Так что постараемся не дать ей такого шанса, ибо потом мне точно настанет капец.

И все же в душе боролись два чувства. Первое, очень несвоевременное, – требовало мужественно броситься на меч и отдать победу Лилит. Думаю, немногие бы поняли и приняли такое решение. Большинство инфантильных ребят вообще бы решили, что я свершил натуральную глупость, что женщин нужно бить без пощады, согласно всем законам о равноправии полов. Тут спорить я даже не собирался. Мало кто в действительности понимает, что, когда речь заходит о равноправии, дело вовсе не силе.

Второе чувство сильно упирало на честолюбие.

Я же Серый Лис! Дважды вписанный в Скрижали славы игры «Престолы: Войны королей». Так же, как и Лилит. Неужели я упущу случай доказать, что я лучший?

В общем, на поиски Лилит я двинулся в сумбурном настроении. Толком и не понимал, что стану делать с Болотной ведьмой, когда найду. Разум все‑таки советовал вступить в драку, а, уж если мне так захотелось рыцарства, убить вампиршу можно быстро и безболезненно. Иное – ненужная и несвоевременная романтика.

На том я и успокоился.

Под ногами захлюпало. Вокруг шлема загудели комары, запахло тиной и торфом. Задумавшись, я влез в болото.

Уже хотел было повернуть к берегу, когда услышал невнятное бормотание.

– Что за нафиг? – прошептал я.

Звук очень медленно приближался. Теперь мне показалось, что к одному голосу присоединился второй. Чуть позже я решил, что слышу уже три голоса…

Все стало понятно, когда заколыхалась от шагов черная болотная вода. Затрещали заросли камыша, и на меня воззрились тупые желтые глаза ожившего мертвеца.

– Привет, – сказал я дружелюбно и помахал рукой.

В ответ зомби продемонстрировал черные пеньки гнилых зубов и с радостным воплем двинулся ко мне.

* * *

Особым противником живые мертвецы никогда не были. Ну, по крайней мере для игроков старше двадцатого уровня. И пусть к болоту стали сползаться собратья зомби, я встречал их весело. Рубить мертвяков – что может быть проще? Только запах все портил.

Мой меч вращался пропеллером, отсекая ненужные мертвым части тела. В болоте то и дело плюхало, когда по дуге взлетала то рука, то нога. А, когда отлетали головы, «бульк» становился «бултыхом». Зелено‑черная кровь щедро фонтанировала, отравляла местную экосреду.

Однако количество зомби не уменьшалось. Они по‑прежнему с тупой уверенностью перли на убой, дохли, одаривая меня опытом, но толку не добивались. Только воздух насквозь пропитался тухлятиной, аж голова кружилась.

Очередной мертвец сунулся слишком близко, распахнул пасть, в надежде отгрызть от меня лакомый кусочек. Я скривился, увидев гнилые зубы и распухший черный язык во рту. Рубанул мечом. Хрясь – обезглавленный труп исчез под водой.

За спиной чавкнуло очень уж близко.

Я развернулся, одновременно взмахивая мечом. Едва не споткнулся, но по зомби все‑таки попал. Затем мне понадобилось сделать небольшую паузу, чтобы поднять забрало и вытереть пот со лба, заливающий глаза.

«Однако, – подумал я устало, – как‑то их слишком много здесь. Будто со всей карты сползлись…»

Я бросил взгляд на гусеничку Выносливости…

И с холодком понял, чего добивалась Лилит.

– Тебе там не скучно одному? – спросила Болотная ведьма с ласковым участием. – Составить компанию?

Я не успел ответить, как воздух вспорол сгусток адского пламени…

* * *

Я успел подставить меч. Перед лицом взорвался огненный шар, меня опалило. Инстинктивно я отшатнулся, споткнулся о труп зомби и рухнул в мутную воду. Наверное, это меня и спасло. Магическое пламя медленно спало.

Отфыркиваясь, я осторожно поднялся.

Видок у Лилит был не ахти. Потрепала ее Ядвига, ох и потрепала. Здоровья и Выносливости почти не осталось, их не восстановишь, грызя мертвецов. Маны плескалось буквально на донышке.

И, тем не менее, Лилит сейчас была в выигрышном положении. Мне достаточно нескольких заклинаний, чтобы отправиться в Лимб. А до Лили еще требовалось добраться: преодолеть болото, не забывая про мертвецов, вскарабкаться на бугорок. Задача, кажется, невыполнимая…

Меч мой стал каким‑то непривычно легким. Я скосил глаза, выругался. Заклинание сожрало остатки энергии оружия, теперь у меня в ладони была только оплавившаяся рукоять.

– И что дальше? – спросил я, отбрасывая обломок оружия и выковыривая ряску из прорези шлема.

Зомби вокруг на миг остановились, тупо глядя на Лилю. Новый противник, кажется, им нравился больше. То ли маги вкуснее, то ли девушка просто выглядела менее опасной тяжело бронированного рыцаря. Хотя я немного сомневался, едят ли мертвецы вампиров? Те же яйца ведь, только в профиль.

– Что дальше? – спросила Лиля, неторопливо и расчетливо сплетая заклинание. – Заканчиваем бой, встречаемся, делимся информацией и находим мододела. Честно говоря, в Утгарде мне порядком надоело. Даже через виртуальность чувствую, что мне нужен душ.

Что ж, мое положение было недвусмысленным. Лиле и вправду только и оставалось, чтобы поставить точку в поединке. Что она и решила сделать, наколдовав страшную плеть из расплавленного металла.

Взмахнула лихо, и, переливаясь от вишневого до почти белого, десятиметровая плеть красиво вспорола воздух и с силой ударила мне в грудь. Казалось, в панцирь мне ударило тараном! Отшвырнуло так, что я сшиб собой парочку мертвяков.

Чуть не захлебнувшись, я поднялся. Закашлялся. Из всех щелей текла черная вода, на панцире дымилась продолговатая отметина. А Лиля уже вновь разматывала смертоносную плеть.

На этот раз я не стал дожидаться удара, прыгнул в сторону. С гулом плеть пронеслась надо мной. Я поспешно вынырнул, и, как лягушка вновь впрыгнул.

В третий раз Лиля меня подловила. Немного, но весьма болезненно ударила по спине. Так, что я всем забралом зачерпнул ила. Закашлялся, меня едва не вывернуло наизнанку, но я все же заставил себя опять прыгнуть.

Берег приближался, а болото становилось все мельче. Уже не получалось полностью спрятаться под водой, спину то и дело огревало ударами, Здоровье быстро уменьшалось.

Когда до берега оставалась всего пара метров, я упал, ударившись грудью. Тут же прыгнул в облике лиса, помчал на пригорок со всех лап.

«Если успею смыться – победа моя!»

Талию вдруг обвило чем‑то твердым и нестерпимо горячим. Я заорал дико. Плеть сдернула меня с пригорка сильным рывком. Ноздри защекотала вонь паленой шерсти. Появилось сообщение о критическом повреждении.

Секунду ничего не происходило. Потом вновь послышался тяжелый гул и мощным ударом плети из меня вышибло остатки Здоровья…

Вы погибли!

Сражение проиграно!

Что такое «не везет» и как с этим бороться? Черт…

В режиме «призрака» я развернул камеру к Лилит.

Болотная ведьма стряхнула с ладони остатки заклинания. Плеть тут же брызнула каплями раскаленного металла, что зашипел на влажной траве, быстро серея и покрываясь окалиной.

Лиля до последнего не замечала, как со всех сторон ее обступили ей же и созванные со всей карты мертвяки. Думая, что я своим маневром тупо пытаюсь сбежать, Лилька позабыла обо всем на свете. Самозабвенно охотилась за лисом, не видя, как охотятся на нее.

Опомнилась лишь тогда, когда в хрупкие плечи впились безжалостные пальцы живых мертвецов. Лиля вскрикнула, попыталась оттолкнуть, но за руки и ноги уже хватали все новые и новые зомби.

Вампирша попыталась сбежать, споткнулась, и исчезла, погребаемая валом распухших трупов. Послышалось жуткое чавканье, слух резанул сдавленный крик.

Надпись перед глазами сменилась:

Враги повержены!

Ничья!

«Ну, – подумал я удовлетворенно, – теперь можно и в Лимбе забыться…»

Глава 4. Владычица Павшего королевства

Знакомая морозная тьма подействовала успокаивающе. Темп боя постепенно забывался, я вдруг ощутил, что мышцы распускаются, уходит неприятная дрожь.

«Значит, – подумал я, – вот как работает мод Смерти. Обычная расслабленность виртуальности исчезает. Подсознание включает программу рилайфа, напоминая о положенных рефлексах и инстинктах самосохранения. Тело начинает бояться боли, появляется паника, совершаются ошибки… А ведь еще не начала сказываться усталость от проведенных здесь многих суток…»

Я вновь посочувствовал Ульву и боевой команде «Волков Утгарда». Вот уж кто совершается подвиги.

Я сел на островке посмертного пространства. Всмотрелся в статистику. За проведенный крутой и неимоверно результативный бой (спасибо почти сотне порубленных мертвяков) меня порядком обласкали и щедро осыпали опытом. Однако новому уровню я не слишком обрадовался. Устал, что ли? Хотя тридцать четвертый левел – это, бесспорно, рубеж. Еще один уровень и можно закрывать Спецификацию «Разведчик».

Вздохнув, я отложил призовой файл «ложных воспоминаний» в Инвентарь, раскидал навыки и поднялся.

Итак, что там говорила Лиля? Где мы должны встретиться?

«В Утгарде есть только одно безопасное место».

– Маркиза Павшего королевства, – прошептал я, глядя на подернутую ледком черную воду. – Павшего…

Твою ж мать!

Я хлопнул себя по лбу.

Лимб, место, где упокаиваются павшие души…

Как я раньше не догадался?!

А ведь это логично. Если есть Лимб, значит, должны быть и его обитатели? Значит, возможно, есть в нем и таинственное Павшее королевство? Ну, я очень надеюсь, что есть. У создателей Утгарда много подобных квестов, почему не сделать еще один и для Лимба?

Но…

Я огляделся.

В какую сторону идти? Все равно? Или все‑таки есть предпочтения?

Я постарался вспомнить что‑нибудь из мифов мировых религий, но в памяти всплыли только предания Апокалипсиса и смутные картинки про отплытие эльфов на запад у Толкиена.

Ну, запад – тоже вариант.

И я решительно зашагал в туман. Черная вода заливала сапоги, плескала где‑то на уровне колена. Дыхание изо рта вырывалось паром. В мертвенной тишине я инстинктивно старался шагать тише.

Островок уже давно скрылся из виду. Я шагал, наверное, добрых минут десять. Несмотря на прохладу, вспотел. А вокруг была по‑прежнему однообразная картина: призрачный туман и стоялая вода.

– Черт… – прошептал я, одолеваемый сомнениями. – А что если все‑таки не запад нужно было идти? Или Лиля говорила не про Лимб?

Но делать было нечего. И я продолжил путь в никуда.

Таймер оживления давно показывал нули. После боя на Арене вообще в Лимбе сидишь не дольше минуты. Больше времени тратится на синхронизацию Личного кабинета и сервера. Вон, после прошлого боя я не успел с Арены выйти, а Ядвига и Веласкес уже ждали меня живехонькие. Но я возвращаться не торопился. Шагал уже на одном упрямстве. Хотя надежда давно умерла.

В голову постепенно полезли мысли о насущном.

Сможем ли отбить Поместье? Сколько у волкодава бойцов? Какая у него армия? Есть же у него, наверняка, и какой‑то свой город. Если он и вправду окажется влиятельным в Утгарде игроком, отбить родные пенаты будет невероятно трудно.

Хотя можно подключить администрацию. Пожаловаться, что волкодав совершает противоправные и уголовно‑наказуемые действия. Пусть его забанят и посадят ко всем чертям.

Только есть одна проблема. Засранца еще нужно найти…

Туман вдруг рассеялся. Из полумрака выступила девушка в саване из прозрачной невесомой ткани.

Я замер истуканом. Надеюсь, успел вернуть брови на место, и она ничего не заметила.

Обнаженная фигурка незнакомки была утонченной, как бывает только в юности. Изгибы тела лишены всяческой порочности, свежи и притягивали взгляд.

Девушка сделала новый шаг, саван спал, бесследно исчезнув в воде.

На этот раз я не смог сдержать удивленного возгласа.

У девчонки было лицо древней старицы, а из пустых глазниц выплескивалась равнодушная тьма. Вместо волос на плечи незнакомки спадали осклизшие древесные корни, они со скрипом шевелились.

– Еще одна заблудшая душа… Зачем ты пришел, воин? – хрипло спросила Королева.

Ее голос напоминал текучую воду. С каждым произнесенным словом она приближалась на шаг.

– Мне…

– Тебе?

– Нужно поговорить кое с кем.

– Поговорить?

– И задать вопросы.

– И ты будешь ждать ответов?

Девушка приблизилась вплотную, ее нежные руки обвили мою шею. На волосах‑корнях расцвели ярко‑зеленые побеги.

Я вздрогнул.

Она была холодна, как осенний дождь, а ее дыхание пахло свежевырытой могилой.

Заметив мою реакцию, Королева отстранилась, поджимая губы. Зелень на корнях мгновенно увяла и осыпалась шелестящей трухой.

– Твое упорство должно быть вознаграждено, – просипела Королева. – Ты нашел меня. Но, чтобы остаться здесь, тебе предстоит ответить на несколько вопросов.

Я кивнул:

– Согласен.

Вы взяли квест «Владычица Павшего королевства»!

– Итак, – прохрипела Королева, – начнем. Готов?

Я вновь кивнул.

– Хорошо.

– Что ждет каждого из людей?

Ну, это совсем просто.

– Смерть, – сказал я.

– Правильно, – улыбнулась Королева жутким оскалом и обратилась в старуху с косой. Коса тут же нависла надо мной. Я услышал тихий хрип: – А что всех заставит замолчать?

– Тоже смерть.

– И это правильно, – похвалила Королева, возвращаясь к облику девушки с лицом старухи. – А что выше смерти, что не даст замолчать живущим?

Вот тут я немного завис. В голове вертелось несколько вариантов ответа, но, вспомнив, в какую игру баймлю, ответил пафосно:

– Слава!

Королева кивнула, и вдруг ее лик подернулся туманом. Фигура стала прозрачной, ее развеяло, остался лишь затихающий голос:

– И это верно. Добывай себе славу, Серый Лис, живи, как герой. И о тебе никогда не забудут. Будь не просто гостем в Павшем королевстве, будь моим рыцарем!

Квест «Владычица Павшего королевства» успешно выполнен!

Награда: Вам присвоено подарочное звание «Воин Павшего королевства» (ранг меняется от количества отправленных в Лимб врагов); предмет: «Механический артефакт».

Не медля, я соединил арбалет с геммой артефакта, развив тот до четвертого уровня и увеличив дальность и точность. А следом недвижимые воды Лимба забурлили. Я ощутил, как из глубин поднимается что‑то массивное.

Туман развеялся, вода исчезла.

Я осознал себя стоящим на краю огромного острова, а в его центре был черный призрачный замок. От распахнутых ворот отделилась фигурка и призывно покачала рукой.

* * *

Мы лежали на крыше одной из башенок призрачного замка. Над нами лишь беззвездное небо, внизу безлюдные улочки, а вокруг тишина, прерываемая нашими голосами. Казалось, в Павшем королевстве больше нет живых.

– Если и есть, – пояснила Лиля, – тут для каждого найдется место и свой тайный уголок. Так что можно говорить смело, нас никто не услышит.

– Это радует, – сказал я, оглядываясь.

– А ты молодец, – Лиля улыбнулась.

– Ты о чем? – спросил я настороженно.

Лилька просекла все мгновенно:

– Не парься, на Арене ты тоже показал себя молодцом. Ума не приложу, как я могла угодить в свой же капкан?

– мод Смерти? – предположил я демократично.

– Возможно…

Пару минут мы молчали. Потом я не выдержал, накрыл ее ладонь своею и сказал:

– Я скучал.

Лиля не отстранилась. Помедлив, она призналась:

– Я тоже очень скучала… Прости за ту глупую ссору, я…

– Я тоже виноват. Но – все это обыкновенная ерунда.

И вновь лишь тишина и тьма Лимба.

Лиля сказала виновато:

– Прости. У нас мало времени. Нужно поговорить о деле.

– Да, ты права. Я, пожалуй, начну?

– Давай.

И стал рассказывать, начав с моей встречи с Ульвом на городской стене Йотунбурга. К сожалению, рассказ получился не слишком длинным. Многого я по‑прежнему не знал. Умолчал пока я и о Даше. А, когда настал черед Лили, она начала с заказа на устранение миледи де Плерон.

– Наше дело было плохо с самого начала. Волкодав все это время следил за нами. Он все грамотно рассчитал. Заражение Модом смерти произошло сразу, как только вы закончили задание.

– А скриншоты на тракте? – вспомнил я. – Кто их делал?

– Все, – пожала плечами Лиля. – Такова практика. Заказчики бывают разными. Ты не представляешь, как часто они отказываются выплачивать гонор за уже выполненную работу. Многие мотивируют это тем, что, мол, не Гильдия теней выполняла задание, а кто‑то другой. Или, в наиболее запущенных случаях, говорят – вмешался случай. Так что я завела практику: во время выполнения делаем скриншоты, отсылаем мне, я вручаю их нанимателю и получаю деньги. В этот раз, значит, эта особенность едва не сыграла против нас.

Пару минут мы молчали. Я все не знал, как сказать насчет Даши. Да и вообще просто наслаждался моментом. Я действительно соскучился за Лилей.

Но все рассудил случай.

– Грамотно он сработал, – прошептала Лиля. – Все эти дворцовые интриги, поддельные письма, взаимные обвинения. Меня и Бродягу, кстати, точно так же подловили, рассказав, что предатель – ты. Мол, зазнался парень, решил всех обыграть. Если бы не исчезновение денег с моего счета и не отчисление вас из Гильдии теней – неизвестно чем бы все обернулось.

Я сказал горячо:

– Я бы никогда тебя не предал!

– Я знаю… – проговорила Лиля с затруднением. – Я тебя совершенно по‑особенному чувствую. Мы, хоть и ругаемся иногда, но… почему‑то… Мне трудно это выразить словами. Просто, будто знаю тебя тысячу лет…

Мне на секунду показалось, что увидел я совершенно другого человека. Не ту Лилю, прозванную Болотной ведьмой, королеву наемников Лилит. Сейчас, сквозь трещину в хрустальном облике непреклонной мамы Вонг виднелась другая девушка. Более человечная, не такая жесткая. И это неожиданно для меня стало открытием.

Не могло быть у нас с Лилей нормальных отношений. Это просто невозможно. Встретились, пообнимались, прожили вместе месяцок, и – разлетелись вместе с осколками от взрыва новой ссоры.

Но вот с этой девушкой, настоящей Лилей, все может быть иначе. Ее я уже…

«А ведь мы никогда не говорили друг другу о своих чувствах! – поразился я. – Как вообще так получилось?!»

Лиля так и не смогла продолжить фразу. Замолчала, глядя на свои руки.

– Все нормально, – сказал я. Подсел ближе, приобнял. Заглянул в глаза и произнес успокаивающе: – Лиля, все хорошо. Если не хочешь – не рассказывай. Но ты должна знать: что бы ни случилось, я всегда буду с тобой. Помогу и поддержу. И плевать на всех.

Та, обычная, ледяная Лиля иронично улыбнулась:

– Это твоя обязанность, Серый Лис, ведь ты – заместитель главы клана «Гильдия теней».

Я покачал головой:

– Нет. Ты уволила меня, как отстранилась от управления кланом и сама. Теперь я вольный. Но я сказал это потому, что я тебя люблю.

Лиля вздрогнула, заморгала от неожиданности. И…

Черт! В этот момент будто что‑то сломалось между нами! Я почти услышал громкий звон, с которым вдребезги разбился Лилин кокон. И передо мной предстала красивая в своей естественной женственности девушка. Практически незнакомая, но оттого еще более притягательная. Ее хотелось прочесть, словно долгожданное продолжение любимой и идеальной книги.

– Слава… – прошептала Лиля. – Ты…

– Я говорю от всего сердца.

Нет, Лиля не пала мне в объятья, мы не занялись безудержным сексом. Не смеялись, как безумные, не рыдали, словно инфантильные романтики.

Мы молчали.

И оба ощущали одно и то же: будто с плеч сорвался дико некомфортный рюкзак, полный кирпичей. Не нужно больше изображать никого, не нужно больше масок. Словно ладони двух слепцов вдруг нашли друг друга и крепко‑крепко сплелись пальцами…

Глава 5. Разбор полетов

Честно говоря, мы, как два неисправимых трудоголика, все же испортили романтику разговорами о делах. А может быть дело было просто в нашей современности и ответственности перед взятыми обязательствами. Сейчас, вне Лимба, на нас надеялись люди.

Когда же зашла речь о Моде смерти, я с самым невинным видом произнес сокрушенно:

– Одного не пойму, как все‑таки заразились наши ребята?

Нужно было понять, что известно Лиле. Но плести интриги не вышло. Лиля взглянула остро:

– Не верю, что не понимаешь. Ты же у меня до чертиков умный, даже не смотря на то, что рыжий и хитрый.

Я признался:

– Ладно, честно скажу – догадываюсь. Заражение Бродяги и остальных наемников прошло через тебя. Только тебе так доверяют наемники Теней, что открыли письмо и согласились на установку незнакомого софта.

Лиля кивнула грустно.

– Все правильно.

– Но, – я развел руками, – другое непонятно: ты‑то как в это вляпалась?!

– Вляпалась, – опустила взгляд Лиля. – Нечаянно так получилось. Знаешь, и на старуху бывает…

– Кончай заливать, – обрезал я, осознав, что против Лилиных выкрутасов я просто мальчик. С ней нужно играть в открытую. – У всех есть право на глупость, никто не спорит. Но в твоем случае произошло что‑то другое.

Лиля промолчала. Пришлось мне, забыв всякую деликатность, упорствовать:

– Говори, Болотная ведьма! Тебе же известно имя… предателя.

Глядя куда‑то во тьму Лимба, Лиля произнесла:

– Я с самого начала знала, кто сливает информацию на сторону. Но устраивать казнь не хотелось. Нужно было понять – на кого он работает.

Я встрепенулся:

– Да как же так?! Почему ты мне сразу не сказала?! Мы бы хоть Поместье сохранили!

– Не могла я…

– Почему? Ты же знаешь, мне можно доверять!

– Я знаю, – не поднимая глаз, прошептала Лиля. В ее голосе читалась мука. – Но речь сейчас идет не о доверии.

– А о чем? – не унимался я. – Престиж? Деньги? Шантаж?

И вдруг в голове сложилось, наконец‑то, два плюс два. Я спросил:

– Дело в особенном отношении к предателю?

То ли от слова «предатель», то ли от «особого отношения», но Лиля вздрогнула. А я получил лишнее доказательство того, что ей давно все известно.

– Но, – вот теперь мое недоумение было неподдельным, – почему Дашка так поступила? Вы же сестры!

Лиля только выругалась.

* * *

Лилин шепот, словно в тон безмолвию Лимба, пульсировал какой‑то тонкой, воздушной мелодией. Я слушал не перебивая, полностью впитывая в себя новый образ любимой девушки.

– Знаешь, – шептала Лиля, – я ведь не смогу уже жить по‑другому. Гильдия теней для меня слишком много значит. Нет‑нет, это не то, о чем ты подумал. Дело не в усилиях и времени, которые в нее вложены. И даже не в тщеславии. На самом деле мне глубоко плевать на титулы и ранги. Даже смешно иногда, когда виртуальные политики всерьез друг друга величают «ваше благородие», «ваша светлость». Но приходиться сдерживаться, давить смех и включаться в игру.

Я слушал жадно, все больше узнавая любимого человека. На моей памяти Лиля разговорилась впервые.

– Знаешь, – говорила Лиля, – а ведь я совсем не та, за кого вы меня все принимаете. Вот ты был у меня дома… Круто? Тебе понравилось? Хай‑тек, студия, хрен знает сколько комнат и квадратных метров, реальная крепость…

Я промолчал.

– Компенсация, – припечатала Лиля. – Все, что ты видел – компенсация. Я люблю хай‑тек, но не до такой же степени. Понимаешь, Слава…

Я все понимал…

Девочку с малых лет воспитывали в строгости и послушании. Семья была бедной, жили от зарплаты и до зарплаты.

«Чтобы добиться успеха, – вдалбливали Лиле родители с детства, – нужно всегда стремиться к мастерству. Быть лучшим во всем».

Вдалбливали абсолютно верно, плох тот, кто довольствуется рангом среднячка, но… В нищих и каких‑то забитых родителях Лиля не видела успешных карьеристов. Их цели на производстве, на заводах, где оба всю жизнь пропахали, ничего не значили и ничего собой не представляли. Родители легко соглашались впахивать по выходным и перерабатывать. Но это было совсем не тем, что обычно называют успехом.

Но Лиля честно пыталась следовать заветам. Она росла, получала медали в школе, грамоты на олимпиадах и красные дипломы с отличными рекомендациями в вузах. Но только до тех пор, пока не поняла, в чем самая главная беда родителей.

Их место было определено условиями жизни. Их должности и зарплата – начальством. Их карьерный рост ограничивался разрядами. При всех их положительных качествах, никто их самих не научил, что за свое счастье нужно бороться. Что нужно выходить за рамки. Не идти по трупам, а просто иметь смелость рисковать и пробовать, подниматься после неудачи, и вновь пробовать.

И Лиля пожелала все изменить.

Забыв о дипломе специалиста какой‑то слишком уж заковыристой гуманитарной профессии, Лиля начала все сначала. И ее выбор пал на индустрию виртуальных игр.

Отражением ее семьи была семья родного брата отца. То есть, родителей Даши. Там с деньгами все было в порядке, но о морали предпочитали не слишком думать. Все силы, вся смелость была брошена на добычу, на зарабатывание денег. На единственную дочь времени не оставалось.

И вот, балуя ребенка, снабжая его килотоннами банкнот, родители одновременно терроризировали его.

«Даша, – нудили они, – погляди на Лилечку! Умница, красавица, учится на одни пятерки и уже для своего возраста востребованный специалист с чудесными рекомендациями!»

– Ломали ее, – горько рассказывала Лиля. – Вместо того, чтобы дать ей любовь, они давали ей деньги, одновременно упрекая именно в том, что она их берет. О какой учебе можно было говорить?

В общем, так получилось, что на открытие бизнеса Лиля занимала деньги именно у родителей Даши. Под проценты, что немыслимо для родственников, но это было чистой правдой. А родители Дашки не особо верили в виртуальный бизнес. И только, вот в чем цимес, именно Дашино мнение, Дашина просьба помогли перевесить чашу решений.

– Я рисковала всем, – говорила Лиля. – Отдавать мне просто было нечем. Если бы дело не выгорело, я бы полжизни пахала только на долг. Но…

Но у нее получилось.

Влила немного денег в акции молодой компании «Sky Digital», но так мало, что о реальной отдаче и говорить не приходится. Основной ее доход шел от киберспорта. На старых серверах «Престолов» Лиля качала персов, продавала их задорого, при этом знакомилась с крутыми игроками и перенимала опыт. Спонсировала команды киберспортсменов, занималась продвижением…

– Чем я только не занималась, – махнула рукой Лиля. #286501696 / 08‑май‑2015 – Наконец, когда смогла отдать долг в полном размере, уже на собственные сбережения открыла Гильдию теней. Как раз тогда открыли возможность внутриигрового обмена деньгами. Я зарегистрировала частную военную компанию, созвала некоторых спортсменов по старым связям и принялась набивать клиентскую базу и имидж. Как видишь, кроме еще парочки старых проектов, все это привело к успеху.

Но Даша все еще оставалась той же девочкой. Ребенком, которого любили и баловали, при этом ругая и забивая.

– Не слишком хорошо так говорить, – сказала Лиля, – но я ждала от нее чего‑нибудь подобного. Даша просто обязана была сделать нечто, чем бы, по ее мнению, переплюнула бы меня.

– Ну, – я разлепил губы, – отчасти у нее это получилось.

Лиля взглянула остро:

– Слава, ты должен мне пообещать кое‑что.

– Например?

– Что бы не случилось, Дашины проказы должны остаться между нами.

– То есть, – удивился я, – простишь это ей?

– Умение прощать – способность исключительно умного человека, – веско ответила Лиля. – Это ответ на твой вопрос. Но вот Гильдию теней ей придется покинуть.

Я кивнул:

– Обещаю. Никто не узнает, что Даша работала на волкодава.

* * *

Наше время таяло. А с ним становился быстрее и разговор.

– Первыми заразились игроки «Ордена инквизиции», – говорила Лиля. – Это легко объяснимо…

– Как это объяснимо?

– Не перебивай. Позже расшифрую. Так вот. Инквизиторы были первыми, потому и мчалась Eretica в Йотунбург, чтобы лично предупредить об опасности Мода смерти. Не ехала она свой клан регистрировать на Турнире, не тупила, как глупая девочка, катаясь по лесам в сопровождении телохранителей. Нет. Не могла просто воспользоваться ни мобильником, ни электронной почтой, ни каким‑либо иным видом связи.

Я обалдело переспросил:

– Значит… наш заказчик?!

– Верно, – кивнула Лилит. – Заказчик убийства девочки был подставным лицом волкодава. И мы собственноручно исполнили его работу. Остановили Еретику, убили ее, а «Волки Утгарда» и «Иггдрасиль», не получив предупреждения, начали Турнир и обнаружили, что и сами заразились. Вот так. С самого начала волкодав умудрялся идти впереди нас на шаг. И если бы мы не стали убивать в свое время маркизу де Плерон…

Я закончил горько:

– Ничего этого бы не произошло.

Лиля вновь кивнула:

– Точно… Хотя, кто его знает. Ведь Дашка‑то тоже не сразу решилась на предательство. Наверняка давно вынашивала планы, как бы ей самолично стать главной наемников. Своих собственных. И моя ошибка заключается в том, что я просмотрела ее настроение. Не смогла вовремя распознать, что носит она камень за пазухой… черт! Вот уж точно от кого не ожидала…

– Ага, – горько произнес я.

Лиля взглянула по‑особенному.

– И не надо так на меня молчать! Этого никто не мог предусмотреть. Зато потом я все тщательно обдумала и составила план! У меня все было под контролем, я не могла всем подряд рассказывать о заварушке с Модом, – сказала она с воинственной гордостью. – Кроме того, работы было много.

Я проворчал ядовито:

– Не зря говорят, что когда женщине некому отдаться, она отдается работе.

Лиля вспыхнула:

– Хам!

Я согласился легко:

– Хам, но это сейчас не важно. Нам нужен волкодав. Мы должны понять, кто это, чтобы…

Я осекся под снисходительным взглядом Лили. Спросил раздраженно:

– Че я не так сказал?

– Все так. Но – личность волкодава не такой уж и секрет.

Поняв, что я не собираюсь играть в угадайку, Лиля вздохнула:

– Создание Мода смерти, по сути – уголовщина и противоправные действия. Кто мог пойти в здравом уме на такое? Правильно, только тот, кому уже нечего терять! Кто все давно потерял. А кого у нас кланы лишили должности, привилегий и бизнеса?

– Не силен в политике, – пожал плечами я.

Лиля вновь вздохнула:

– Ну, Слава. Уж ты‑то должен его помнить. Не зря ведь он ополчился не только на «Орден инквизиции», «Иггдрасиль» и «Волков Утгарда», но еще и на Гильдию теней. Почему? Что объединяет нас всех?

– Первая Утгардская война, – пробормотал я. – Сорванный в Дарквуде турнир, убийство…

Вспомнилось только одно имя. И все сразу стало на свои места.

– Король Нэвэрнайт! – воскликнул я.

– Умничка, – кивнула Лиля и поправила: – Бывший король Нэвэрнайт, бывший глава клана «Орден инквизиции» и еще много кто бывший.

Я вскочил:

– Нужно срочно его найти!

Поднялась и Лиля:

– Не торопись, его и так уже давно все нашли и вычислили.

Вот это поворот! Вот, значит, в какую игру со мной баловался Ульв. Он знал личность волкодава. Тогда…

– Тогда что от меня нужно кланам? – спросил я.

– Им нужна победа в Турнире. Легче всего это сделать, купив Нэвэрнайта, чтобы тот освободил их от Мода, при этом оставив зараженными других. Однако волкодава купить не так‑то и просто. А значит, намного важнее установить личность того, кто спонсирует безземельного короля. Кто дал Нэвэрнайту армию и золото? Ну и, конечно, нужно нам самим избавиться от Мода смерти. Желательно – быстрее остальных. Честное слово – достал уже.

Я не сразу уловил акцент в словах Лили, а, когда понял, переспросил пораженно:

– Ты хочешь…

Болотная ведьма кивнула:

– Именно. Но для начала я расскажу тебе о своей игре, – и засмеялась, перехватив мой восхищенный взгляд. – Неужели ты думал, что я буду просто выступать на Турнире на чьей‑нибудь стороне? Не могла же я позволить, что нашу славную компашку развалил какой‑то волкодав. Как‑то это мелко для Гильдии теней. Ведь мы…

– Невидимы и всемогущи!

Глава 6. Капкан для оборотня

Хёвдинг Ульв де Варг хмурил брови, на лбу бугрились складки, по лицу бродили тени. Крепкие когти с остервенением скребли черную с проседью бороду.

– Одного имени мало, – разлепил, наконец, губы Ульв. – Ну, допустим, волкодав это в действительности бывший король Даквудского королевства Нэвэрнайт. Ну и что? Как это нам поможет?

Мы сидели в трактире «Волчья сыть». Общий зал, вопреки перенаселенности города, пустовал. Не было даже знакомой по прошлым трапезам официантки Эльзы. В этот раз нам еду и питье подавал молчаливый, но исполнительный НПС – сутулый и лохматый волколак пятого уровня.

Отпив вина из высокого деревянного кубка, я сказал резонно:

– Разве от меня не требовалось найти волкодава? Вот, я нашел.

Ульв рявкнул раздраженно:

– Не играй со мной, наемник! Найти – значит не просто назвать его прошлое имя, а дать полную статистику нового аккаунта!

– И?

– Что «и»?

Я пояснил терпеливо:

– Ну, к примеру, будет такая статистика. Ее добыть, кстати, очень легко. Вы ведь тесно общаетесь с другими бойцами по несчастью, правильно? Что вам стоит обратиться к принцу Валлаху с неофициальным запросом? Если мне не изменяет память, принц был очень дружен с Нэвэрнайтом.

Ульв де Варг скривился, грохнул кулачищем по столу и прорычал:

– Валлах занял его место! Нэвэрнайт лишился всего! Как ты думаешь, кого он в первую очередь станет подозревать в измене? Конечно же Валлаха!

– Все это мелочи, – отмахнулся я так нагло, что хёвдинг натурально онемел. – Лучше скажите мне, верховный главнокомандующий, что станете делать, когда я назову данные нового акка Нэвэрнайта?

Вот! Твою мать!

Точно! Сверкнуло кое‑что в хитрых глазах Ульва! Испугался, сволочь, что мне и вправду стало известно новое имя волкодава!

Впрочем, этот блеск в глазах пропал настолько быстро, что я усомнился, а видел ли его вообще? В любом случае, хёвдинг спросил прямо:

– Так тебе известно его имя или нет? Что за манера юлить, шкура продажная?!

– О‑о, – я засмеялся и погрозил пальцем, – по манере юлить уж кому‑кому, а вам, политикам, равных здесь нет.

– Лис, – брови Ульва столкнулись на переносице, глаза опасно блеснули, – что‑то ты забываешься!

Я взгляда не отвел. С лица, конечно, стер глумливую улыбку, но в ответ на угрозу в звериных глазах де Варга ответил сталью в голосе:

– Мое задание будет считаться выполненным, если я назову новое имя Нэвэрнайта и докажу, что именно он является волкодавом и мододелом?

Хёвдинг замедленно кивнул, уронил сквозь сжатые зубы:

– Да. Задание будет выполнено.

Я отставил кубок и поднялся.

– Хорошо.

И, больше не произнеся ни слова, направился к выходу.

Я успел пройти метров десять, прежде чем за спиной прозвучал недоумевающий рык хёвдинга:

– Эй, ты куда?! Лис! Стой!

Я оглянулся с хорошо отрепетированным недоумением:

– Что такое?

Из‑за стола поднялся и Ульв. Здоровенный людоед угрожающе поиграл мускулами, башкой задевая балки перекрытия под потолком:

– Ты так и не ответил мне!

– На какой вопрос?

– Нашел ли ты волкодава?

Секунду я глядел ему прямо в глаза, мысленно гадая, так ли обстоят дела, как уверена Лилит. Потом осведомился:

– Я подписал контракт с «Волками Утгарда», так?

– Ну?

– Значит, ответственен перед тобой и Одноглазым Вороном, главой клана. Так?

Лицо хёвдинга окаменело, в глазах опасно потемнело. Звуки он буквально выталкивал из глотки:

– К чему ты ведешь, наемник?

– К тому, что давно хотел пообщаться с Одноглазым Вороном с глазу на глаз, прости за каламбур. Кстати, а у него и вправду одного глаза не хватает?

Ульв даже не поморщился:

– Не юродствуй. Пообщаться с королем – хорошее желание. Только у него сейчас своих дел по горло. Для того он и приказал именно мне общаться с тобой.

Я развел руками и постарался улыбнуться своей самой располагающей улыбкой:

– Вот и чудно. Было приятно познакомиться. А уж пару минут, уверен, Ворон для меня отыщет.

Второй человек клана «Волки Утгарда», приемник короля, зам‑Главы клана и Верховный главнокомандующий армии Волкоголового, хёвдинг Ульв де Варг шагнул ближе. От могучей поступи жалобно взвизгнул дощатый пол.

Я подумал с некоторым сомнением, что драться с игроком, чей уровень перевалил за шестой десяток, – не слишком хорошая идея. Однако, и все это подтверждало, у меня не было другого выхода.

Ульв прорычал глухо, скаля клыки:

– Что‑то ты темнишь, Серый Лис. А меня жутко бесит, когда со мной начинают вести скользкую игру. Ты мне скажешь, нашел ли ты волкодава, или мне из тебя вытрясти правду?!

Велет приближался, страшный в своей первобытной силе. Мне стоило некоторого труда, чтобы сохранить спокойствие:

– Я отвечу тебе, хёвдинг, но только после тебя. Баш на баш, так сказать.

Ульв уже не скрывал эмоций, спросил презрительно:

– И что ты хочешь от меня услышать?

Я принялся загибать пальцы:

– Ответь, зачем трем крупнейшим кланам Гипербореи понадобилось нанимать всех крутейших бойцов Гильдии теней? Ведь аналогичные контракты на поиск волкодава получили Лилит дю Сатор и Бродяга ван Дал, так?

– Это все? – улыбнулся кровожадно‑ласковым оскалом Ульв.

– Нет. Ответь еще, нафига кланам покупать наемников, но при этом выдавать в помощь минимум информации? Вы ведь с самого начала знали, что мододел – Нэвэрнайт.

Голос хёвдинга звучал как из бочки:

– Все спросил?

– Нет! – кажется, я начинал нервничать. Велет надвигался машиной для убийства, громадиной, которую, казалось, не остановит и танк. – Зачем наемникам не просто давать доступ к Арене, но еще и намерено уменьшать время на поиски, принудив биться на Турнире?

– Какой ты все‑таки любопытный, – выплюнул Ульв, медленно и со вкусом вытаскивая из ременных петель огромную дубину из‑за спины. – Сам докумекал, или помог кто?

Велет поигрывал дубиной с легкостью, но мне это чудовищное оружие казалось размером с легковой автомобиль. Дубина явно из векового дуба, окованная железными полосами, усеянная стальными гвоздями. Один удар нанесет не меньше пяти критических повреждений, если не зашибет сразу.

А потому, решив не озвучивать риторическую фразу, что Лиля вновь оказалась права в своих догадках, я бросился к выходу.

Вы желаете покинуть приватное пространство?

Не читая, я подтвердил. Виртуальность послушно разрешила мне выскользнуть из главного зала таверны. За спиной проревело:

– Стой, сукин сын!

Сруб задрожал от топота. Я рискнул оглянуться, меня прошиб пот. Велет догонял устрашающе быстро. Кроме того, людоед на бегу вращал дубиной, набирая силу для единственного и смертельного удара.

Дверь на улицу оказалась слишком далеко. Не рассчитал я все‑таки, промедлил больше требуемого. Нужно было раньше убегать!

Сзади засвистело.

Срывая сухожилия, я прыгнул в сторону. В том месте, где я секунду назад находился, оглушительно затрещало. Ураганным ветром меня оторвало от земли, швырнуло на стену. Мельком я видел, как огромная дубина велета смела и переломала в щепки пару столов и скамеек. Будто фугасом попал!

Велет по инерции промчался еще пару метров. Я тут же воспользовался моментом и забежал ему за спину, предусмотрительно держась на приличном расстоянии.

– Тебе не уйти! – прорычал хёвдинг, люто вращая дубиной. – И один хрен тебе уже ничего не изменить!

Ну, это мы еще посмотрим! У нас есть план, мистер Фикс, у нас всегда есть план…

Я прыгнул оземь, позвоночник захрустел, сменился центр тяжести. Теперь я словно плыл, легко загребая четырьмя лисьими лапами.

– Бесполезно! – бесился Ульв. – На любую твою хитрость у меня есть десяток своих!

В доказательство своих слов, велет начал тупо крушить все вокруг, освобождая пространство для единственного и смертоносного удара.

Сердце в пятки ушло, когда страшная дубина начала танец разрушения. Дважды я только чудом умудрялся избежать столкновения с шипастым снарядом. Впрочем, меня все равно несколько раз прилично прикладывало к отлетающим от Ульва столам и лавкам. Велет будто вознамерился уничтожить все, чтобы потом прикончить и меня.

И мне нужно было ему помешать. Жить‑то хочется…

Отвечая на Ваш зов, тени приходят на помощь!

– Ерунда! – расхохотался Ульв, буквально в два счета уничтожая всех моих пятерых клонов. – Тебе ничто не поможет!

В прямом столкновении – да. У меня просто не было шансов. Одних Спецификаций хватит Ульву покончить со мной играючи. Но мне нужно было другое…

– Стой!

Но я уже выскочил за дверь.

После полутьмы таверны закатное солнце ослепило на секунду. Я рванул вбок, чтобы ненароком не угодить в ловушку. Но, то ли Ульв не ожидал от меня побега, то ли мне вновь везло, меня никто не ловил.

Я брякнулся мордой в пыль, обратился в человека и прижался спиной к стене дома.

Из таверны с грохотом вырвался Ульв, зацепил дубиной дверной косяк. По срубу прошла дрожь, вывеска «Волчья сыть» покосилась.

– Глупец, – презрительно выплюнул хёвдинг, нашарив меня взглядом. – Лучше бы ты сбежал, как требовала твоя трусливая наемническая натура. Потому что сейчас я тебя буду методично и неторопливо втаптывать в дерьмо, как ты того и заслуживаешь.

Я отлепился от стены, хоть руки и дрожали, но все же обнажил оба клинка. Крикнул дерзко:

– Смотри не надорвись, скотина!

Велет опешил. Потом заорал так, что забрызгал слюнями половину улицы:

– Наглый щенок! Ты вначале докачайся до моего уровня, а потом бросай вызов!

Я спросил, тяжело дыша:

– А кто сказал, что тебе вызов бросаю только я один?

Секунду велет не понимал, потом завертел косматой башкой.

На крышах окрестных домов, одна за другой, возникали фигуры наемников Гильдии теней.

Глава 7. Мастер теней (I)

– Да вы психи! – нервно заржал Ульв. – Вы МЕНЯ собираетесь убивать?! Меня?! Правителя здешнего королевства?! Да я…

Сильный голос перекрыл, хоть это и казалось невозможным, истеричный вой велета:

– Это с каких пор именно ТЫ стал правителем королевства Земли велетов? Помниться мне, брат, ты всего лишь мой заместитель. Точнее… ты был им!

Из переулка, в сопровождении отряда королевских телохранителей, неторопливо и величество вышел Одноглазый Ворон.

Огромный людоед на голову был выше Ульва. Могучую стать не скрывали королевские одежды, ленты и плащ, подбитый медвежьим мехом. Сверкающие золотой и серебряной вязью доспехи сидели как влитые, на толстых, как бревна, лапищах железные обручи. При каждом движении видны не только бугрящиеся мышцы, но и опасная пластика хищника.

Одноглазый Ворон поравнялся с Лилит. Вампирша на его фоне показалась незаметной тростинкой – может устроить себе просторное ложе на груди велета, еще и место останется.

Пользуясь моментом, я заглянул в профиль короля Земель велетов.

Одноглазый Ворон [77]

Полное имя и титул: Король Одноглазый Ворон де Варг.

Должность: Глава клана «Волки Утгарда».

Спецификации: Оборотень (5); Убийца (5); Чернокнижник (3).

Профессия: Викинг;

Ранг: Магистр;

Земля: замок Варг в Йотунбурге.

Территориальная принадлежность: королевство Земли велетов.

Безумие…

Каким нужно быть крутым, чтобы прокачаться настолько?! Ведь с уровнем Одноглазого Ворона вполне можно в одиночку переть на юг, где обитают Кристальные драконы! Или рейдить в Облачном королевстве, там, по слухам, артефакты на каждом шагу! Или…

– Брат? – с недоумением и злостью воскликнул Ульв. – Ты чего, брат?!

Одноглазый Ворон перебил высокомерно:

– Не брат ты мне, гнида… эм‑м… продажная!

Ульв в растерянности опустил руки, дубина с гулом ударилась в землю, вывернув валуны из мостовой. Под ногами тряхнуло, кони испуганно заржали, королевские телохранители с трудом успокоили питомцев.

– Ты что?! – Ульв взревел так мощно, что в домах зазвенели стекла. – Ворон! Мы же вместе…

– Молчать! – гаркнул правитель Йотунбурга. На могучей шее велета вздулись толстые, как веревки, жилы. – Ты предатель! И отныне ты лишен королевской фамилии, которую опозорил, места в клане, чьих бойцов ты предал, и всяческих привилегий!

На Ульва была жалко смотреть. Огромный людоед разевал и с лязгом захлопывал клыкастую пасть, не зная, что сказать.

Я молча переводил взгляд с него на Ворона и обратно, а в голове крутилась одна донельзя раздражающая мысль. Не замешан ли в афере с Турниром и сам Одноглазый Ворон?

Понятно, принц Валлах – та еще штучка. По уже отработанной на Нэвэрнайте схеме, новый правитель Дарквуда многого достиг, и столь же многого он предложил достичь Ульву. Сместить Одноглазого Ворона, сместить Фенрира де Хорна, короля «Иггдрасиля», начав новую войну за передел власти. Но – Турнир с его баснословными наградами. И еще загадочный спонсор волкодава… сколько еще слоев в этой интриге?

Наверное, всего нам узнать вряд ли удастся. Пока же будем довольствоваться «официальной» версией: Валлах и Ульв использовали Нэвэрнайта для государственного переворота, заодно наградив нас статусом «трофея». Ведь в Утгарде много личностей, которым хочется насолить Лилит и мне лично. Тот же Валлах…

Ульв покачал башкой и презрительно фыркнул. Голос прозвучал гнусаво:

– Пусть будет так, брат! Верь, если тебе так удобно, этим продажным тварям, уж не знаю, что там они наплели! Знай только, что я этого так не оставлю! Тебе еще предстоит познать, каково это, достаться воронью во рве Йотунбурга на пропитание.

– Сомневаюсь, – ответил Одноглазый Ворон холодно. Он сделал знак рукой, и наемники Гильдии теней спустились с крыш. – Ты лишен всех статусов. А значит, будешь отвечать не перед судом короля, а перед теми, кого ты лично подставил, сплетая чудовищные и подлый заговор с бывшим королем Нэвэрнайтом, ныне игроком под ником «El Morte». Пусть боги решают, виновен ты или нет. Либо мечи наемников напьются твоей крови и ты будешь изгнан, либо ты перебьешь их и этим подвигом вернешь себе место подле меня.

Ульв обрадованно вскинулся:

– Поединок справедливости?!

Лилит озадаченно взглянула на короля велетов, потом на меня. Я и сам был удивлен подобным решением. Вон, значит, как делаются дела в политике: пусть неугодные убивают неугодных!

– Ты согласна, Лилит дю Сатор, прозванная Болотной ведьмой?

Лиля высокомерно кивнула, словно делала королю велетов одолжение:

– Воины Гильдии теней принимают вызов предателя!

* * *

Площадку перед «Волчьей сытью» расчистили, вокруг быстро собирался народ. Не каждый день можно увидеть подобную драку. Велет шестьдесят шестого уровня против тридцати наемников, где самым старшим был Бродяга – тридцать шестого левела. Это не на Турнире за хитростями киберспортсменов наблюдать.

Казалось бы, все шансы на победу есть, но хитрый Одноглазый Ворон вдруг озвучил особые дополнительные условия для боя:

– Никакого стрелкового оружия и никакой магии! Вообще никакой, даже оборотничества, абилок и Спецификаций. Только честная сталь и кулаки! – и пояснил, в ответ на офигевшие взгляды: – Пусть в бою будет элемент удачи.

М‑да‑а…

С таким раскладом мы рисковали стать просто пушечным мясом для прокачки хёвдинга…

И все же, отступать было не в правилах Гильдии теней. И Лиля дала отмашку.

Ульв двинулся боком, выбирая удобную позицию для удара. Послышался тяжелый свист, когда его шипастая дубина стала вращаться. Наемники не спешили бросаться в атаку – один удар такой дурой запросто отправит в Лимб.

Не говоря ни слова больше, разъехались по кругу площадки королевские телохранители, сдерживая напор зевак. Но те, как только умудрялись, уже оседлали крыши домов, глядели из окон, выглядывали из переулков.

Ульв неожиданно прыгнул. Слишком быстро для своего роста и комплекции: только что он был просто большим людоедом, и вдруг – разросся, стал огромным, как гора.

На миг по телу прошла дрожь, но инстинкты сами напомнили о себе. Не такие уж мы и хилые, сколько всего пережили и перенесли!

Я отпрыгнул в последний момент, рубанул в полете обоими мечами. Мимо пронеслась чудовищная дубина велета, следом загудело, потоком воздуха меня закрутило, я повалился на мостовую. Но удара все же избежал, он пришелся в стену дома.

Раздался грохот, от которого на лигу вокруг испуганно вскочили звери, взлетели птицы и попрятались мыши в Йотунбургских подвалах. Дом затрясся, с крыши посыпалась черепица, с криком попадали зеваки. Мостовую тряхнуло, вскинулись в ужасе кони.

Свой удар я нанес, казалось, с привычной точностью. Он должен был если хоть не сокрушить, то хотя бы порезать, но велет развернулся даже не поцарапанным!

Он словно взбесился, пронесся мимо, на бегу выхватывая из‑под плаща круглый щит с эмблемой правящей династии. Олегатор на месте не удержался, бросился вбок, но Ульв загреб лапой. Видно было, что второго промаха он не допустит.

Грохнуло мощно, отвратительно хрустнуло. Наемника пронесло по инерции несколько десятков метров, прежде чем он впечатался в стену дома. На то место, где полыхала просто невозможная цифра Урона, посыпались обломки наемничьего доспеха.

– С одного удара! – выдохнула Лиля. – Невозможно…

– Сме‑е‑ерть!!! – прорычал Ульв, вскидывая дубину. – Вы все сдохните!!!

Оглушенные воплем, с неба рухнули, сложив крыла, вороны. Зеваки стояли бледные, перепуганные, но в глазах был восторг. Под ставшим вогнутым трупом Олегатора растекалась лужа крови.

Некоторое время мы кружили, каждый заранее подыскивал себя пути отступления. Кажется, ни у кого и мысли не было, чтобы атаковать взбесившуюся тварь.

– Ну же, червяки! – брызгал слюной Ульв. – Ну! Что стали?! Ко мне, щенята! Ко мне!

Наконец, решился велет Тор, почти в два раза уступающий в росте Ульву. Размотав над головой палицу, бросился в атаку. Ульв мгновенно развернулся к нему, дернулся в сторону, когда с другого бока скользнул мгновенной тенью, словно змея, Бродяга. Тор ударил, щит Ульва затрясло от тяжелых ударов, тут же подскочила Лиля, блеснули ее коронные серповидные клинки. Бросились в атаку и другие наемники.

Дрались долго. Ульв без устали вращал дубиной, сыпались очки потерянного Здоровья. Но каждый удар велета наносил ни с чем не сопоставимые потери. Щиты наемников трещали, от них с тонким визгом отлетали мелкие осколки. Бойцы хрипели, кружили, нервно молотя велета. Ульв покрылся мылом, шерсть свалялась, с бороды свисали кровавые клочья пены.

Успел лупить обоими клинками и я, правда, чуял, что все без толку! То пригнуться, когда над головой со страшным воем промчится дубина, то поцарапать, как блоха, дубленную шкуру велета или высечь искры на его броне. Казалось, Здоровье хёвдинга не уменьшалось. Я чувствовал, как устал за эти три минуты боя, как уже начинаю двигаться неверно, оступаясь. Вот‑вот подставлюсь…

– Умрите, шакалы! – вопил Ульв, дамажа со страшной силой. – Я вас живьем сожру!

– Подавишься! – умудрялась пищать Лилька. – Мешок с дерьмом! Трус! Шкаф блохастый!

Кто‑то, кажется из подопечных Бродяги, запрыгнул на спину велету. Ульв разом подался назад, прорывая оцепление. Стоптал одного наемника, другого, третий уже сбежал с пути людоеда сам. Когда Ульв прыгнул, Тор успел гавкнуть:

– Уходи, Жихарь!

Но было уже поздно. Людоед впечатался в стену, спиной расплющивая бывшего хэдхантера. Тот сорвался бессильно, коленки подогнулись, так и поскакал в сторону, словно раненная кляча, лишенный девяноста процентов Здоровья…

Ульв захохотал так, что на Одноглазом Вороне затрепетал плащ, а палица закачалась в руках Тора.

– Черви! Вы просто жалкие черви!

На дрожащих ногах наемники поспешно отступили. Сверкающие то ли азартом, то ли безумием глаза неотрывно следили за людоедом.

– Нужно менять тактику, – сказала по клановой связи Лилит. – Так мы этого бугая не одолеем!

По ее команде наемники расширили круг. Кто‑то менял вид оружия, другие торопливо осматривали снаряжение. Я быстро оглядел себя: на лезвиях мечей зазубрины, на броне следы ударов, видны вмятины. В канавках царапин почерневшая и запекшаяся кровь.

Ульв зарычал страшно, ударил дубиной по щиту, в ушах зазвенело. Велет выглядел еще страшнее: широкий, мускулистый, всесильный. Покрытая вражеской кровью шерсть слиплась комьями и сосульками. На щите всего пара царапин, а дубина наводит на мысли, что с легкостью пробьет не только любой доспех, но и сокрушил и перемелет каждую косточку в теле.

* * *

Ульв с легкостью вращал дубиной. По круговым движениям я понял, что хёвдинг не зря занимает пост верховного главнокомандующего кланом «Волки Утгарда», явно привык сражаться и весь свой опыт получил сам, не прячась за спинами сокомандников, как маги. На этот раз Гильдия теней имеет дело с опытным и страшным противником, одинаково успешно владеющим мастерством интриг и оружием.

В первом столкновении мы лишились двух братьев. Еще трое оказались на грани: криты, переломы, кровотечения. У других дела обстояли лучше, но оптимизма это не внушало. У хёвдинга Здоровья и энергии снаряжения было, наверное, на две, а то и на три Гильдии теней…

Мы медленно двигались по кругу, то сужая, то вновь откатываясь. Кто‑то успевал наносить тяжелые удары. И хоть били в полную силу, для Ульва это было не более, чем комариный укус. Что еще раз подтвердило правильность наших выводов: Ульв, в отличии от прочих «Волков», не под Модом смерти, о котором так плакался и сокрушался. Хитрый велет полон сил.

– Двойным веером, – шепнула Лиля. – Начали!

Названная тактика мгновенно вспомнилась. Я первым качнулся к Ульву, пригнулся сразу, пропуская дубину над головой. Воздух загудел, когда вырванное с корнем дерево, по какой‑то досадной оплошности названное дубиной, прочертило полукруг.

Одновременно со мной бросился в атаку и Тор, оказавшийся по левую руку. Рубанул каменным топором (и когда успел сменить тип оружия?). Наши удары прошли в унисон, и так же, отражениями друг друга, мы отпрыгнули. А следующие по очереди наемники повторили наш маневр. И так по кругу, до тех бойцов, что стояли к нам лицом за спиной хёвдинга. Вокруг Ульва словно появились крылья из клинков и топоров, складывающиеся в смертельных взмахах.

Ульв подставлял щит навстречу каждому удару, да так хитро, что, едва оружие наемников касалось щита, чуть отдергивал назад и ставил под углом, отчего самые страшные удары не могли причинить серьезного урона. Да что там Урона – я со злостью и недоумением не мог рассмотреть даже царапин!

Бой по двойному вееру продолжался. Кто‑то успевал царапнуть броню велета, кто‑то бил исключительно по щиту, другие едва могли спастись от контрударов. Я попытался наносить удары точнее, неожиданнее, но Ульв умело гасил их щитом – не подступиться. Удары теряли силу, уходя как в песок, а людоед только злобно скалил клыки.

Но и мы не лыком шиты. Я уже отчетливо слышал его сиплое дыхание, такое могучее, что срывало с косматой морды великана клочья пены. Он вроде бы привык к ритму двойного веера, но, хоть и двигался по‑прежнему слишком быстро, успевал только защищаться. В такой ситуации все его хитрые атаки, то бил дубиной поверху, то вдруг пытался переломать нам ноги нижними ударами, не производили никакого эффекта. Наемники знали, к чему готовиться. Это у великана шла кругом голова. А тут еще и Лилит крикнула давно ожидаемый приказ:

– Меняем вектор на девяносто градусов! Шестиструнный Самурай, Кросс, Фрилансер и Механист – вам начинать!

Ульв и вправду приноровился, хотя и поспевал уже с великим трудом за нашим темпом. И для него было полной неожиданностью, когда «крылья» атаки, казалось, уже сводившиеся за спину, вдруг вновь прыгнули к носу. Привыкший к автоматизму боя, Ульв споткнулся и с десяток наших мощных ударов достигли цели.

Лютый вопль людоеда заставил коней королевский телохранителей переполошиться, один даже сбросил седока. Велет, выгнув спину, бешено взмахнул дубиной, но она, кроме воздуха, никого не задела. Зато я со злой радостью увидал, как слипается от крови шерсть под иссеченным плащом великана.

«Пробили защиту! – возникла радостная мысль. – Все‑таки пробили!»

За время полного круга двойного веера, Ульв пропустил еще две атаки. И каждый раз с него слетало до трех тысяч единиц Здоровья.

Солнце зависло над крышами домов, те, казалось, прогнулись. Мрачный свет огромного багрового шара удлинил тени, улица потемнела. Но стража никак не могла подступиться к площади, чтобы запалить факелы. Нам пришлось довольствоваться лишь темно‑багровым небом с подсвеченными снизу облаками.

На второй смене вектора Ульв, наконец, понял, что подобная тактика быстро приведет его к поражению. Обезумев от усталости и десятков не опасных, но обидных ран, он зарычал люто. Размахивая дубиной, бросился на нас. Наемники, не будь дураками, мгновенно разорвали круг. И велет с радостным облегчением вырвался из окружения и забился в угол, прижавшись спиной к стене.

– Что‑то… – прохрипел Ульв, – у вас ни хрена не получается… сволочи… Не такие уж вы и… крутые… как хотите себя показать…

– Клином! – не вступая в переговоры, крикнула Лиля по клановой связи.

Не мешая друг другу, мы ринулись к великану, строго по очереди забили кто чем. Удары обрушивалась на щит, Ульв пытался его отдернуть или поставить под углом, но не успевал, удары сыпались один за другим. Щит бросало обратно, буквально вдавливало в людоеда. Я со злой радостью увидел, как со звоном выщербился на нем металлический край размером с ладонь. Ульв зашатался, но устоял, неуклюжими движениями вскинул дубину.

– Зашибу!!! Суки!!! – хрипел он надсадно. – Убью…

Но, стоя в углу, великан сам же себя лишил пространства для маневра. Получались только короткие, не слишком опасные тычки дубиной. Я нечаянно угодил под один такой, словно тараном долбанули. Меня отбросило на мостовую, но Здоровья сняли самую малость. Только разозлили.

Зажатый в угол велет отчаянно взвыл…

Глава 8. Мастер теней (II)

Ульв сделал шаг вперед, его шатало, но щитом все равно умело закрывал себя слева, а шипастая дубина, словно копье, как голова большой ядовитой змеи выставлена перед нашими лицами.

– Ну… – просипел велет. – Что же вы… остановились, шакалы…

Лиля шепнула с холодным спокойствием:

– Отступить и перегруппироваться.

Мы отхлынули, за нашими спинами послышался топот. Я с недоумением обернулся и заметил, что зеваки и королевские телохранители все еще здесь. Оказывается, следят за боем, делают ставки. Кто‑то застыл восковой статуей, явно снимает видео. Да и вообще народу заметно прибавилось, настолько, что улицы оказались плотно закупорены людом. Наверное, рейтинг нашего боя сейчас зашкаливает, куда там Турниру…

Одноглазый Ворон наблюдал за схваткой пристально и с напряжением. Мне вновь показалось, что симпатии главного «Волка Утгарда» не на нашей стороне.

«Неужели и он замешан в этой афере? Но как доказать? И какая для него выгода?»

Подумал, и тут же забыл. Мыслями вернулся к непростой и изнурительной схватке.

– Не расслабляемся, – прозвучал в профиле голос Лилит. – Все только начинается. Хёвдинг по‑прежнему очень опасен.

Мне велет таким уж опасным, как вначале боя, не показался. Но я и сам уже глядел, как сквозь мутную пелену, ладони вспотели, колени от усталости подламывались. Хотелось содрать шлем, подставить лицо прохладному ветерку.

Ульв зашевелился. Видно было, что велет успел немного отдышаться и теперь пытался придумать, что делать дальше. Налитые кровью глаза зыркали по сторонам, широкие ноздри с шумом вдыхали и выдыхали воздух, грубая шерсть топорщилась на затылке.

– Что дальше? – спросил я.

По моим подсчетам, Здоровья у одного велета было на пятнадцать тысяч больше, чем у нас всех. Что хуже всего – такое же отвратительное соотношение и в плане наносимого Урона.

– Еще немного поиграем, – сказала Лилия жестко. – Берегите себя.

И понеслась душа в рай…

Мы подскакивали парами, двое наносили удары, двое передергивали внимание велета на себя. Потом, после третьего захода, резко перестраивались клином и проводили серию ударов один за другим. Без передышки грохало, от тяжелых ударов сотрясалась площадь, звенело железо.

Шипастая дубина Ульва находила цель трижды. Два раза наемники отделывались легким испугом и целой плеядой синяков. А в третий раз Кроссу не повезло, бедняга оказался между стеной и шипами. Его пришпилило, как крысу вилами, на серый камень плеснуло дымящейся кровью. Ульв было победно зарычал, но Лиля скомандовала:

– Ураган! Седлаем сволочь!

Почти одновременно мы бросились к Ульву.

Велет уже приготовился встречать. Однако рука, которой удерживал щит, совсем онемела от страшных ударов, висела неуклюже. Я заметил, что подрагивала и страшная дубина, с ржавых гвоздей сыпало алыми гроздьями. Но и мы теперь бились иначе…

Первая четверка стандартно ударила, отпрыгнула, рубанула по щиту и дубине. Зато новая пара прямо на бегу упала на спины и проскользнула под щитом и дубиной прямо под ноги велету. Сверкающие безумием глаза велета полезли на лоб от такой наглости, он опустил голову.

Вторая четверка, включая меня и Лилит, побежала по стенам, взлетая все выше. Я оттолкнулся ногами, пролетел над огромной башкой людоеда, врезался в стены угла и очутился за спиной хёвдинга.

Тот был занят тем, что пытался блокировать удары подскакивающих от отбегающих наемников и одновременно стоптать хэдхантеров под ногами, что умело и споро работали мечами. Цифрами Урона так и сыпало.

Одним прыжком я влетел на плечи велету, мечи удобно и привычно легли в ладони. Тот запрокинул косматую башку, глухое дыхание прервалось…

– Привет! – улыбнулся я и ударил коротким клинком на манер копья.

Сталь еще только входила в плоть людоеда, как рядом оказалась Лилит. Ее серповидные клинки почти любовно скользнули по толстому, как пень, горлу Ульва, ювелирно сбривая шерсть и вспарывая жилы. Пахнуло звериной кровью, от дурного запаха закружилась голова.

Два других наемника, оставшиеся позади, рубили локти велета. Надеялись, что хёвдинг бросит оружие.

– Глаза! – завопила Лиля. – Рубите ремешки брони, пальцы, сухожилия!

Это напоминало кровавый кошмар.

Я остервенело бил, Ульв ревел, как загнанный бык, давил спиной наемников, топтал сапогами других, мотал шипастой дубиной.

Чувствовалось, что Ульв был волком, сильным бойцом, привычным ко всему. Даже в такой ситуации он умудрялся сохранять остатки разума. Пытался бить наверняка, и это у него получалось очень неплохо. Здоровье наемников уходило, как вода в песок. Нужно было беречь силы, бить размеренно и точно, выжидая или самому создавая удобный случай для страшного и быстрого удара. Требовалось закончить затянувшийся бой…

Ульв вдруг повел себя иначе, стал оступаться и чаще его дубина била уже по стенам, чем по нам. Движения стали скованнее, щит больше не прижат к туловищу, хлыщет потоком кровища…

Красный инфернальный шар солнца коснулся темного горизонта. Все залило зловещим багровым светом, последние лучи пронзительно ярко высвечивали каждую деталь, все мелочи, заклепки на металле доспехов. Все казалось залитым кровью.

Ульв взревел надсадно, его дубина несколько раз с хрустом прошлась по рядам наемников, кроша скелеты с той же легкостью, что и броню. Ноздри жгла вонь свежепролитой крови, было скользко, пахло сырым мясом, железом и потом.

Наконец, велет не выдержал. Топоча, как боевой робот, выбежал из угла. Наемники уже не расступались перед закованным в железо гигантом, каждый норовил внести свой вклад Урона по страшному, пугающему врагу.

И велет не устоял…

Повалился на мостовую с таким грохотом, что земля задрожала, в нескольких местах подскочили из кладки валуны. Я успел спрыгнуть с людоеда, перекатился через голову. Тут же вскочил и развернулся так резко, что вскрикнул от боли в суставах.

Оказывается, не один Ульв изнеможен. У меня все тело болело, в шею словно кинжал воткнули, позвонки хрустели. Доспехи покрыты засохшей кровью, на правом плече не доставало пластины. Левая рука почти не слушалась, как чужая, кололо в боку…

Я стиснул зубы, потопал к велету.

Великан лежал мордой вниз. Тяжелое дыхание вырвалось со свистом, по камням лениво струилась кровь. Доспех иссечен в лохмотья, по всему телу рубцы, кое‑где открытые раны, страшно белели кости.

Я оглянулся, сердце застыло.

Площадь превратилась в руины. Камни мостовой выворочены, словно здесь прошла танковая армада. Стены домов побиты, часто виднелись глубокие вмятины прямо в камне, зияли черными провалами окна с выбитыми стеклами и ставнями. Угол, в котором хоронился Ульв, углубился метров на десять. Камень стен стерт в порошок, кровля покосилась и обрушилась, валялась груда черепицы. Повсюду и в разных позах трупы наемников и лужи крови. Оказывается, на ногах осталось меньше половины. Да и то – большинство едва живые калеки…

Ульв тяжело захрапел и поднял голову. От лица протянулись к земле липкие паутинки кровавой слюны.

Я охнул – неужели он еще в состоянии сражаться?!

Ульв привстал на локте, все тело содрогалось. На лице не осталось живого места, один глаз закрылся опухшим веком, осталась лишь узкая щель, на месте второго пустая глазница с запекшейся кровью. Губы превратились в блины, во рту не хватает клыков.

– Надо добить! – прохрипела Лиля.

Вампирша тоже была не в лучшей форме, стройную фигурку перекосило на один бок. Лицо кривила судорога боли. Я с жалостью заметил на боку девушки прорубленный доспех, с лохмотьев мяса срывались крупные капли черной крови. Без эликсира восстановления вампирша помрет очень скоро.

– Добьем, – согласился я, кивая.

Мечи показались тяжелыми, как железные горы. Я смог приподнять только до пояса. Руки тряслись, мышцы ныли от боли и усталости. Я стиснул зубы и тяжело потопал к велету. Тот вновь попытался подняться, издал хриплый рык, злой и свирепый. Но уже намного слабее.

С перекошенным лицом, Ульв следил за моим приближением. Меня поразила мысль, что это может быть стратегическим ходом, обманным маневром. Что, если подойду ближе, а великан подскочит и мгновенно сомнет меня?

Но сил осторожничать уже не было.

Я остановился в шаге от головы великана, что по размеру напоминала средней руки курятник. Ульв зарычал вновь, но теперь рык казался стоном. Он стал утробным, каким‑то уходящим…

– Ты побит… – хрипло сообщил я.

Возражать никто и не подумал.

Собрав последние силы, я вскинул мечи. Секунду целился, потом вонзил в затылок хёвдинга. Пальцы едва не сорвались со скользких от крови рукоятей, в лезвия ударило. Хрипя, я навалился всем телом. Секунду давил, потом громко хрустнуло и клинки ушли вниз.

Ульв де Варг захрапел, мощно забили по камню мостовой ноги, словно плавники кита‑исполина. И перед моими глазами появилась надпись:

Противник повержен!

Вы победили!

Вокруг что‑то заорало, затрещало, забило. Мир пошел кругом.

Я с трудом понял, что это ликуют зеваки, дождавшиеся, наконец, победителей.

Перед глазами появилась ликующая надпись, что вновь взял сразу два уровня, прыгнув на тридцать шестой. Теперь могу, кроме обычных бонусов, взять еще положенную Спецификацию.

Наемники быстро лечились, кто‑то обновлял статистику, используя полученный уровень, другие поднимали из мертвых товарищей.

А я не мог поднять даже взгляда, рассматривая окровавленные руки, рукояти мечей и труп Ульва. Сейчас я не чувствовал в себе ни вражды, ни ненависти. В голове билась только одна мысль: несмотря на все невзгоды, на попытки нас рассорить и разорить Гильдию теней, мы не поддались, мы лишь сплотились перед внешней угрозой. Никто не верил, что в наших рядах есть предатель, и каждый спасал клан и друзей по‑своему.

Я хотел разогнуться, но в спине болезненного хрустнуло. Смертельно измученное тело отказывалось повиноваться. Дышать тяжело, при каждом вдохе впивались в изможденную плоть сломанные ребра.

А потому, когда услышал полный силы голос, даже не отреагировал:

– Боги рассудили спорщиков! Ульв лишается места в клане «Волки Утгарда», должности в нем, а также королевской фамилии. Отныне и навсегда он – изменник и предатель! Но и вас, наемники Гильдии теней, я не могу отпустить просто так. Согласно законам моего королевства, вы будете помещены под стражу до тех пор, пока не закончится расследование. Нужно внимательно рассмотреть все ваши обвинения и понять, не причастны ли вы сами к тому, в чем осуждали Ульва. И пусть будет так!

«Вот сволочь», – успел подумать я.

– Стража! – надменно воскликнул Одноглазый Ворон. – Взять их!

И тут же, хлестко, будто удар кнута, прозвучало:

– Прекратить! Именем администрации – всем оставаться на своих местах!

Глава 9. Посланники богов

Их было трое.

В новомодных серых плащах, глухих и тяжелых, словно с броневыми пластинами под подкладкой. Плащи расшиты серебристыми нитями, на спине вензеля, на сердце логотип «Sky Digital». Кулаки плотно облегали черные кожаные перчатки, такие же черные сапоги‑ботфорты из сыромятной кожи мягко ступали по серому камню мостовой. Бледные холеные лица скрыты одинаковыми масками из кружевной ткани, видны лишь поджатые в надменности губы и сверкающие глаза.

«Давно не виделись, – пронеслось у меня в голове. – Дьявол…»

Артем aka Deus Machine шагал первым. За ним, по бокам, еще двое администраторов: Artist Octopus и Fayst. Неразлучная троица главных хранителей Гипербореи. Для кого‑то ангелы‑хранители, а для других – карающие мечи разработчиков.

За прошедшее время Deus Machine успел прилично вырасти, теперь щеголял с семьдесят первым уровнем. Наверное, и Пекло свое успел развить не в пример круче нашего Авалона.

Зеваки вдруг застыли, полностью подвластные магии администраторов‑небожителей. Казалось, взмахни сейчас Артем дланью, и небо рухнет!

– Что происходит? – как‑то совсем не по‑королевски спросил Одноглазый Ворон.

– Внештатная ситуация, – дружелюбно сообщил Артем, даже не глядя на короля.

Он зашагал к Лилит, успевшей восстановиться и теперь носившей в профиле цифру «31».

– Спасибо, что сообщила, – сказал он достаточно громко, чтобы услышал каждый глухой инвалид в Йотунбурге. – Если бы не твое обращение, Турнир был бы продолжен с нарушениями правил. Это неприемлемо.

Одноглазый Ворон растерянно сунулся к администраторам.

– Что это значит?

– Турнир остановлен, – повторил Артем терпеливо. – Вот, Лилит дю Сатор сообщила, что имеются многочисленные нарушения в регламенте соревнования. Спасибо ей.

– Так значит… – почти радостно спросил Одноглазый Ворон, – Турнира не будет?!

Мне показалось, что я спятил.

С чего бы ему радоваться?! Ведь команда «Волков Утгарда» прошла в финал, а…

И тут меня осенило!

Вот, значит, какие тайные игры вела Лилит. Она не только поняла, что затевается не просто банальная месть с использованием психически неуравновешенного Нэвэрнайта, но нечто большее. Валлах сблизился со спонсором Нэвэрнайта, а у того, судя по всему, денег – куры не клюют. Вместе они решили расшатать устоявшийся порядок вещей. И каждый преследовал свои цели.

Валлах зарабатывал золото, Ульв, насколько я понял, пытался свергнуть Одноглазого Ворона, как и принц «Иггдрасиля» своего цезаря. При этом кланы все вместе и каждый по отдельности пытался договориться с волкодавом‑Нэвэрнайтом, чтобы с них сняли мод Смерти, а соперникам по Турниру оставили. Что называется, и короля снять, и бонусы от разработчиков за победу в Турнире получить.

Но не выгорело.

Наверное, кроме Валлаха, никто и не пытался копать в сторону загадочного спонсора Нэвэрнайта. А у того была только одна цель – всячески подбадривать бывшего правителя Дарквуда, чтобы разжечь лютую смуту в Гипербореи…

И вот, когда к Одноглазому Ворону явилась Лилит, в то же время я как раз встречался с Ульвом, она выставила предельно четкие условия. Либо тот отдает на растерзание Гильдии теней своего зама, либо Лиля прикручивает и его к обвинению в шантаже с Модом смерти. Естественно, Одноглазый Ворон решил пожертвовать другом. Все равно, когда начнется расследование, Турнир будет остановлен. Это раз. Во‑вторых, клан за участие в заговоре вполне могут забанить, лишив всех достижений. А ведь я вывел его почти в финал, где ждут вкуснейшие плюшки.

Вот так, господа. Такие политические междусобойчики. Друзей в борьбе за власть и деньги не бывает.

Вот только остается открытым вопрос: кто такой этот таинственный спонсор Нэвэрнайта? И зачем ему война в Гиперборее?

Но, в любом случае, теперь устроить каскад государственных переворотов, плавно перерастающих в войны, не получится.

На секунду я задумался. А ведь таким макаром и в рилайфе начинают самые страшные конфликты. Народ гибнет, отстаивая идеалы, а сильные мира сего получают профит и загребают жар чужими руками.

На миг мне стало противно. Достали все эти заговоры. Я вообще‑то в Утгард пришел играть, а не становиться виртуальным Джеймсом Бондом…

Между тем беседа на площади продолжалась. Правда, кое‑что изменилось.

Устав сдерживать этот участок сервера в замороженному состоянии, администраторы закрыли заклинанием «Купол» площадь, отрезав нас от зевак и королевских телохранителей. Исчезла кровь с мостовой, пропали разрушения, истаял труп Ульва де Варга. Точнее – уже просто Ульва. Народ по ту сторону невидимого купола заморгал, возвращаясь в игру, люди разводили руками, но ничего понять не могли. Для них купол оставался непроницаемой завесой.

На миг даже завидно стало – прямо Нео какие‑то, а не админы.

– Турнир уже остановлен, – говорил Deus Machine. – Весь прогресс сохранен и после завершения расследования состоится отдельное совещание на тему, что же с ним делать дальше.

– В смысле, – встрял Одноглазый Ворон, – продолжать Турнир с того же момента, с какого он был остановлен или начинать сначала.

– Ага.

– И от чего зависит это решение?

На этот раз Артем наградил короля велетов долгим и оценивающим взглядом. Сказал проникновенно:

– Во‑первых, от того, кто принимал участие в заражении игроков вредоносными программами. Возможно, Нэвэрнайт, он же волкодав и он же El Morto, был не единственным источником заразы…

Я бросил быстрый взгляд на Лилю. Сказала ли она про Дашу? Но красноволосая вампирша слушала администратора с самым почтительным вниманием, словно пай‑девочка. По ну просто о‑о‑очень честному выражению ее лица я понял – участие Даши в заражении Гильдии теней осталось тайной. Что ж, именно так Лилит и хотела. Остается надеяться, что админы не раскопают улик против малявки.

– А во‑вторых, – продолжал Deus Machine, – нужно понять, кто из бойцов на Арене был подвержен вирусному заражению и как оно повлияло на бой. Если среди зараженных Модом смерти нет: «а» – проигравших, ибо они могут в таком случае оспорить свое поражение; и «б» – читеров, использовавших Мод для победы.

– Что?! – возмутилась Лиля.

Артем успокаивающе выставил руки:

– Да‑да, я прекрасно помню, что вы мне рассказывали о Моде. Но все равно – полная проверка необходима. Ну, а с вас, понятное дело, мод Смерти снимут через полчаса – при внеплановой перезагрузки сервера. Выйдете легко и приятно. Все достижения останутся, но рекомендую раскидать все очки по стате сейчас. Вдруг что‑нибудь пропадет.

Возражать, понятное дело, никто не стал.

– И больше не устанавливайте модов, в Пользовательском соглашении же все написано. Что вы как дети?

Дослушивать я не стал.

Раз рекомендуют апнуться – чего медлить?

Поздравляем!

Вы взяли новые уровни!

Бонусы я использовал тут же: раскидал очки по стате, просмотрел файлы «ложных воспоминаний» с новыми приемами и вставил последний, пятый Механический артефакт в Складной арбалет, усилив Урон и дальность стрельбы.

Потом взялся за выбор новой Спецификации. Вариантов у меня было три: взять новую спеку, прокачать «Оборотня» до «Волколака» или закрыть «Разведчика».

Естественно, выбрал я последнее. Наемник я или где?

Вы развили Спецификацию «Разведчик» до уровня «Мастер Теней» (5)!

Ваши способности «Разведчика» повысились:

– возросли шансы увидеть ловушки и улучшен навык Скрытность;

– улучшен навык Следопыт;

– улучшен навык Невидимка + смена облика;

– улучшен навык создавать свои фантомные копии в бою (фантомы наносят врагу минимальный Урон);

+ получен навык бесшумной атаки, включая стрелковые, метательные, рукопашные и атаки с мечами.

Не успел я налюбоваться, как появилась шильда:

Спецификация «Разведчик» развита до максимума!

Открылась возможность развить специальную для Вас Спецификацию «Ассасин»!

О, круто!

Я глянул мельком. Оказалось, что это весьма родственная спека «Убийце». Навыки очень похожи, только основной упор сделан на результативности и незаметности.

Вот, значит, что такое особые Спецификации – совокупность твоих навыков, которые видоизменяют другие спеки под тебя. Забавно. Уже захотелось!

«Нет уж! – одернул я сам себя. – Хочу вначале „Оборотня“ закрыть. Ведь что круче „Мастера Теней“? Правильно, „Мастер Теней“, умеющий колдовать!»

Время еще было, а потому я предался греху самолюбования. Вызвал окно профиля и взглянул на стату:

Серый Лис [36]

Полное имя и титул: Барон Серый Лис де Ренар, Воин Павшего королевства.

Должность: Зам‑Главы Гильдии Теней [Отдел разведки].

Спецификации: «Разведчик» (5 ур. «Мастер Теней»); «Оборотень» (2 ур. «Оборотень»).

Профессия: Наемник;

Ранг: Рыцарь;

Земля: угодье Ренар [6] на Клеверных холмах.

Территориальная принадлежность: Поместье Теней (Гильдия Теней).

Все‑таки не зря мы столько пережили! Если бы сразу знал, что за участие в Турнирах столько плюшек дают, – не покидал бы список участников!

Глава 10. Эпилог или Начало новой истории

– Как дела, захватчик? – весело спросил Артем, когда мы остались вдвоем. – Смотрю, матереешь!

Остальные в это время были заняты своими делами.

Лиля о чем‑то шепотом болтала с Одноглазым Вороном, что‑то уверенно доказывая. При этом вид у главы «Волков» был, словно у нашкодившего школьника. Наемники обсуждали бой с велетом, хвастаясь достижениями и широко разводя руками, будто только что вернулись с рыбалки.

Я пожал плечами, не зная, как мне вести себя с Артемом: он, по идее, должен затаить обиду из‑за захваченного Пекла. До сих пор помню отчетливо, как он угрожал нас всех без повидла сожрать.

Ничего лучше не придумав, я сказал просто:

– Ну, по чуть‑чуть ползем к топам.

– Правильно. Вам силы еще понадобятся.

Ну вот, о чем я и говорил – начинается новая интрига.

Я спросил с угрозой:

– На что ты тут намекаешь, эльфийская морда?

– Я?! – оскорбился Deus Machine и сделал честное лицо. – Побойся бога, Лис! Я не намекаю, я прямым текстом говорю, что у вас после перезагрузки сервера дел будет по горло.

Ой как мне все это не нравится…

Я сощурился, спросил с подозрением:

– Это каких же?

Артем кивнул на спорящую с королем велетов Лилит:

– У вас, говорят, подло умыкнули клановый город.

– Было дело.

– Ну, значит есть в мире справедливость.

– Не тяни кота за хвост! – перебил я. – Что за дела нас ждут?

Артем натурально удивился:

– Как же? Вы же станете отвоевывать Поместье теней взад, ведь так? А там, я слышал краем уха, сейчас базируется огромная армия. Вам самим не справиться, это точно. Но, кажется, Одноглазый Ворон что‑то задолжал вашему лидеру. Думаю, пойдете штурмовать свой городок не одни, а с армией мохнатых велетов. Уж кто‑кто, а Лилит Болотная ведьма умеет выбивать долги.

Он усмехнулся. Да и я тоже не смог сдержать улыбки.

Все‑таки моя Лиля – прирожденный стратег. Значит, чтобы не угодить в список кланов, сотрудничающих с Нэвэрнайтом, Одноглазому Ворону пришлось выкручиваться. И Лиля затребовала у него в обмен на молчание военную помощь.

Умно, что тут скажешь. А Одноглазый Ворон от этого только в выигрыше. И шкуру сохранил, и клан, и в финал Турнира выбился. Все, что называется, довольны. Кроме, конечно, Нэвэрнайта. Того уж точно ждет небо в клеточку. Да и Ульв, связавшись с ним, все потеряет. А это ни много, ни мало: прогресс за два года игры, килотонны денег, вложенных в аккаунт и заработанных в клане, друзей и много чего еще…

Я вздохнул, расслабляясь. Кажется, Артем считает, что мы квиты. Значит можно вздохнуть спокойно. Я спросил:

– А что будет с остальными?

– С мододелами? Ждет их, брат, нелегкая судьба.

– Значит, еще один камень с плеч – Валлаха мы больше не увидим.

Deus Machine удивился:

– А его‑то почему? Пока нет никаких доказательств, что Валлах тоже участвовал в заговоре.

– Как это «нет»?!

– А вот так. В отличии от Ульва, он действительно ходил все это время под гнетом Мода смерти, как и вся ваша наемничья шайка. И, спешу заметить, против принца Дарквудского королевства нет ни одной улики. Он как бы вообще не при чем. А в нашей ситуации, Слава, разбираться нужно долго, серьезно и вдумчиво. Уже открыты уголовные дела, мы просеиваем все контакты Нэвэрнайта. Так что ошибки быть не должно. А на слухи полагаться в таких делах нельзя.

Ну, все равно конец почти счастливый. И даже с Артемом ко всеобщему удовольствию все уладилось. О чем я не преминул ему и сообщить.

– Господи, – закатил глаза эльф в кружевной маске. – Ну о каких терках между нами может идти речь? Нас связывает такое долгое, тесное и теплое знакомство!

Мне показалось, что администратор темнит.

– Так ты больше не злишься?

– Как я могу на тебя злиться? – вопреки словам, хищно улыбнулся Артем. – Наоборот, – я рад! Ты же все сделал за меня. Мне не пришлось даже со стула вставать. И войны не допустил, и Поместье теней профукал, и мододела вычислил.

Кажется, я слишком рано расслабился. Как говорит Лилит – безопасного врага не бывает. Как и врага с амнезией. Если месть задерживается – жди беды.

И я сказал со вздохом:

– Ох, администраторская морда, не верю я тебе.

Вот теперь Артем не сдерживался и весело, но злорадно заржал:

– Ну и правильно! Потому что для полного уравновешивания наших с тобой долгов кое‑чего не хватало. И я приготовил тебе сюрприз.

Ну что б его…

– Что за сюрприз?

– Вы же все сделали. Только не нашли одного персонажа здешней трагедии, так?

Я размышлял долю секунды.

– Спонсора Нэвэрнайта!

– В яблочко. Ведь не мог же безземельный король вкладывать в месть, кроме Мода смерти, написанного на голом энтузиазме, еще и сотни кровных денег? Правильно, Слава, что не веришь в такие сказки. Кое‑кто ему помог деньгами и армией…

Артем кивком подозвал меня ближе. Заговорщицки, как спекулянт, откинул полу плаща. Получилось нечто вроде театрального занавеса, скрывающего происходящее от всех остальных.

– Гляди, – прошептал Deus Machine. – Показываю только тебе. Считай, – выдаю профессиональный секрет. Гордись!

Между нами появился магический шар. Его поверхность подернулась молочной дымкой, я увидел незнакомые земли: какие‑то больные, чахлые и по‑осеннему желтые леса, странно черную землю, полуразрушенные и заброшенные города.

Потом камера взмыла к облакам, некоторое ничего не было видно, кроме мрачной холодноватой дымки. И вдруг в просвете я увидел горы. Между ними вилюжил широкий тракт, самый лучший из всех, по которым мне случалось путешествовать в Утгарде – мощенный терракотовым камнем.

– Что это? – спросил я тихо.

Шепот Артема, казалось, доносился издалека:

– Не отвлекайся, Серый Лис, смотри! Смотри во все глаза!

Камера поплыла над трактом. По обе его стороны часто виднелись курганы и зиккураты, виселицы и погребальные урны, размером с саркофаг. Тракт стал подниматься, пополз дальше уже в рамках зубчатых стен. До тех пор, пока не уперся в крепостные ворота.

Камера взмыла над самым огромным городом, который я когда‑либо видел в Утгарде…

Нет, не над самым огромным, а – предельно военизированным! В Дарквуде и Йотунбурге замок возвышается в центре города, вокруг необходимые постройки вроде ратуши и прочих, а дальше ютятся частные дома, постоялые дворы и прочие магазинчики. Все это окружали городские стены.

А в этом городе не было домов. Высоченные серые стены с остроконечными мерлонами, грубый камень, мрачная готическая архитектура, сплетающая камень с потемневшим от времени и сажи железом. В городе‑крепости множество башен и башенок, сторожевых вышек, цитаделей, мостов, пирамид и склепов, но ни одного крестьянского домика.

И над всей этой депрессией довлели гнетущие небеса, оттянутые книзу тяжелыми тучами. Казалось, они баюкали спящий город‑крепость. Город, выстроенный не для людей. Город, возведенный лишь ради для войны и смерти.

– Сказать, кто король этого чудного местечка? – ухмыльнулся Артем мстительно.

– Не надо, – я покачал головой. – Сам догадаюсь.

– А, – ехидно протянул Артем, – ну, раз сам догадываешься, тогда тебе стоит готовиться к самым своим напряженным денькам. Все, с чем ты сталкивался раньше – цветочки! Он ведь тебя в покое не оставит, брат. Ты ему слишком много задолжал. Как в том «Горце», помнишь? Из вас двоих должен остаться только один. И, знаешь, что я тебе скажу?..

Что мне собирался сказать Артем, я так и не узнал.

Все звуки поглотил мягкий белый туман. Мир быстро посерел, появилась надпись:

Связь с сервером потеряна!

Извините за временные неудобства.

* * *

Я поморгал, привыкая к новому освещению. Медленно снял с головы нейрообруч и оглянулся.

Даши, как и следовало ожидать, давно и след простыл. На раскладушке валялся обрывок бумажки с одним единственным словом. И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что это слово «прости».

Скрипнуло кресло, когда я поднялся. Укрытую вечерним полумраком комнату освещал лишь голографический экран, где все еще пылало сообщение о перезагрузке.

Хотелось в туалет, потом в душ. Еще не мешало бы нормально поесть и отоспаться. Хотя – нет. Лучше всего есть – вдвоем. Давненько у нас с Лилей не было романтического ужина, плавно переходящего в романтическую ночь. Все‑таки нам предстоит узнавать друг друга заново.

И все же отходить от КВП я не спешил. Увиденное в хрустальном шаре Артема заставляло одновременно задуматься и поежиться. Действительно, с такой могучей силой Гильдии теней сталкиваться еще не приходилось.

– Что ж, – прошептал я, – видимо, и вправду пришло время нам встретиться вновь! Ждет Утгард большая война…

Перед глазами до сих пор стояла жуткая картина, которую я увидел в хрустальном шаре Deus Machine.

В нем мне показали, как отворяются тяжелые каменные врата далекого города‑крепости. И потом, в страшном молчании, по подъемному мосту устремляются в Утгард легионы мертвых.

Зомби, скелеты, мумии, призраки, демоны, некроманты и личи

Несметные полчища, настоящая орда Смерти! И всю эту могильную братию поведет после перезагрузки и патча не кто иной, а первый Принц мертвых, его величество Месмерит

2014–2015 гг  

КОНЕЦ